"Чарлз Уилфорд. Новые надежды для мертвецов ("Хок Мозли")" - читать интересную книгу автора

Напарником Хока стала Эллита Санчес, а к сержанту Хендерсону прикрепили
новичка, Теодоро "Тедди" Гонсалеса. Хок и Билл должны были научить новых
партнеров премудростям сыска. Хендерсон и Мозли проработали в паре больше
трех лет, и никаких претензий к ним со стороны начальства не было. Но они,
во-первых, оба были сержантами, а во-вторых, ни один из них не владел
испанским и не желал этот язык изучать. Поэтому майор Браунли и прикрепил к
сержантам двуязычных детективов. Поскольку в паре Мозли - Хендерсон старшим
считался Хок, то он остался в стеклянном офисе, а Хендерсона с Гонсалесом
переселили в общий зал, поближе к мужскому сортиру. Женского туалета на
этаже не было, и Эллите приходилось спускаться двумя этажами ниже.
Наличие двуязычного полицейского в паре было жизненной необходимостью,
поскольку больше половины населения Майами теперь составляли
латиноамериканцы - в основном кубинцы, разбавленные беженцами из Сальвадора
и Никарагуа, число которых увеличивалось с каждым днем. Билл и Хок,
конечно, были огорчены, узнав, что их пару разбивают, однако возражать
против этого решения не стали, потому что это было бессмысленно. В отделе
по расследованию убийств служили сорок семь детективов, причем согласно
вновь утвержденным квотам, число белых полицейских не должно было превышать
число латиносов. Так оно и было. Приятно разнообразили отдел лишь четыре
негра - один из них майор Браунли, а еще один - выходец из Гаити. Гаитянец
окончил Сорбонну и свободно владел французским, креольским и английским, но
работы у него было гораздо меньше, чем у остальных сотрудников. Гаитянское
населения Майами составляло примерно 25 000 человек, но это была самая
мирная этническая группа. Если и случались убийства в Маленьком Гаити, то
убийцей, как правило, был чужак, решивший шутки ради подстрелить
какого-нибудь черномазого прямо из проезжающего автомобиля.
Когда Хок вошел в кабинет, Эллита, глядясь в карманное зеркальце,
наводила марафет, крася губы ярко-алой помадой "Американская мечта". Другой
косметикой Эллита не пользовалась. Природа одарила Эллиту опущенными
уголками губ, поэтому при первом взгляде на нее казалось, что из углов ее
напомаженного рта сочится кровь. "Интересно, ей кто-нибудь говорил об
этом?" - подумал Хок, здороваясь с Санчес.
- Что нового? - спросил он.
- Окончательные результаты пока не известны, но патологоанатомы
склоняются к тому, что это не самоубийство, а случайная передозировка. Я
запросила данные на Хикки. Он, оказывается, внесен в наш компьютер. Жду
распечатку.
Хок вручил Эллите целлофановый пакет с вещдоками.
- Отправь, пожалуйста, в лабораторию пакетики с порошком и шарики из
фольги. Можешь отправить туда и "косяк", но я не настаиваю. Если хочешь, то
можешь оставить самокрутку себе - дома покуришь.
- Я не курю "травку", сержант, - ответила Эллита, пряча, тем не менее,
"косяк" в сумочку.
Хок пошарил в бумажнике Джеральда Хикки и выудил оттуда целую кучу
всевозможных бумаг и документов: просроченное водительское удостоверение,
клочок бумаги с телефонным номером, помятую черно-белую фотографию с
изображением дворняги, которая держала в пасти резиновый мячик;
просроченный купон, дающий скидку в "Макдональдсе", просроченную же
кредитную карточку на имя Джеральда Хикки и сложенную вчетверо двадцатку,
спрятанную за подкладкой бумажника.