"Роберт А.Уилсон, Роберт Шей. Глаз в пирамиде ("Иллюминатус!" #1) " - читать интересную книгу автора

Таймс-сквер по кличке Розетта Каменная, у которой мисс Уэлш из отдела
журналистских расследований "Конфронтэйшн" купила десять унций, чуть позже
перепродав пять унций Джорджу. А Джордж затем снова ввез траву в Мэд-Дог, не
подозревая, что тем самым он замыкает круг. Изначальное же семя относилось к
тому сорту, который генерал Джордж Вашингтон рекомендовал в своем знаменитом
письме к сэру Джону Синклеру: "Я обнаружил, что индийская конопля по всем
качествам превосходит новозеландский сорт, который здесь выращивали прежде".
В Нью-Йорке Ребекка Гудман, решив, что Сол не придет домой ночью, слезает с
постели, накидывает халат и начинает просматривать свою библиотеку. Наконец
она снимает с полки книжку по вавилонской мифологии и читает: "Прежде всех
богов был Мумму, дух чистого хаоса..." В Чикаго Саймон и Мэри Лу Сер-викс
сидят голыми на кровати, сложив ноги в позиции "яб-юм-лотос".
"Нет, - говорит Саймон, - ты не должна двигаться сама, малышка; жди, пока
ОНО начнет двигать тобою". Кларк Кент и его супермены свингуют, повторяя
"We're gonna rock around the clock tonight... We're gonna ROCK ROCK ROCK
till broad day light".)
Лицо соседа Джорджа по тюремной камере похоже на череп с огромными,
выступающими вперед передними зубами. В нем около шести с половиной футов
ростом, он лежит на тюремной койке, свернувшись, словно питон.
- Вы требовали разбирательства? - спросил его Джордж.
- Разбирательства чего?
- Ну, если вы считаете себя убийцей...
Я не считаю, браток. Я и вправду убил четырех белых и двух ниггеров.
Одного в Калифорнии, остальных - здесь. Мне заплатили за каждого из них.
- Вы сидите именно за это?
- "Боже, - подумал Джордж, - неужели они тут сажают торчков в одну
камеру с убийцами?"
- Как бы за бродяжничество, - сказал сосед презрительно. - А на самом
деле здесь я просто отсиживаюсь, пока не получу очередной приказ. И тогда я
скажу "прощай" кому угодно: президенту, адвокату, врагу человечества.
Когда-нибудь я стану знаменитым. И однажды напишу книгу. Я, конечно, не
силен во всякой писанине... Слушай, а что, если мы заключим сделку? Я велю
шерифу Джиму принести тебе бумагу, и ты напишешь о моей жизни. Время у тебя
будет, тебе ведь сидеть пожизненно. А я буду навещать тебя в перерывах между
убийствами. Ты напишешь книгу, а шериф Джим надежно ее сохранит, пока я не
отойду от дел. Потом ты эту книгу опубликуешь, заработаешь кучу денег и
будешь жить в тюрьме королем. А может, тебе даже удастся нанять себе
адвоката, чтобы отсюда выйти.
- А где будешь ты? - спросил Джордж. Он был по-прежнему испуган, но его
уже начало клонить в сон, и он решил, что вся эта ахинея оказала
успокоительное воздействие на его нервы. Впрочем, лучше было не спать в
камере, пока этот парень не уснул. Джордж не поверил ни в какие убийства, но
вполне мог допустить, что человек, сидящий в тюрьме, вполне может оказаться
гомосексуалистом.
Словно прочитав его мысли, сокамерник сказал:
- А как ты смотришь на то, чтобы лечь под знаменитого убийцу? Как тебе
это предложение, а, красавчик?
- Нет, - сказал Джордж, - я не по этой части, ясно? Я этим не
занимаюсь.
- Дерьмо собачье, - сказал убийца. Внезапно он выпрямился и соскользнул