"Нечеткая грань" - читать интересную книгу автора (Март Михаил)

16

Управляющий кафе «Шоколадница» посмотрел удостоверение Вербицкого и облегченно вздохнул: прокуратура не занимается мелкими лавочками.

— Чем могу быть полезен?

— Красивое оформление вашего интерьера нас заинтересовало, — сказал Вербицкий.

— И только-то. Недавно сделали. Месяц назад. Талантливый парень стену разрисовывал.

— Что вы о нем знаете?

— Ничего. Даже не помню, кто его мне рекомендовал. Он много забегаловок разукрашивал. Зовут его Афанасий. Впрочем, есть ведомость, по которой он получал деньги…

— Нам известны его паспортные данные, — перебил управляющего Крутов. — Нас интересует адрес. Не тот, где прописан, а где живет.

— Тут я вам ничем помочь не могу.

— А кто может?

Управляющий поскреб лысину и мозги зашевелились.

— Одну секундочку. Сейчас вернусь.

Оставив гостей в своем кабинете любоваться рекламными плакатами сладостей, управляющий вышел и через несколько минут вернулся с девушкой в форме официантки.

— Вот Верочка, она знает местные секреты.

— Здравствуйте, — смущенно произнесла девушка.

— Говори все, что знаешь. Люди солидные, из прокуратуры. Поняла? — предупредил начальник.

— Нас интересует адрес художника. Афанасия. Что скажете? — мягко спросил Вербицкий.

— Я на его чары не клюнула, но Дашка наверняка у него была. Студентка. Здесь, у бабушки, на каникулах. Она к нам часто заходит, и я у нее один раз была. Вместе ходили на танцульки в молодежный клуб.

— Где она живет?

— На Шостаковича, шестнадцать. Номер квартиры не помню, третий этаж, дверь справа. Там только один подъезд.

— Спасибо за помощь, — кивнул Вербицкий. — Вы их видели вместе?

— Последний раз вчера вечером. По ресторанам Афоня девушек не водит. Жадный. Впрочем, на те гроши, что ему платят, добреньким не станешь. Но Дашке все равно, она влюбилась в него по уши.

— А в котором часу они ушли?

— Часов в девять вечера. Я видела в окно, как они такси ловили. Поразилась — такой жмот, и вдруг такси. Никак наследство получил.

— Вполне возможно, — задумчиво произнес Крутов.

Дверь открыла очень хорошенькая девушка лет восемнадцати с сонной физиономией.

— Извините, Даша, мы вас разбудили? — улыбнулся Вербицкий.

— Разбудили. Вы к бабушке? Она у соседей. Позвать?

— Нет, мы к вам, — мягким тоном сказал Крутое, стараясь не напугать девушку. — Пара безобидных вопросов, и можете спать дальше.

— А вы кто?

Крутов показал милицейское удостоверение.

— Могла бы сама догадаться. Проходите, — пригласила Даша и, как это у нас принято, провела гостей на кухню.

— Что-то случилось с Афанасием?

— А вы неглупая девушка, — улыбнулся Вербицкий. — Пока не знаем, пытаемся найти его. Где он живет?

— За городом. Но ночью его дома не было. И утром он не вернулся.

— Вы у него ночевали?

— Всего лишь второй раз. И опять отключилась после шампанского. Недели две назад я очнулась утром в его объятиях. И не сожалею об этом. А сегодня проснулась ночью около трех. Кровать стоит у окна. Вечер был теплый, окна открыты. Меня разбудил ливень, залило всю кровать и меня. Я замерзла, промокла, оттого и проснулась. Афони рядом не было, это меня до смерти напугало. Да еще такая гроза! Я встала, закрыла окна на щеколды, оделась и спустилась вниз. Растопила печь, сидела возле нее до утра. Часов в десять дождь перестал, и я решила ехать домой. Попыталась открыть дверь, она была заперта на висячий замок снаружи. Пришлось вылезать в окно на кухне. Больше я к нему не пойду. У меня к вам просьба. На тумбочке возле кровати остался золотой крестик на цепочке, заберите его, пожалуйста.

— А зачем вы его снимали? — спросил Крутов.

— Я не снимала, он сам меня раздевал и снимал все украшения. Колечки, серьги, часы. Я удивилась, а он сказал, что не любит прикосновения металла к своему телу. Однако свои часы он не снимал.

— Важная деталь, — ухмыльнулся Вербицкий. — У нас машина. Покажете нам его дом, а потом мы вас привезем назад. Может, и крестик заберем.

— Дом его найти непросто. С южного шоссе через лес проходит узкая дорога, поросшая травой, заметить ее не каждый может. У Афони нет машины, и тропка не промята. Других домов там нет, сплошной лес, очень страшно было ночью. Как он мог так со мной поступить? Это же не по-мужски.

— Чужая душа потемки. В котором часу вы проснулись?

— В три часа ночи.

— Хорошо. Вы говорили о его часах. Что за часы?

— Он ими гордится. Швейцарские. «Ролекс». Очень большие, с серебряным циферблатом и золотыми стрелками. И еще массивный браслет.

— Такие часы дорого стоят.

— Подарок. Так он мне сказал.

— Ладно. Разберемся, — поставил точку Крутов и встал.

Дом в лесу выглядел очень солидно. Девушка указала сыщикам на окно, из которого выпрыгнула. Оно было на двухметровой высоте.

— Отчаянный поступок, Даша, могла бы ноги переломать, — покачал головой Вербицкий.

— Уж лучше покалечиться, чем сидеть в клетке. И до сих пор сидела бы.

— С чего вы взяли? — удивился Крутов. — Думаете, Афанасий не возвращался домой?

— Мне так кажется. Это легко проверить. Я оставила ему записку на кровати. И потом, если бы он вернулся, то открыл бы окна. Такая жара стоит, зачем же сидеть в духоте? Свежий лесной воздух, тишина, даже ветерка нет. У него окна всегда были открыты, даже в его отсутствие. Воров он не боялся.

— Да, замочек на двери хлипкий, больше подходит для почтового ящика, — усмехнулся Крутов. — За свою собственность парень не трясся.

— Странно все-таки, — задумчиво проговорил Вербицкий. — Нищий художник и очень дорогой дом. В поселке он стоил бы дешевле — общие коммуникации. Сюда проведено электричество, а это недешево. Еще водопровод, канализация… Дом построен по индивидуальному проекту. Надо проверить, кому он принадлежит. Хорошо бы заглянуть внутрь.

— Нельзя ничего трогать. У нас нет причин для обыска. И санкцию не дадут. Нет оснований, — остудил его пыл Крутов.

— Уговорил, — кивнул Вербицкий. — Я аккуратно.

— Сними ботинки, Илья, и вставай мне на плечи, твои следы в доме нам не нужны.

Вербицкий снял ботинки, подполковник сел на корточки. Следователь забрался ему на плечи, и Крутов встал в полный рост. Вербицкий открыл окно и забрался внутрь. Все чисто, скромно. Следователь начал обход владений пропавшего художника. Ничего необычного внизу он не нашел. Поднялся на второй этаж, где стояла кровать, а остальное пространство занимали рабочие столы с красками, мольберты, этюдники на треногах, вдоль стен — бесчисленное количество папок огромных размеров. На кровати, как и говорила Даша, лежала записка: «Ты негодяй, Афанасий. Бросил девушку одну в доме и ушел. Я не могу понять, зачем я тебе нужна? Больше ко мне не приходи! Даша».

Вербицкий убрал записку в карман, взял с тумбочки крестик на цепочке и спустился вниз. Его внимание привлек платяной шкаф. На полках несколько рубашек и два свитера, в другом отделении висел дешевый костюм, ветровка и старый твидовый пиджак с нашитыми и уже основательно потертыми замшевыми заплатками на локтях. В кармане ветровки лежал пустой конверт. Почерк женский: «Прочти и сожги». Вербицкий достал записку Даши и сравнил почерк. Нет, надписывала конверт другая рука. Он его тоже забрал. На журнальном столике стояли подсвечники, недорогие вина, шампанское и бокалы. Чистые были перевернуты, в двух — остатки шампанского на самом донышке.

На стеклянной поверхности столика Вербицкий заметил белые крупинки. Он оторвал от журнала обложку, ребром бумаги собрал порошок, достал из кармана целлофановый пакетик и ссыпал в него порошок. Судя по всему, при свечах Афанасий не заметил просыпавшийся порошок.

Вербицкий заглянул в прихожую. Там, в углу, стояла лопата, облепленная комьями земли. Он присмотрелся. Сверху земля высохла и потрескалась. Сыщик отодрал один комок, и стало понятно, что пользовались лопатой совсем недавно — оголившаяся поверхность штыка была мокрой.

Вербицкий взял лопату и направился к окну.

Увидев коллегу с лопатой, Крутов удивился, но задать вопрос не успел, Вербицкий сам задал вопрос девушке, передавая ей крестик на цепочке.

— Вы можете вспомнить точное число, когда приезжали к Афанасию в первый раз?

— В общем-то это не трудно. — Девушка прищурила глаза, подумала и сказала: — Шестого июня. Потом он исчез. Решила, что вряд ли он заинтересовался мной как женщиной, у меня совсем нет опыта, но вдруг он вновь появился. Честно говоря, я удивилась.

— Зачем тебе лопата, Илья? — спросил Крутов.

— Ты видишь где-нибудь огород?

— Сплошные лужайки.

— Вот именно. Что он здесь копал? Сгораю от любопытства. Если он притоптал ямку, то земля еще свежая и рыхлая, а стало быть ливень ее размочил и она осела. Давай осмотрим участок. Даша будет понятой.

Начались поиски.

— Надо идти ближе к опушке, где кустарник. В лесу рыть бесполезно, там корни деревьев помешают. Место должно хорошо просматриваться из окон, — рассуждал Вербицкий, — и в то же время быть подальше от дома.

— Хочешь выкопать труп Дмитрия Петляра?

— Я не знаю, что мы выкопаем, но художники землю не роют от безделья.

Искали долго, ползали на четвереньках, исследовали каждый метр, пока Вербицкий не крикнул:

— Идите сюда.

Крутов и Даша подошли к кустам дикой малины.

— И что тут? — спросил подполковник.

— Видишь срезы у самых корней? Несколько стеблей срублено, очевидно, штыком лопаты. И почва просела в этом месте.

— Тут трава растет, — сказала девушка.

— Думаю, что это дерн.

Вербицкий вонзил в почву лопату и наклонил ее. Аккуратно вырезанный квадрат с травяной поверхностью приподнялся.

— Черт! Ты гений, Илья! — воскликнул подполковник.

— Мы еще ничего не нашли.

Шесть квадратов дерна размером тридцать на тридцать сантиметров были сняты и уложены на траву.

— Это все? — удивился Вербицкий.

— Да. Покойничка сюда не впихнешь, — покачал головой Крутов. — Попробуем копнуть глубже.

В полуметре от поверхности лопата на что-то напоролась. Дальше начали копать руками, появился плотный целлофан. В конце концов они вытащили из ямы мешок, в котором лежала сумка из грубой свиной кожи. Расстегнули молнию и оторопели: сумка — была набита пачками долларов в банковских упаковках, на ленточках стоял штамп банка.

— Вот что, Валерий, — сказал Вербицкий, — вызывай бригаду экспертов, а я позвоню начальнику управления. Он добудет для нас санкцию, с его авторитетом это не проблема.

— Ты прав, уходить отсюда рано. Придется дом поставить под наблюдение.

— Круглосуточное.

— Жлоб! — возмутилась Даша. — Мне даже ни одного цветочка не подарил.

— Скорее всего, деньги попали к нему в руки совсем недавно, он просто не успел начать их тратить, — предположил Вербицкий.

— Да! Головоломка. А все началось с обычной аварии. — Крутов усмехнулся.

— Не обычной, Валера. Это убийство, и ты об этом знаешь. Когда у олигархов такого уровня, как Дмитрий Петляр, неприятности, они, как правило, кем-то подготовлены. Пошли звонить.