"Елена Толстая. Фартовый человек " - читать интересную книгу автора

здесь, с наганом и предписанием, лицом к лицу с контр-революционерами.
С несказанным удовольствием товарищ Пантелеев отбирал у врагов
республики добро, над которым они всей душой тряслись, твердо уверенный в
одном: того, чем дорожит сам Ленька, у него никто не отнимет.
Ан нет, ошибался товарищ Пантелеев. Уже к осени того же года Ленькин
райский дворец заколебался, точно творение коварного джинна, готовясь
рассыпаться в прах. Поначалу Ленька этого вовсе не заметил, поскольку
руководство Петроградской чрезвычайной комиссии, в отличие от главного
правительства в Москве, продолжало считать буржуев однозначными врагами,
подлежащими реквизициям и полному изничтожению как класс. Но потом случилась
неприятность с собственником Лейкасом, которая отчасти открыла Леньке глаза
на правду происходящего.
Буржуй Лейкас финского происхождения был Ленькой задержан совершенно
справедливо. Лейкас переправлял из Финляндии мануфактуру и продовольственные
продукты абсолютно бесстыдным образом. В накладных и описях Ленька нашел
много неправедного, почему на Лейкаса был наложен арест, а его вагоны
отогнаны на запасной путь недалеко от Териоков и там опечатаны до дальнейших
распоряжений.
Лейкас пробовал на Леньку давить. Сердито встряхивая желтоватой, а
возле губ коричневой от постоянного курения бородкой, Лейкас кричал:
- Я работаю для Республики! Я доставаю товар, чтобы Петроград не
голодал!
- Ты контра, - сообщил ему Ленька, как о чем-то само собой
разумеющемся. - Не ори тут на меня. Думаешь, я читаю плохо или считать не
умею? Я в типографии и то и другое хорошо научился, ко мне нареканий не
было. А ты тут орешь. На кого орешь, буржуй?
- Я буду писать жалобы, - очень сердился Лейкас.
- Пиши, - легко согласился Ленька и приказал буржуя увести.
Прежде чем опечатать вагоны, Ленька забрался внутрь и рассмотрел грузы:
связанные вместе, стопкой, как сушеная рыба, кожи, гирлянды варежек домашней
вязки и колбаса, набитая в свиных кишках и сложенная в бухты, наподобие
канатов.
Пока Ленька, бухая сапогами, бродил среди этого конфискованного
богатства, местные жители понемножку подбирались к вагонам. Слухи
разлетелись быстро, и самые отчаянные граждане - это были, разумеется,
женщины, и многие, кстати, финского происхождения, как и задержанный
Лейкас, - стянулись к запасным путям. Два красноармейца двигали винтовками с
примкнутыми штыками, а женщины волновались внизу, на рельсах.
Ленька наконец показался в открытых дверях.
- Товарищ! Начальник! Господин! - не в лад завыли тетки, простирая к
нему скрюченные от земляной работы пальцы. - Товарищ чекист, от запаха
колбасы мы все в обморок попадаем!
Ленька, рассудив про себя, что колбаса точно пропадет, распорядился
организовать раздачу ее местному населению Териоков, о чем и составил акт,
начинавшийся словами "Именем Революционной Республики конфискованное у
явного буржуя Лейкаса продовольственное съестное...".
Прибывшее начальство, однако, сочло возможным Лейкаса выпустить,
поскольку у того наличествовали при себе все необходимые бумаги и лицензии,
и вернуть ему указанные в перечне вагоны добра. Теперь уже Лейкас выдвинул
против Леньки обвинение - в грабеже и злостном обращении с честным