"Кингсли Эмис. Лесовик" - читать интересную книгу автора

архиве графства, в городе Хартфорде. Последняя стадия нашей беседы сильно
затянулась из-за привычки моего гостя делать многократные паузы в поисках
словесных оборотов, еще более витиеватых, чем те, которые поначалу пришли
ему в голову. Точка была поставлена, когда несколько посетителей в другом
конце зала созрели до кондиции, требующей ознакомления с меню, и я
направился к ним, выслушав перед этим благодарственную речь в несколько
параграфов.
Пока я занимался выбором блюд с новой партией клиентов, пока нырял в
буфетную, одолеваемый жаждой, и выныривал оттуда освеженным, пока совершал
что-то вроде обхода боевых постов по залу среди обедающих, лицемерно
соглашался, что уксусный соус для авокадо пересолен, и тут же выказывал
готовность исправить положение (опробованные плоды пригодятся шеф-повару для
завтрашнего салата к обеду), пока отвечал на телефонный звонок в своей
конторке, отказывая какому-то пьяному студенту или преподавателю-социологу
из Кембриджа в двухместном номере на эту ночь, и наливал жене, снова
спустившейся вниз в очень даже прелестном серебристом платье, рюмку "Тио
Пепе",* стрелки часов добрались до двадцати минут десятого. Мы обычно
ужинали в десять часов (если в программе вечера не намечалось какого-нибудь
крупного мероприятия).
______________
* Сорт хереса.

Я ждал в гости своих друзей - доктора Мейбери с супругой. Джек Мейбери
был врачом и близким другом нашей семьи, а если точнее, тем человеком,
общение с которым не выводило меня из себя. В том мизерном проценте земного
населения, ради которого я оторвался бы от просмотpa плохонькой
телепередачи, Джек котировался очень высоко. Перед Дианой Мейбери любое
телевидение бледнело и тускнело, как перед высочайшим искусством.
Они приехали в тот момент, когда я опять находился за стойкой,
разыгрывая предельную искренность перед одним музейным служащим из Лондона:
обсуждалась третья позиция в списке самых дорогих кларетов как способ
наилучшей траты его денег. Джек - сухопарая фигура, копна волос на голове,
одет в мятый полотняный костюм песочного цвета - быстро помахал мне рукой и
привычно направился в конторку, чтобы сообщить на местную телефонную
станцию, где его разыскивать в случае чего. Диана присоединилась к моей
жене. Сидя рядом в небольшой нише около камина, они являли собой
впечатляющее и возбуждающее зрелище: обе высокие, белокурые и полногрудые,
но такие разные во всем остальном, что их можно было бы поместить в
какой-нибудь научный труд в качестве примера для иллюстрации тех огромных
различий, которые встречаются между типами, сходными по своей физической
основе, или, с большим успехом, в шведский фильм под грифом "Только для
взрослых", в котором без долгах зачинов живописуется нагая любовь. Только
идиот отказался бы от возможности лечь с ними обеими в кровать. Внешние
несовпадения (у Дианы - стройная фигура, рыжевато-светло-каштановые волосы,
карие глаза, загорелая кожа и резкая манера поведения, а рядом с ней - сила
и округлость, пшеничная желтизна, голубизна и розоватая бледность,
размеренные, твердые движения Джойс, моей жены) подсказывали, что имеются и
другие различия, не менее замечательные. За последние несколько недель я
несколько приблизился к осуществлению очень важной части всего предприятия:
я уговорил Диану переспать со мной. Джойс ничего не знала об этом, как не