"Герман Леонидович Занадворов. Главы романа" - читать интересную книгу автора

Они сели на подвернувшееся бревно. Пальцы сержанта нащупали бумажку в
руке Павла, насыпали в нее махорку. Они курили, пряча цигарки меж ладоней. И
хотя оба почти не говорили, Павел почувствовал, что приобрел нового верного
товарища.
- Как вас зовут? - неожиданно спросил сержант.
- Павел.
- Меня Борис. Борис Кузнецов. Ты держись меня, а то в первый раз,
знаешь...
- Подымайсь! - прокричали впереди.
Павел не успел ответить сержанту, он глубоко затянулся, раздавил
пальцами окурок, вскочил.
Как и сотни других, Павел думал, что от его стойкости и смелости
зависит судьба боя. Он думал, что силы собраны в кулак, что кто-то в Оржице
разработал план отчаянного прорыва, рассчитал все, до последней гранаты.
Надо только напрячься, немцы будут отброшены, путь свободен. Но где же эти
немцы? Только б дорваться до них! Дорваться!
Ярость охватила всех вокруг, завладела Павлом.
Каждый мускул набух бешенством, двигался стремительней его мысли. Он
стрелял, сцепив зубы, словно вбивал пули прямо в немцев. Он бежал вперед.
Удары ветвей, визг осколков только подбавляли злобы. Он бежал и, как все,
кричал в лицо невидимому врагу. И крик этот был так же похож на "ура", как
на завывание пущенного из пращи камня.
Только б дорваться! Дорваться! Дорваться!
Отряд пробирался беглым шагом. Миновали болота. Единым махом взбежали
на пригорок. Их встретил огонь автоматов и пулеметов. Они с трудом поняли
команду: "Назад". Отходили, отстреливаясь, злобно ругаясь.
Окопались в кукурузе. Все поспешно стреляли в темноту. Павел стрелял
тоже. Трескотня автоматов становилась густой. И воздух свистел гуще. Тогда
они получили приказ: "В атаку!". Огромными прыжками рвались вперед. В
темноте раздвигался лес. Враг тоже будто раздвигался. Они догоняли только
одиночных пехотинцев, валили их с ног. Откуда-то сбоку обрушились минометы,
пришлось опять повернуть назад, к кукурузному полю. Непрерывные разрывы мин
заставляли прижиматься к дну окопчиков. Бойцов осыпала земля, осколки,
срезанные стебли.
- Наклони голову. Ниже. Ниже, - слышал Павел голос сержанта и
втискивался в землю.
По цепи передавали:
- Диски. У кого есть диски?
- Гранаты. Дайте гранат!
За взрывом раздался стон. До Павла доносилось:
- Мать их так! Опять двоих ранило.
- Где артиллерия наша, чтоб ей подохнуть?!
Светало. Становились видны лужи впереди, вершины кустов, обернутых
понизу туманом. Снова пришел приказ: "В атаку!". Они опять поднялись,
бежали, еле видя друг друга в тумане. Снова их встречал сосредоточенный
огонь, заставлял отступать к знакомым окопчикам.
Павел дрожал от злобы. Он не мог выместить ее на неуловимых врагах.
Такая же злоба охватывала всех вокруг. Борис после второго отступления,
падая рядом с Павлом на землю, раздраженно швырнул винтовку.
- Черт побери, эту пукалку. Куда с ней против автоматов?