"Михаил Величко. Звездный гость (рассказы) " - читать интересную книгу автора

беспредельная. Было тепло, но не жарко. Воздух живителен и сладок. Солнце
светит по-весеннему, желанно, приятно. Мне очень хотелось солнца после
дождей Мурлындии, и вот оно было, грело. Я наслаждался им. Неподалеку от
меня тек ручеек с такой чистой водой, какой я уже многие годы не видел, даже
в самых дальних Саянах. Незнакомые деревья и кустарники окружали светлые
луговины. Травы, цветы - все было не наше, все было из иных краев, из иных
широт. И полное безлюдье. Разве что заросшая тропка, которая уходила от меня
в глубину пространства, тропинка, по которой, кажется, годами уже никто не
ходил, свидетельствовала о человеке...
Впрочем, вон где-то далеко пасутся овцы - какое у меня острое зрение!
Вокруг стада овец бегают собаки, более похожие на волков. Во главе стада
идет человек, пастырь, босоногий, с посохом выше головы, через плечо
перекинута овчина. За чабаном следуют белобородые козлы, а уж за ними -
овцы. Все стадо медленно уходит за пределы моего окоема. Там тоже видны
отдельные купы незнакомых деревьев.
Я долго стоял и смотрел на открывшийся передо мною простор. Невысокие
горы вдали с плавными очертаниями, озеро под горой, луг, неторная тропа
через него, облака в небе. И чистота, я бы сказал, какая-то первобытная
чистота, если бы я знал, как оно все было на земле давным-давно, еще до
появления на ней человека. Словом, неземная шамбала, рай в небеси.
Прежде чем сделать первый шаг по отверзшейся мне тропинке, я обернулся,
хотел взглянуть на контрольно-пропускной пункт, хоть взглядом попрощаться с
милым человеком из таможенной службы. Но там уже не было никаких строений.
Там тоже был беспредельный простор, красота и пристойность. Рай, право
слово, рай небесный, а не ландшафт земли.
Я пошел по тропинке. Куда-то она меня выведет? Что-то я увижу тут и
кого-то встречу? Я шел долго, и моя ходьба не утомляла меня, она была мне
приятной. Я всю жизнь любил ходить пешком, ходил много и с наслаждением...
Все новые и новые картины открывались передо мной. И одна была краше
другой. Незнакомые цветы, неизвестные травы, непонятные кустарники, рощицы,
колки, поляны среди деревьев, обширные луга и даже степи открывались моему
взору. Все это незатронутое, не ведало ни топора, ни пожара, ни нашествия
листожора-шелкопряда. Все первобытное, все ветхозаветное - страна мечты...
Я подумал, что вот сейчас увижу знаменитый библейский ливанский кедр. И
тут же, на следующем повороте тропы, появилась передо мной целая роща
высоких раскидистых деревьев, и я сразу же понял, что это вот и есть
ливанский кедр, под которым так любили проводить свой досуг библейские
праотцы древней Иудеи. Он был высок, под его кроной царила густая тень,
добрая прохлада и запах благоуханной смолы. Под одним из кедров стояла
низенькая скамейка, стояла, подумал я, только потому, что мне захотелось
присесть и отдохнуть, осмыслить увиденное... Я сел...
Не было во мне ни малейшего ощущения сна, все было наяву, все было по
правде. Вот и родник, выбивающийся из-под великана-кедра, свежий,
прохладный, он даже чуть фонтанировал, будто вскипая из-под земли. Я омыл
ладошки и, зачерпнув в них холодной воды, попил. Вода оказалась слегка
газированной, как в далеких саянских источниках, на Чойгане или Кижи-Хеме.
Благодать-то какая. Жить бы тут и жить, и умирать не надо. Вон как птаха
какая-то в кроне кедра заливается - птица Сирин...
Ключ, выбиваясь из-под корней кедра, небольшим шустреньким ручейком
убегает в неширокую, открытую долинку, окруженную низкими холмами. Вдоль