"Граница" - читать интересную книгу автора (Авербух Наталья Владимировна)

Глава 10

После того, как мы съели принесенный нам обед, я догадалась поинтересоваться:

— Сколько ты денег потратил, пока я спала?

— Нисколько. Я… поговорил с управляющим. Денег он не вернул, но обещал исправиться.

— А почему денег не вернул?

— Ну… я не взял. Толстяк сказал, дочери приданое копит… плакал, бедняга.

— Альтруист, тоже мне! — в сердцах выкрикнула я. — Неужели не мог так его напугать, чтобы вернул? Мне, по-твоему, на приданое копить не надо?

— Не понадобится, — отрезал страж.

— Как это — не понадобится?!

— А я не дам тебе выйти замуж.

— Это еще почему? — вытаращила я глаза.

— Я не могу позволить тебе связать себя с кем-нибудь клятвой.

— Не слабо. А если я все-таки выйду замуж? Когда ты будешь в лесу, а я в городе?

— Тогда ты проснешься вдовой.

— Ничего у тебя шуточки!

— А я не шучу, Госпожа, я узнаю и приду убивать того, кто осмелится на тебе жениться.

— Ну ты и сволочь.

— Ты мне уже говорила это два раза, Госпожа.

— Так услышишь в третий. По какому праву лишаешь меня личной жизни?

— А надо было думать раньше, Госпожа, когда клятву принимала, — ехидно заметил страж.

— Очень мило. И как мне теперь быть? Сначала тебя убить?

— Не выйдет.

— Почему? Тебя невозможно убить?

— Можно, Госпожа, можно, — спокойно ответил страж. Я затаила дыхание. Неужели он обратно поглупел и сейчас мне все выложит? — Я умру, Госпожа, как только отомщу за твою смерть.

— Что?!

— Как только отомщу…

— Нет, погоди, меня кто-то убивать собрался?

— Сколько я знаю — нет, — удивился вопросу страж.

— А… почему тогда?

— Каждый страж, Госпожа, должен быть к чему-нибудь привязан. Страж леса, например, умирает, если вырубить лес. Страж Заклятой — если убить его хозяйку. После того, как отомстит, конечно, — в обоих случаях.

Вот зачем я тебе была нужна, гадюке.

— А если я покончу жизнь самоубийством?

— Тогда я сразу умру.

— А когда я умру от старости?

— Найду себе другую Заклятую, — пожал страж плечами.

Мне ситуация не понравилась. Получается, если я захочу выйти замуж, мне придется сначала избавиться от стража. Чтобы избавиться от стража, надо сначала убить меня… Но если меня убьют, на мне никто не женится.

Смерть меня не прельщала.

— А иначе от тебя нельзя избавиться? — с надеждой поинтересовалась я.

— Только если я откажусь от своей клятвы, а ты примешь ее обратно. Но я не откажусь, не надейся, — злорадно закончил страж.

— Ага, еще бы, — мрачно поддакнула я. — А вынудить тебя отказаться нельзя?

Разговор получился дикий. Страж с огромным удовольствием выкладывал мне всю информацию, зная: это мне не поможет. Наверняка о самом важном он умолчит. Но хоть что-то…

— Можно, Госпожа. Если знать мое имя.

— А…

— Нет, этого я тебе не скажу, Госпожа.

— Сволочь.

— Ты повторяешься.

— Может быть. А с помощью твоего имени тебя можно заколдовать?

— Заколдовать, подчинить своей воле, — кивнул страж. — Но ты этого все равно не сумеешь, Госпожа, ведь ты ничего не умеешь.

— Тебе не надоедает это повторять? А почему меня нельзя заколдовать, ты говорил, у меня ведь тоже есть тайное имя?

— Есть, Госпожа, но тебя закляли им от колдовства. Поэтому заколдовать нельзя.

— Тогда почему тайное? — фыркнула я.

Страж улыбнулся и неслышно, одними губами прошептал:

— Ашатан.

Неслышно? Да я услышала бы его, даже разделяй нас ревущий водопад! Собственное имя громом прозвучало в ушах, перед глазами сверкнул яркий свет, меня всю скрутило и даже подбросило.

— Что это было? — спросила я, в изнеможении опускаясь на стул.

— Твое тайное имя, Госпожа.

— Никогда так больше не делай.

— Не буду, Госпожа, — пообещал страж и продолжил объяснение: — Свое тайное имя ты услышишь на каком угодно расстоянии, с его помощью тебя можно пробудить ото сна, обморока, вернуть к жизни — если есть куда возвращать, конечно, — освободить от власти чужих чар…

— Постой! — вскочила я на ноги. — Ты же говорил, меня нельзя заколдовать!

— Обычными заклинаниями — нельзя. Но всегда можно изобрести что-нибудь новое.

— Халтурщицы твои Заклятые.

Страж, не обращая внимания на мои слова, закончил:

— Еще Заклятая не может солгать или не ответить, если к ней обращаются тайным именем. Оно может быть использовано для пытки — поэтому держи-ка, Госпожа, его в секрете.

— Для пытки?!

— Ты же видела, как оно действует. Тебе понравится, если я буду повторять его непрерывно? Тайное имя произносится только в Доме Заклятых. Вне Дома оно опасно.

— А те Заклятые, которые меня посвящали? — растерялась я. — Они же знают…

— Заклятые не могут вредить друг другу с помощью имен — слишком велика связь между ними.

— Связь? — обалдело спросила я.

— Да, Госпожа, все Заклятые — сестры, и всегда вместе, даже на расстоянии. Это больше, чем кровные узы.

— И я?

— И ты тоже, Госпожа, хотя…

— Что — «хотя»?

Страж снова замялся.

— Они не хотят напоминаний о вашем родстве, — наконец выговорил он. — Поэтому просили тебя вернуться в родной город и… больше не появляться в этих местах.

Ему было стыдно за Заклятых, которые бросили свою новую сестру одну, совершенно беспомощную и ни к чему не способную, внезапно поняла я. Наверное, ему кажется, он должен был убедить их помочь мне… вот только как?

— Не расстраивайся за меня, страж, я буду необыкновенно счастлива убраться отсюда как можно скорее.

— Как можно скорее не получится, Госпожа, — мрачно ответил страж, — нам придется идти в обход: миновать человеческие поселения.

— В обход, так в обход, не буду спорить.

Новая информация, как ни странно, подняла мне настроение, и будущее виделось более светлым, чем должно бы быть. Во-первых, я все равно пока замуж не собираюсь, соберусь — вот тогда и буду думать. А во-вторых, наверно, можно заставить этого пакостника открыть свое имя или взять клятву обратно. Надо только хорошо поразмыслить. Неужели королевский этнограф не справится с упрямой лесной нечистью?

О пути через лес рассказывать не хочется. Страж выбрал такую дорогу, что мы обошли всех его окрестных коллег. Поскольку даже Заклятым надо есть, мы останавливались у них на ночь, отдыхали, запасались провизией на день или два и шли дальше. Я поражалась: все стражи — без исключения! — были родственниками моему с отцовской стороны.

— Ну у вас и семейственность! — говорила я. — А где твои родственники со стороны матери?

Страж неопределенно хмыкал.

— Их нет, Госпожа. То есть нет среди стражей.

— Как? У твоей матери вообще нет родственников?

— Есть, — ответил как-то страж, — есть сестра. Ты ее видела.

— Да? И кто она?

— Судья Заклятых, которая тебя посвящала.

— Что? Каким образом? Как же так? — захлебнулась я вопросами.

— Когда пропала моя мать, — пояснил страж, искоса поглядывая на меня, — сестра отправилась ее искать… а нашла Заклятых. И прошла посвящение.

— А твоя мать — она так и не нашлась?

— Нет, тетя нашла ее, но мать не захотела возвращаться.

— И что? Что делал твой отец?

— Дома сидел вместе с матерью, конечно, — ответил страж, удивленный моим вопросом.

— Ничего не понимаю.

— А тебе и не надо.

Все они были очень добры ко мне, то есть они так думали. На самом деле меня страшно бесило, как осторожно со мной разговаривает вся эта лесная нечисть: словно я и правда была слабоумной. Бесило, с каким сочувствием они смотрят на моего стража.

Я устала от их доброты и сочувствия, которые мне были вовсе не нужны! Меня не беспокоило, есть ли во мне Сила, нет ли, но терпеть их жалость я больше не могла. Поэтому наши со стражем отношения охладились до невозможности. Невинная фраза: «а вот в этом лесу живет мой двоюродный дядя» или «троюродная бабушка» заставляли меня скрипеть зубами и требовать обойти оную бабушку стороной. Страж обижался, ругался, говорил — не понимает моего упрямства, потом приводил железный аргумент: «а где ты будешь спать, и что ты будешь есть?», и мы шли на поклон к его троюродной бабушке, которая при мне разговаривала со стражем скорбным шепотом, поминутно оглядываясь по сторонам.

Всех этих родственников — по-моему, страж с ними консультировался на тему, нельзя ли как-нибудь мне помочь, но ответы были неутешительны — я обходила в своей каждодневной форме, которая и так мне не шла, а теперь вовсе висела мешком — в лесу я еще и похудела. На требования не позориться и надеть одежду получше, я отвечала — вообще никогда не буду красиво одеваться, ведь теперь в этом нет смысла: все равно замужество мне не светит. И вообще, чихала я на мнение обо мне его родственников вплоть до пятого колена! Им нравится считать меня слабоумной — вот ее они и получат! Сами напросились!

К Эрдо мы добрались, едва только не передравшись. То есть я очень даже хотела залепить ему по физиономии, но меня удерживали два соображения: во-первых, со стража станется дать сдачи, а во-вторых, я была уверена — за нами наблюдают его родственники, растворенные по их обычаю в лесах. Вмешаться не вмешаются, но в следующий раз дальше сеней не пустят.

Эрдо встретила нас на границе своих владений.

Довольно небрежно поприветствовав обожаемого сына, она почти стразу переключилась на меня:

— Элесит, деточка! Как ты?

Я издала чуть слышный стон, который, как страж уже знал, означал: «если ты не уберешь от меня свою родню, я за себя не ручаюсь!»

Эрдо удивленно уставилась на меня.

— Так плохо? — посочувствовала она.

— Мама, Элесит устала, ей надо отдохнуть, — поспешил вмешаться страж.

— Да-да, конечно. — Эрдо поспешно взмахнула рукой, и нам открылся древесный коридор, напрямик ведущий к ее дому. Как мне объяснял страж, они редко так делают, предпочитая передвигаться по лесным тропкам: деревья устают, когда приходится расступаться. Несмотря на раздражение, я почувствовала себя польщенной.

В доме Эрдо проводила меня в комнату, в которой я жила в свой прежний визит. Я удачно симулировала смертельную усталость, и Хозяйка поспешила откланяться, оставив меня, наконец, одну.

Ненадолго: не успела я присесть на кровать, как в комнату ворвался страж.

— Госпожа, кончай свой спектакль!

— Чего тебе надо?

— Кого ты из себя строишь? Неужели ты хотя бы здесь не можешь не валять дурака?

— Оставь меня в покое, страж, — велела я. — Между прочим, я действительно устала.

— Госпожа, ты ведешь себя неприлично! Неужели ты не видишь — все желают тебе только добра?

— Оставь меня.

— Но…

— Сынок, — раздалось за дверью. — Дай Элесит отдохнуть с дороги.

— Вот видишь, — подмигнула я. — Можешь идти и оставить меня наедине с вашей добротой; кстати, предупреди свою мать — мы тут не задержимся и завтра же выступаем.

— Но…

— Или я сама с ней поговорю, — пригрозила я. — Она будет счастлива получить счет на пятнадцать золотых.

— Ах ты!.. — Страж невероятным усилием воли сдержался и не выругался, не плюнул на пол в доме своей матери.

После того, как за ним с треском захлопнулась дверь, я тихо расхохоталась. Похоже, я его достала. Это хорошо, я-то слышала, как одна из родственниц (забыла, какая именно) все спрашивала, неужели страж не может оставить меня у себя в лесу, где меня никто не будет беспокоить, бедняжечку…

Уверена, после почти недельного скандала такого желания у него даже не возникнет.

Как же я от них устала!

Я, наверное, успела заснуть: тихо скрипнувшая дверь меня разбудила. В комнату на цыпочках проскользнула Эрдо.

— Элесит, деточка, — осторожно начала она. Интересно, она продолжала называть меня прежним именем, я ведь должна была его лишиться после обряда. Может, не лишилась, потому, что я не настоящая Заклятая? В любом случае, «Элесит» звучит приятней, чем когда тебя за глаза называют «она» или «эта бедная малышка». — Сын сказал мне, ты хочешь скорее вернуться в город. Неужели это обязательно? Поживи с нами, и мы непременно сообразим, как тебе помочь…

— Эрдо, я прошу вас, не надо.

— Элесит, я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, — упрямо продолжила Эрдо, присаживаясь на край кровати, — но ты должна подумать и…

— Эрдо, вы ничего не понимаете! Я ничего, совсем ничего не чувствую, я только устала от вашей доброты, она мне не нужна! Слышите — не нужна!

— Да-да, конечно, деточка. Я бы на твоем месте говорила бы то же самое…

— Эрдо! Пожалуйста! Неужели не ясно? Я никогда не хотела становиться Заклятой — и я совершенно не расстроилась, когда ей не стала!

— Конечно, тебе хочется себя в этом убедить, Элесит, но ты не должна это делать. Как ты можешь опускать руки?

— О! — простонала я. — Эрдо! Меня все совершенно устраивает, когда вы, наконец, поймете?! Меня злит только ваше сочувствие, которое мне совершенно ни к чему!!!

— Да, деточка, ты права, — склонила голову хозяйка леса. — Жалость унижает… я тебя понимаю.

— О!

Мне все-таки удалось настоять на своем и уйти от Эрдо на рассвете. Страж страшно ругался, мол, у меня совсем нет совести. Я молча соглашалась: нет, так нет, какая разница?

Я нетерпеливо уклонилась от прощальных напутствий Эрдо и стояла в двух шагах, деликатно ожидая, пока она простится с сыном. Прощание, однако, затягивалось.

— Страж! — не выдержав, позвала я. — Нам пора.

Эрдо повернулась ко мне.

— Почему ты зовешь его стражем? — удивилась она. — У моего сына есть имя. Его зовут Ор…

— Мама, — поспешно перебил ее страж, — Элесит это совершенно неинтересно.

— Почему же, — с неменьшей поспешностью возразила я. — Очень интересно. Так вы говорите, Ор…

— Совершенно неинтересно, — с нажимом повторил страж. — И вообще, Элесит права, мы торопимся.

— А… да, конечно, — растерялась Эрдо, переводя взгляд со своего сына на меня, видимо, мы казались одинаково сумасшедшими. — Конечно.

И тут Эрдо сделала странную вещь: она подошла ко мне, обняла на прощание и тихо прошептала:

— Береги его.

— Что?

— Береги его, деточка. Удачи! — громче повторила Эрдо.

Так, я не поняла, кто кого охраняет?

— Не повезло, — с сожалением прокомментировала я, как только дом Эрдо скрылся за поворотом. — Еще немного — вот где ты у меня бы был. — Я продемонстрировала стражу сжатый кулак.

— Госпожа, как тебе не стыдно! Зачем ты издеваешься над теми, кто привечал тебя всю неделю? Неужели ты ничего не слышала о долге гостеприимства?

— Не-а, — разочаровала я своего спутника. — В городах есть гостиницы, и таких проблем не возникает. И потом, я на ваше гостеприимство не напрашивалась. Если бы ты не потащил меня на обряд…

— То Заклятые привели бы тебя силой, разрушив городок до основания, — запальчиво перебил страж.

— Если бы не ты, Заклятым до меня дела бы не было!

— Я, что ли, погнал тебя в лес?

— Скажешь, не ты?

— И за шишками тоже я тебя отправил? Сидела бы дома, хлопот не знала!

— Если бы ваша братия сама догадалась прекратить жертвоприношения!..

— Нам они не так уж и мешали!

— Ага. А карательная экспедиция тоже вам бы не помешала?

— Ты могла бы прямо изложить свое дело, а не притворяться жертвой.

— А ты меня спросил, зачем я пошла в лес?

— Знаешь, Госпожа, это были твои проблемы! Меня все совершенно устраивало!

— Я заметила, — ехидно закончила я, в одночасье потеряв весь азарт спора. Мне не давали покоя слова стража «одной-двух вполне достаточно», которые он произнес, когда заключал со мной свое «соглашение». И еще: «когда пропала моя мать, сестра отправилась ее искать… а нашла Заклятых».

Но, чтобы стать Заклятой, надо быть человеком… Эрдо — типичная хозяйка леса, как раньше называли женщин-стражей. Или она раньше тоже была человеком? Ничего не понимаю. Разве страж — полукровка?

Поднимать эту тему я не решилась, сочтя слишком личной.

— Ты возражаешь, если я буду называть тебя Ор?

— Почему Ор? — опешил страж.

— Это все, что я успела услышать из твоего имени.

— Как хочешь, Госпожа, — пожал страж плечами.