"Марк Твен. Сборник рассказов" - читать интересную книгу автора

специального агента.
Но я все откладывал. А время шло, и, проснувшись в одно прекрасное
утро, я был поставлен перед фактом: пора ехать, а агента нет. И тут я
решился на отчаянный поступок, - я понимал, что иду на риск, но у меня было
как раз подходящее настроение. Я объявил, что на новом этапе устрою все сам,
без посторонней помощи; и как сказал, так и сделал.
Я самолично доставил всю компанию - четырех человек - из Экса в Женеву.
Езды туда целых два часа, а то и больше, да еще пересадка. Поездка прошла
без единого происшествия - ну, не считая забытого саквояжа и еще кое-каких
мелочей, оставленных на перроне, но ведь это дело обычное, его происшествием
не назовешь. И тогда я вызвался самостоятельно довезти всю нашу компанию до
Байрейта.
То была большая ошибка с моей стороны, хоть сначала я этого и не
понимал. Забот оказалось гораздо больше, чем я ожидал: во-первых, надо было
заехать за двумя нашими спутниками, которых мы несколько недель тому назад
оставили в одном женевском пансионе, и перевезти их к нам в гостиницу;
во-вторых, я должен был заявить на складах хранения багажа на Главной
набережной, чтобы оттуда доставили семь наших чемоданов и вместо них взяли
на хранение другие наши семь чемоданов, которые будут сложены в вестибюле
гостиницы; в-третьих, я должен был выяснить, в какой части Европы находится
Байрейт, и купить семь железнодорожных билетов до этого пункта; в-четвертых,
я должен был отправить телеграмму одному нашему знакомому в Голландию;
в-пятых, было уже два часа дня, и нам следовало торопиться, чтобы поспеть к
первому ночному поезду, и загодя, пока еще можно, достать билеты в спальный
вагон; и в-шестых, я должен был взять в банке деньги.
Я решил, что самое важное - это билеты в спальном вагоне, поэтому для
верности пошел на вокзал сам; рассыльные в гостиницах не всегда достаточно
расторопны. День был жаркий, мне следовало бы взять извозчика, но я решил,
что экономнее будет пойти пешком. На деле получилось наоборот, потому что я
заблудился и мне пришлось идти в три раза дальше. Я сунулся в кассу
заказывать билеты, но у меня стали спрашивать, каким маршрутом я намерен
следовать, - это меня озадачило, я растерялся: кругом толпилось столько
народу, к тому же я ничего не смыслил в маршрутах и не подозревал, что в
Байрейт можно ехать разными маршрутами; в общем, я решил уйти, проложить
маршрут по карте, а уж тогда возвратиться за билетами.
Назад в гостиницу я ехал на извозчике, но, уже подымаясь по лестнице,
вдруг вспомнил, что у меня кончились сигары, - вот я и подумал, что надо
купить сигар, пока я не забыл. Идти было недалеко, так что извозчик был не
нужен. Я сказал кучеру, чтобы он оставался на месте и ждал. По пути я стал
составлять в уме телеграмму, которую надо было отправить, и шагал куда глаза
глядят, совершенно забыв и о сигарах и об извозчике. Вообще-то я собирался
поручить отправку телеграммы служащим гостиницы, но раз я уже был, надо
полагать, неподалеку от почты, я решил, что, пожалуй, отправлю ее сам. До
почты оказалось дальше, чем я думал. Но в конце концов я все же ее нашел,
написал телеграмму, и подаю. Господин в окошке, строгий, нервный человек,
обрушил на меня ливень вопросов по-французски, но слова его слились в один
сплошной поток, я ничего не мог разобрать и опять растерялся. Однако на
помощь мне пришел один англичанин, который объяснил, что господин в окошке
хочет знать, куда посылать телеграмму. Этого я ему сказать не мог, ведь это
была не моя телеграмма; я стал толковать, что просто посылаю ее по поручению