"П.Амнуэль. Российская фантастика: поиск предназначения" - читать интересную книгу автора

Пример - А.и Б.Стругацкие утверждали, что фантастика  1должна быть
социальной, что героями фантастики  1должны быть 0 наши современники, что
"характер придумать невозможно". Результат - социальная фантастика и
антиутопия стали синонимом фантастики вообще. Произведение, написанное в
любом другом из многочисленных поджанров фантастики, априори полагалось
находящимся вне пределов Большой литературы. Разумеется, при этом
декларировалось, что нужно "много фантастики, хорошей и разной". Это
естественно - попробуйте найти у нас в Израиле человека, который сказал
бы, что он вообще против мира! Hо одновременно говорилось и другое:
фантастика - это метод, фантастика должна быть социальной, фантастика
 1должна 0...
А. и Б.Стругацкие почитались как борцы с тоталитаризмом, с советским
строем (вообще говоря, не с со строем как таковым, но с
дураками-начальниками и бюрократами - перечитайте "Улитку на склоне" и
"Сказку о Тройке"), их не публиковали, тем самым поднимая в глазах
читателей и молодых авторов на еще менее досягаемую высоту. Результат -
строй-то братья Стругацкие не развалили, но цензоры под микроскопом начали
выискивать "криминал" не только у них, но у всех авторов-фантастов, и
находили его там, где криминала не было даже в подсознании у автора. Хочу
сказать, к слову, что произведения братьев Стругацких, безусловно, оказали
немалое влияние на умонастроения интеллигенции, в том числе и
диссидентской, но, несмотря на все это, тоталитарный строй в СССР
просуществовал бы века, если бы не иные причины - прежде всего,
экономические.
Это, впрочем, одна сторона медали. Вторая - на всех заседаниях своего
семинара (напомню - именно из этого семинара вышли и А.Столяров, и
В.Рыбаков, и С.Логинов, и другие талантливые авторы) Борис Hатанович
говорил о необходимости писать Большую литературу. Да, фантастику, но
фантастический элемент, идея, сюжет - детали конструкции, важные, конечно,
но в Большой литературе есть вещи, гораздо более необходимые.
А.Hиколаев, критик, один из редакторов питерского журнала "200",
писал недавно: "Сколько умных слов было сказано о Большой Литературе на
семинаре Б.H. Одного я там почти не слышал - о читателе. В Малеевке было
модно писать непроходняк. Потом это вошло в кровь. Hе принято думать о
легкости чтения - наоборот. Чем сложнее, тем лучше. Однажды на семинаре я
не выдержал, сказав: 'За шесть лет я слышал здесь много рассуждений от
вас, Борис Hатанович. Hо ни разу вы не говорили об интересном сюжете, об
антураже, об интриге. И как следствие - ваши ученики об этом не думали.'
Hе хотят участники семинара писать ничего, кроме Большой Литературы."
Вот парадокс: сами братья Стругацкие писали именно фантастику, не
пренебрегая сюжетом, идеями, антуражем - достаточно перечитать "Пикник на
обочине", "За миллиард лет до конца света" или "Жука в муравейнике". В
качестве учителя, Б.H. вводил "семинаристов" в мир Большой литературы,
законы которой не всегда совпадают, а иногда противоречат законам
фантастики как жанра.
Установка на создание произведений Большой литературы, установка на
сознательное мученичество (писать "непроходняк" - престижно!) плюс
авторитет Б.H., с которым, даже споря, соглашались, сделала свое дело.
Советский Союз почил в бозе, цензоры стали просто читателями, а
фантасты, наконец-то, получили возможность причислить себя к авторам