"Игорь Аверьян. Из глубины багряных туч " - читать интересную книгу автораземля медленно дрожала под ногами от каждого удара. Вытягивая шею, я
смотрел, как бурлит и пенится море над местом, где с войны лежала подбитая и затонувшая здесь баржа - метрах в ста от берега. _______________ Все. Баста. Поздно. Я адски устал. Пред глазами - лиловый квадрат от мерцающего экрана компьютера. Проклятое письмо из Азовска лежит рядом с компьютером на столе: вот оно, продолговатый кусочек картона, зов из зачеркнутого прошлого. Пронеси, Господи, чашу сию мимо меня, пощади, избавь. _______________ Утром проснувшись, я обнаружил: разумеется, за ночь письмо не испарилось: лежит и лежит себе на столе, источая свой яд. И горло першит сильнее обычного. Выбравшись из постели, я первым делом открыл окно: поднял вверх раму, как это принято в Англии. Поток свежего и упоительно пахнущего Океаном воздуха ворвался в комнату. Я разорвал письмо на клочки и высыпал их - не в корзину для бумаг, что стоит у меня возле стола, а в унитаз, что, разумеется, противу всех правил, установленных в отеле и в прочем цивилизованном мире. Проклятые клочки не желали тонуть и всплывали, всплывали, поэтому пришлось долго, раз за разом, _______________ Сколько я себя помнил - неодолимо привлекало меня это затонувшее когда-то судно. Сердце всякий раз вздрагивало, когда я видел его - в тихую погоду, когда море спокойно, баржу отменно видать с высокого берега: на белом песчаном дне - темный вытянутый в длину предмет, суженный к одному краю и закругленный с противоположного. Из закругленного края - то есть из кормы - торчит, косо поднимаясь над водою, металлическая мачта с коротким перекрестием на самой верхушке. Чья эта баржа - наша? немецкая? Говорили, что она затонула в ноябре 42-го, во время жестоких боев в этих местах. Соседка баба Тая рассказывала, что тогда море несколько дней было красным, а трупы плавали у берега, как черные лодки, перевернутые вверх днищами... В августе 62-го я с Ваней Синицей и Антошей Сенченко плавал к барже. Мы никому не говорили об этом нашем мероприятии, потому что купаться в этом месте категорически запрещалось: место было проклятое. Мало того, что берег здесь, под скальным обрывом, опасен чрезвычайно, даже при совершенном спокойствии воды: здесь, у самого берега, где надо в воду входить, беспорядочно навалены природой обломки скал - острые и скользкие: покрытые водорослями, как слизью; и можно, поскользнувшись, здорово пораниться, а то и покалечиться. Именно здесь прошлым летом прибило волнами к камням двух утопленников. (Я видел их - чернильно-бледных, с изъеденными рыбой пятками и плечами. |
|
|