"Евгений Сартинов. Потомок Дрейка" - читать интересную книгу автора

похудел!
- А, - он махнул рукой. - Сплю плохо. Все время снится космос, эта
планета... устал.
Майкл посидел немного молча, потом начал разговор о том, что его так
терзало.
- Скажи, а тебя не мучат эти сны?
- Ты хочешь сказать именно этот сон?
- Ну, да, тот, что на картине в столовой?
- Было время, но я избавился от этого.
- Как?! - Он даже подпрыгнул в кресле.
Я открыл потайной шкафчик у изголовья и водрузил на стол перед ним
бутылку виски. Фишер был явно разочарован.
- А я думал это что-нибудь медикаментозное.
- Слушай, Майкл. Почти все кто живет на астероиде, видят только один
сон - этот! Можешь даже не проводить опрос, я его уже неофициально делал. В
анкетах они это не указывают, боятся, что сочтут сумасшедшим и отправят на
Землю. Но здесь, наедине со мной, они признавались в этом. Сон этот
приходит постепенно, и вытесняет все обычные, нормальные сны. Есть одна
гипотеза, достаточно дикая, хочешь послушать?
- Конечно.
- Тот парень, Робинс, он, так же как и Фалько, сошел с ума. Но
гипотеза красивая, оцени. Якобы существовала некая суперцивилизация,
небожители, нибелунги, боги. И однажды они построили супермозг,
сверхмашину. Именно обломок этого монстра и есть наш Презент. Для того
чтобы питать эту машину, подключили целую звезду, превратив ее в коллапс. И
задали задачу, самую главную. И машина ее решила.
- И что же это за задача?
- Не догадываешься?
Майкл отрицательно мотнул головой. Я снял с книжной полки томик
Шекспира, бросил ему на колени.
- Страница сорок пять, монолог Гамлета: "Быть или не быть..." Вот
так-то, мой бедный Йорик.
- И как же она ее решила?
- Увы! Отрицательно: "не быть". Она взорвалась, покончила собой.
Я сел напротив его, откупорил бутылку, налил себе, жестом предложил
ему. Фишер только отрицательно покачал головой.
- Френсис, вы верите в эту теорию?
- Не знаю, - я только пожал плечами. - Тут что-то с дальним космосом,
какая-то энергия поступает извне, и Презент вспоминает свою последнюю, а
может быть и свою единственную задачу. Вы замечали как тягостно в эти дни
на душе? Все словно давит, подступает безысходность.
Он кивнул головой, оживился.
- А я, признаться думал, что это у меня у одного, боялся показаться
смешным. Еще бы - психолог, а сам чуть с ума не схожу. Спасибо, Френсис, вы
меня обнадежили. Я возьму этот томик, почитаю?
- Я вам его дарю Майкл, и постарайтесь хорошенько надраться, клянусь,
это снимает все проблемы.
Он упрямо покачал головой, забрал Шекспира и ушел. Через три дня он
улетел на Землю. А еще через месяц Фишер сделал свой сенсационный доклад на
симпозиуме психиатров. Я видел эту запись, более чем эффектно. Выложив все