"Лев Николаевич Толстой. Полное собрание сочинений, том 51" - читать интересную книгу автора

in business. (1) Как это Christ in business. (2) Всё равно, что Christ in
kicking или killing (3) (война). Да, прежде всего надо этим людям внушить,
что все положения, от положения земледельца до палача, распределяются по
своей нравственности, и пот[ому] мало быть хорошим в своем положении, надо
избирать то или другое.

(1) [Христос должен быть в социальной жизни, в политике,
торговле.]
(2) [Христос в торговле.]
(3) [Христос в драке или в убийстве]

Читаю (1) всё Лескова. Нехорошо, п[отому] ч[то] неправдиво. Думал
еще за эти дни. 4 М[арта]. Сережа говорит: надо быть занятым. Это ничего не
говорит. Надо знать, чем быть заняту. А чтобы знать это, одно средство:
делать то, что тебе нужно, то, что ты сам потребляешь, или то, к чему влечет
неудержимо призвание.
Поправить жизнь монастырскую, сделать из нее христианскую можно
двумя способами: 1) Перестать брать деньги от чужих, т. е. чужие труды, а
жить своим трудом, или 2) уничтожить все внешние обряды, все запрещенные
Евангелием молитвы общие в храмах, М[атвея] гл. VI, и всё связанное с этим.
Одно держит другое, как две доски шалашиком. -
Церкви сделали из Христа Бога спасающего, в к[оторого] надо верить
и к[оторому] надо молиться. Очевидно, что пример его стал не нужен. Работа
истинных христиан именно в том, чтоб разделать эту божественность (картина
Ге). Если он человек, то он важен примером и спасет только так, как себя
спас, т. е. если я буду делать то же, что он.
Позитивисты, либералы, революционеры и всякие мнимо нехристианские
секты верят в ту же Христову истину, в ко[торую] и мы, только не во всю и
под другим именем, и пот[ому] не только с ними спорить и ссориться не надо,
но надо дружить с ними.
Читал дневник Тани и полюбил ее нежно, заглянув в ее слабую,
мятущуюся душу. Она пишет: "право, я не дурная". Она это сама сказала, и был
случай увидать. Но ведь все такие же, и Победоносцев, и Никанор, и
Скабич[евский], и др. Надо устанавливать на них этот взгляд, и можно.
Нынче (2) думал: Самое ужасное страдание: знать, что я страдаю и
лишаюсь не от завала горы, не от бактерии, а от людей, от братьев, к[оторые]
должны бы любить и к[оторые], вот, ненавидят меня, если заставляют страдать.
Это вот когда вели на казнь декабристов, это заключенные - несчастные в Каре
и др. Ужасно!
Вчера 8 М. Слабость, боль, желтуха. Читал Лескова, письма. Много о
Кр[ейцеровой] Сон[ате]. Спрашивают: что же следует? Надо послесловие, а не
могу. -

(1,2) Абзацы редактора.

3-го дня 7 М. (1) То же самое. Ночью были очень сильные боли.-
Думал умереть и теперь всё думаю. И страху не могу даже понять. И сожаления
нет. В здоровые минуты скорее бывает желание умереть, а во время боли
совершенное равнодушие, т. е. равны жизнь и смерть. Читал в New Christianity
о любви Робертсона: держи, говорит, ее, она всё победит, что бы с тобой ни