"Гарм Видар. Критическая точка" - читать интересную книгу автора

С детства Сидоров был не только оптимистом, но и ярым приверженцем святого
принципа: "не навреди!". И порой Сидорову казалось, что не только он
один...
Название фирмы, где одновременно не покладая и не прикладая рук
трудился Сидоров начиналось с букв НИИ... - остальную часть аббревиатуры
Сидоров, как не старался запомнить не мог.
Между тем фирма жила, дышала: то раздувая, то сокращая штаты. Кто-то,
где-то, порою видел продукт жизнедеятельности фирмы и хвалил увиденное...
Сидоров часто выбегал в коридор и смотрел... Что?.. Где?.. Когда?.. Но
ничего особенного не видел.



5. ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ФАКТОР

Был правда еще лично шеф Сидорова, с которым у Сидорова были личные
счеты, точнее счеты были шефовы - лично (Сидоров взял их на денек в
прошлом году, но не вернул). Вряд ли это могло послужить причиной
появления таинственных и тревожащих уведомлений. Шеф, по-своему, любил и
ценил Сидорова, как ценят заботливые мамаши дворового хулигана, постоянно
ставя его собственным детям в пример:
- Ты только посмотри на него, Вовочка! Вот не будешь мамочку слушать
- вырастишь таким же балбесом.
На ярком примере Сидорова шеф воспитал целое поколение более
субтильных, то бишь юных, сотрудников.
Опять же явного вреда Сидоров не приносил...
Нет, шеф - исключается. Где, с таким окладом он еще найдет себе
такого Сидорова. Конечно было в этом заколдованном круге:
оклад-работа-оклад, что-то порочное, но не до такой же степени.
Нет, сам процесс служения не мог породить отклик в недрах НИИ и т.д.
НИИ жил и оперировал категориями, а не Сидоровыми. А вот человеческий
фактор!.. Тут необходимо было действовать методом исключения. Троих
Сидоров уже исключил: М._Сидорову, шефа и Сидорова лично.
Был правда еще один выход из создавшегося положения - самый мудрый:
закрыть глаза, сунуть голову в песок, как страус и сделать вид, что ничего
не происходило и не собирается происходить. Дело было за малым - отыскать
песок. Но Сидоров решил повременить...
Трудовой будень, как всегда бурный и кипучий, захлестнул Сидорова
мощной волной, погнав что-то утрясать, согласовывать и подписывать.
Производственные вопросы с детской непосредственностью перекликались с
личными делами, личные дела непринужденно сплетались с научными
интересами, научные интересы в свою очередь сливались в неодолимой борьбе
единства и противоположности с производственными вопросами. Этот
противоестественный симбиоз, тем не менее, поражал монолитной
стабильностью и непоколебимой неразрешимостью. И Сидоров, ощущавший себя
сопричастным к чему-то большому, весь в делах как... впрочем это не важно,
а важно то, что рабочий день уже кончился, и из недр НИИ... словно
сквозняком выдуло всех его сотрудников. Остались только единичные
экземпляры, хаотично разбросанные по каморкам - Папы Карлы, которые по
ночам строгали свои диссертации, тешась тщетной надеждой, что уж этот