"Марсель Эме. Красавчик (Роман)" - читать интересную книгу автора

лишились некоего центрального стержня. Мне кажется, что лицо не только
отражает, подобно зеркалу, наши мысли и чувства, но и само воздействует на
них, налагая свой отпечаток. Кто не знает, насколько, например, характер
женщины зависит от того, как она оценивает свою внешность. Наше
представление о себе почти постоянно влияет на наши поступки. Лично я,
оказываясь перед серьезным выбором, принимаю решение только после того, как
удостоверюсь, что это решение мне "к лицу", - приблизительно так, как если
бы я примерял шляпу. Лицо - мой высший судия. Во всяком случае, так было
раньше.
Я сосредоточился на этой проблеме взаимосвязи формы и содержания, как
будто в данную минуту для меня не было ничего важнее. Но это было уловкой,
стремлением оттянуть время, чтобы освоиться со своим несчастьем постепенно,
самые болезненные точки оставляя на потом. Особенно старательно избегал я
мысли о жене и детях. Уж лучше было бы раствориться в суеверном ужасе перед
непостижимым, но все отодвинул страх вполне земной - перед ближайшим
будущим, при мысли о котором у меня сжималось сердце. Наконец я сел, чтобы
не видеть больше своего лица, и попытался держаться так, словно со мной
ничего не случилось, но помимо воли в моей голове настойчиво складывался
вопрос: через несколько часов настанет время, когда я обычно возвращаюсь
домой, целую жену, дочку, сына, - что я буду делать сегодня? Объяснить жене,
что у меня изменилось лицо? Исключено. В здравом уме она ни за что не
поверит подобной небылице. И хотя вероятность того, что она все-таки
поверит, была как-никак выше, чем вероятность самой моей метаморфозы,
рассчитывать на это все равно не приходилось. В глубине души я был убежден в
том, что вторжение абсурдного носит случайный характер. Придав реальности
дополнительный импульс, оно скромно уберется восвояси. Это убеждение,
вопреки всему, диктовал мне разум, вынужденный тем не менее смириться с
непостижимым феноменом.
Я вышел на улицу в четверть четвертого, так и не решив, что делать
дальше. Встреча была назначена на три часа, и я, пусть с опозданием, еще
усевал на нее, но как же теперь явиться к клиенту, который меня уже знает?
Машинально я направился к улице Четвертого Сентября, где располагалось мое
агентство. По пути я сообразил, что метаморфоза лишила меня предприятия,
которое я основал и которое давало мне средства к существованию. Оно
держалось только на мне - точнее, на доверии, коим я пользовался у
определенных людей и в определенных кругах. В деятельности агента по рекламе
многое решает случай, и этот-то случай в один прекрасный день свел меня с
импортерами металлов. В результате мне удалось сделать мое рекламное
агентство еще и посредническим предприятием по торговле оловом и свинцом.
Коммерческая деятельность постепенно начала преобладать, и я, гордый своим
детищем и окрыленный первыми скромными успехами, с полным основанием
надеялся на то, что дела мои в самом ближайшем будущем пойдут в гору. И вот
все внезапно рухнуло.
До здания, где размещалось мое агентство, было уже рукой подать, но что
мне отныне там делать? Моя секретарша встретит меня как постороннего. Я
прошел мимо подъезда, только взглянув на него, и пошел дальше, к бирже.
Итак, мое новое лицо наглухо отгородило меня от моей прежней жизни. Об этом
я догадывался и раньше, но сейчас, когда я воочию убедился в недостижимости
собственного кабинета, то пришел в ярость от того, как жестоко обошлась со
мной судьба, и взбунтовался. Легко сказать - отречься от всего и позволить