"Хелена" - читать интересную книгу автора (Хлодвиг Мария)

— 2-

"Плохо. Определённо, всё очень и очень плохо".

Что же они затевают? Ещё и устроили встречу под розами — символами неразглашения тайны. Шутка, конечно, изящная. Очень эльфелингская, я бы сказала. Вот только меня что-то не тянуло улыбаться.

— Что с тобой? — встревожено спросила Элинь.

— Устала немного, не выспалась. Не бери в голову.

Я обманывала лучшую подругу и не чувствовала, будто совершают нечто неправильное.

"Что дальше? Распространение богохульных анекдотов или сожительство с порочным красавцем?"

— Эй-эй! Да ты будто призрака повстречала. Расскажи, что случилось, не мучь себя, — в голосе Линь было столько участия, что я не смогла полностью утаить от неё увиденное.

Какой стыд. Жизнь среди простецов сделала меня мягче любимой перины купеческой дочери.

— В оранжерее я увидела эльфелинга.

— Ух ты!

Лицо Элинь порозовело, а глаза лихорадочно заблестели. Увы, она совсем не умела сдерживать эмоции. Нелюди представлялись ей идеальными — во всех смыслах. Я, сколько не пыталась, так и не смогла её разубедить.

— И какой он? — с возмутительно-откровенным интересом спросила подруга. Её нисколько не волновало, услышит нас кто-нибудь или нет.

— Черноволосый. Светлокожий. Ушастый.

— Хелена, опять ты за своё, — обиженно протянула подруга. — Рассказывай нормально!

— Ладно. Его ланиты взяли цвет от лепестков бледной королевской розы, а облачён он был в шелка, синие, как морские волны. Так лучше?

— Бесполезно, — отмахнулась Элинь. — Ты хоть и читаешь рыцарские романы, а куртуазности в тебе как не было, так и нет. Спрошу напрямую: он красивый?

— Да, — "как эльфелинг", так и хотелось добавить, но мне хватило самообладания смолчать. Ни к чему больше упражняться в остроумии.

— Ах, Хел, как же тебе повезло!

"Ага. Улыбнулась сомнительная удача, нечего сказать. Как будто мне не хватало своих проблем".

Мои невесёлые размышления прервали первые аккорды национального гимна. Как и полагается законопослушной гражданке славного королевства Вейларния, я поспешила встать. А вот петь не стала — настроение у меня было не торжественное.

Между тем на арене амфитеатра собралась интересная компания. Само собой, там присутствовали ректор и десяток магистров, но не они привлекли моё внимание. Кажется, Линь говорила о десяти вспышках в башне Порталов? Загадка решилась сама собой — их виновники стояли на белом песке.

Первыми я отметила эльфелинга-оэрринца и золотоволосого тейгланца, однако среди "гостей" Университета Вейларнии были и более примечательные личности. У леди в зелёном, например, на плече сидел маленький дух-кот, да и в том, как она щурилась, глядя на студиозусов, чувствовалось нечто кошачье. Рядом с ней стоял большеглазый юноша в венке из васильков и ромашек. Травницы, сидящие в первых рядах, бросали на него пылкие взгляды — я сама этого не видела, но знала — они без ума от подобных парней.

Был там и ещё один эльфелинг. Весь в белом, утончённый, болезненно-красивый, он заставил вздыхать не одну романтически настроенную девицу, да и у некоторых юношей сердце забилось чаще. Впрочем, часть из них наверняка приняла нелюдя за девушку — наш Университет всё-таки приличное учебное заведение. Противоестественные наклонности здесь не в чести.

Забавно, но соседом томного красавца был молодой воин-маг в накидке, отделанной мехом снежного тигра. Женственности в нём и в помине не было. Хотя какая из него могла бы получиться женщина? Мускулистая, высоченная и с раздвоенным подбородком — бой-баба, одним словом. Хорошо, что ему довелось родиться мужчиной. Жениха искать куда сложнее, чем махать мечом.

Красивая, совсем ещё юная девушка в коротком бархатном платье — мне такое стыд никогда не позволит надеть — прибыла из Доранлиса, древнего королевства людей. Оно известно мрачной поэзией, вечно туманной столицей Олар и нездоровым отношением к смерти. Тамошняя земля богата на медиумов и некромантов, но при настолько долгой истории королевства в этом нет ничего удивительного. Говорят, могилы попадаются в Доранлисе на каждом шагу, а Старый город Олара вообще одна большая гробница.

Гостья из Ведионна, другого древнего людского государства, оделась для визита в Университет не столь легкомысленно. Впрочем, даже в наглухо застёгнутом платье она казалась полураздетой.

Длиннокосый витязь определённо принадлежал к знати Кемингрии — королевства, признанного цивилизованным лишь недавно. Ещё столетие назад его жители были варварами, грабящими богатые прибрежные города, но ныне они вхожи в лучшие дома Старого и Нового Света, образованы и куртуазны. Правда, кемингрийки по-прежнему бреют головы и носят разноцветные парики, а их мужчины отращивают косы. Не так-то просто полностью избавиться привычек, унаследованных от тёмных предков.

— Хел, видишь того господина с золотой лентой?

— Да.

— Зуб даю, что это королевский посланник.

Выходит, дело серьёзно. Король Вельен вспоминает про своих магов редко — когда получает сведения о подозрительной активности на границе с Эхтроком, нашим давним врагом, или расплачивается с очередным долгом, например. Последняя война истощила казну почти до предела, а волшебники, вопреки распространённому заблуждению, свинец в золото не превращают (его получают из серебра после сложнейших манипуляций). Университет предназначен не только для обучения молодёжи Вейларнии, но и для ведения исследований, расширяющих магическое знание. Но прогресс требует внушительных затрат, а денег у монарха нет. Помощь от него поступает от случая к случаю, в остальное же время Университету приходится выискивать средства самому. Магистры, даже такие заносчивые, как Ленрой, не гнушаются выполнением заказов со стороны. Обычно они ставят всего два условия: предоплата и непротиворечие задачи Кодексу Магов и законам Вейларнии.

Посланник из столицы… Какие же вести он принёс?

"Уж точно не о начале войны с Эхтроком. Такое объявили бы сразу".

— Линь, как ты думаешь…

— Тшшш! — шикнула на меня подруга. — Сейчас будет говорить ректор.

И действительно, магистр Генрион поднял руку, призывая к тишине. Он занял пост ректора в разгар последней войны, сменив погибшего отца. С тех пор прошло десять лет, и из отчаянного юноши Генрион превратился в нервного седеющего мужчину, упрямо идущего к намеченной цели — возрождению Университета.

Хоругвь ему в руки, как говорят на севере.

— Студиозусы! — торжественно произнёс ректор. На его обычно напряжённом лице лежала печать умиротворения и некой просветлённости. — Чтите законы божественные и земные!

Мы с Линь удивлённо переглянулись, и были далеко не одиноки в своём недоумении.

— Ибо только так вы не опозорите меня, своих мастеров и нашего доброго короля в чужой земле. Да, мы решили не ждать лета и даём вам возможность раньше проверить знания на практике.

"Плохо. Не люблю проверки".

— Перед вами девять достопочтенных послов стран-приимниц этого года…

Магистр Генрион углубился в перечисление государств и титулов их посланников. Как и следовало ожидать, на представление двух эльфелингов ушло больше времени, чем на других гостей вместе взятых. Оказалось, золотоволосый тейгланец и правда принадлежал к правящему дому.

— В четвёртом часу после полудня начнётся распределительное тестирование. До его начала все занятия отменяются. Можете расходиться, но не забудьте узнать у старост номера экзаменационных аудитории.

Последние слова ректора повергли меня в уныние. Мой текущий уровень знания оставлял желать много лучшего, и за пять часов я не могла поднять его до приемлемого.

Плохо. Очень плохо. Ещё хуже то, что винить некого — кроме себя самой, разумеется.

"Нечего было вместо учёбы романы читать".

В текущем — третьем — семестре мой поток, лексимики, изучал семь предметов: низшую алхимию, начала гербалогии, введение в проектирование артефактов, историю, основы искусственных языков, древнеэйанский и магическую логику.

Пять нацело на семь не делится. Отлично! Уберу-ка историю — она мне ещё в детстве надоела.

В проектировании главное твёрдая рука, острый глаз и дерзкая мысль. С последним у меня неважно — сказывается влияние первого образования, несколько… хм… каноничного. Чтобы полностью избавиться от его следов, мне надо проделать грандиозную работу над собой, а я на неё морально не готова.

Языки, что естественные (и живые, и мёртвые), что искусственные, устроены примерно одинаково. Ничего сложного — на первый взгляд.

"Какой-то я неправильный лексимик. Есть, что сказать, однако не всегда нахожу, как".

Боюсь, как и в случае с проектированием, истоки сей досадной немощи кроются в моём прошлом.

Гербология, или травознание по-простому, слишком скучна. Не хочу даже заглядывать в конспект по ней. Кое-что помню — и ладно.

Алхимия — на редкость логичная штука. Как славно, что я ходила на все практические занятия и примерно представляю, как не отравиться при очистке соли металла.

Остаётся маглогика. С ней, драгоценной, всё ясно — раз я не доверяла ей в течение двух месяцев, то за пять часов и подавно не приму на веру. И потому…

…пойду-ка я спать. Слишком много потрясений выпала на мою долю сегодня, а свежая голова на тестировании ещё никому не мешала. Надеюсь, Линь разбудит меня воремя.

"Жёлтые цветы дерева Ёфэн посвящены Вальго, синие — Земши. Молитву Тэа о прощении грехов возносят в полнолуние, распустив волосы и одевшись в новые белые одежды. Жиюнну нельзя поминать дурным словом. Эв помогает заблудшим…"

— Подъём! — бодрый возглас Элинь выхватил меня из теологического кошмара. Отвечать урок наставнику Кьезону то ещё удовольствие. Бррр! Не хочу проходить через это вновь, даже во сне.

— Встаю, встаю… Чай готов?

— Мы опаздываем, Хелена! Хватай сумку и бегом в главное здание!

— К-к-куда? — ой, я забыла узнать номер аудитории. Плохо.

— Шляпа ты, Хел, — хмыкнула Элинь. — И спать слишком любишь. Я, между прочим, десять минут тебя будила. Поблагодари Эльвина за заботу: он заходил час назад и просил передать, что тебя ждут в двенадцатой.

Я с благодарностью посмотрела на Линь.

— Ты моя спасительница…

— Потом поболтаем! — отмахнулась соседка и выбежала из комнаты.

Я бросилась вслед за ней. На разговоры, как правильно заметила подруга, времени уже не оставалось.

— Здравствуйте! — сказала, входя в аудиторию. Тестирование тестированием, но пара вежливых слов ещё никому не вредила. Магистр Ленрой удовлетворённо кивнул и указал мне на третье место в четвёртом ряду.

Справа — пусто, слева — пусто. Сзади сидит Эльвин, спереди — Каталина, самоуверенная травница-третьекурсница. При желании я могу за неё спрятаться… и достать "вспомогательный материал".

Хорошее место. Надёжное.

С диспозицией ясно, перехожу к боевым действиям. Семь сложенных стопкой листков, каждый с моим именем в верхнем правом углу, бросали мне вызов. Холод… Он с позором отступил. Его изгнала лихорадка боя. Противники-вопросы замерли на бумажном поле битвы в ожидании шквала моих ударов-ответов. Схватка обещала быть жаркой.

Воин-маг не сдаётся.

Воин-маг не отступает.

Воин-маг не теряет надежды

О нет! Почему в этот тяжкий час Эв покинул меня? Я не могу отыскать дорогу в сгущающемся мраке…

Я понимаю, зачем нужна маглогика. Это инструмент, с помощью которого смертные убеждают Хранителей Равновесия в своей правоте. Без их согласия невозможно ни одно мало-мальски могучее волшебство.

Я знаю, как она работает — право, её аппарат не так уж и сложен.

Моя проблема в ином: я не могу применять маглогику на практике, потому что не верю в неё.

Естественно, это ставит крест на моей карьере волшебницы. Придётся до скончания дней заговаривать по деревням зубы, благо способности лексимика на это годятся.

Ах! Кажется, магистр Ленрой слишком пристально смотрит на меня. Неужели… он догадался о моей позорной тайне?

Ещё немного, и я от стыда сползу под стол.

Как не печально признавать, тестирование провалено.

С оглушительным треском.