"Оноре де Бальзак. Второй силуэт женщины" - читать интересную книгу автора

- Как мне жаль вторую вашу страсть, - сказала баронесса де Нусинген
- Вы не сумели создать партию, - сказал лорд Дэдлей, - и у вас еще
долго не будет политики. Во Франции много толкуют об упорядочении труда, но
вы еще до сих пор не упорядочили собственности, и вот что с вами происходит:
при Людовике Восемнадцатом или Карле Десятом[23] еще встречались герцоги, у
которых было по двести тысяч ливров ренты, великолепные особняки и
величественные слуги, - такой герцог мог жить как вельможа. Последним из
французских вельмож был князь Талейран. Так вот, герцог оставляет четверых
детей, из них две дочери. Предположим, что он очень удачно их женил и выдал
замуж; каждый из его прямых наследников имеет в данное время уже не более
шестидесяти - восьмидесяти тысяч ливров ренты. Каждый из них отец или мать
многочисленного потомства; следовательно, они вынуждены жить в квартире
где-нибудь в нижнем или втором этаже, соблюдая строжайшую экономию. Быть
может, они даже выслеживают наследство. Итак, у жены старшего сына,
оставшейся герцогиней только по имени, нет ни собственного выезда, ни
лакеев, ни ложи в театре, ни приемных дней, у нее нет "своей половины" в
особняке, ни собственного состояния, ни безделушек; она похоронила себя в
семейной жизни, как женщина из предместья Сен-Дени - в своей торговле. Она
сама выкармливает своих дорогих малюток, сама покупает для них чулки,
наблюдает за дочерьми, которых уже не отдают в монастырский пансион. Таким
образом, самые знатные ваши женщины обратились в почтенных наседок.
- Увы, это верно! - воскликнул Жозеф Бридо. - Наша эпоха утратила
прелестную женщину - цветок, украшавший великолепные времена французской
монархии. Веер знатной дамы сломан: женщине уже не нужно больше за ним
скрываться, краснеть, задумываться, шептаться, выглядывать из-за него. В
наше время веер лишь веет ветерком. А ведь любая вещь, когда она
представляет собою лишь то, что она есть, становится только полезной и
перестает быть предметом роскоши.
- Все во Франции способствовало появлению светской женщины, - сказал
Даниель д'Артез[25].
- И один Бог знает, чего ему это стоило, - заметил лорд Дэдлей.
- В настоящее время князья женаты на светских женщинах, которые
вынуждены абонировать ложу сообща с подругами и которых даже королевская
милость ни на йоту не возвеличила бы. Они незаметно скользят между двумя
течениями - буржуазией и дворянством, не будучи сами ни тем ни другим, - с
горечью сказала маркиза де Рошфид[27] (если только девицы Монморанси могут
обладать такой внешностью), все равно не будет светской женщиной.
- Но что подразумеваете вы под понятием "светская женщина"? - наивно
спросил граф Адам Лагинский.
- Это модное создание, жалкий триумф выборной системы в применении к
прекрасному полу, - ответил министр. - Каждая революция порождает слово,
которое подводит ей итог и ее характеризует.
- Вы правы, - сказал русский князь, приехавший в Париж с целью создать
себе здесь литературную славу. - Если объяснить некоторые слова, из века в
век прибавлявшиеся к вашему прекрасному языку, то можно было бы написать
замечательную историю. Например, слово "организовать". Оно создано Империей
и включает в себя целиком понятие "Наполеон".
- Но все это не объясняет мне, что же такое светская женщина! -
воскликнул молодой поляк.
- Хорошо, я объясню вам это[29]. Она обута в прюнелевые[32], в