"Майкл Суэнвик. Постмодернизм в фантастике: руководство пользователя (Эссе) " - читать интересную книгу автора

антиутопий. Наконец, самое замечательное, быть может, то, что Робинсон и
Гибсон вступили в дружескую литературную переписку. Это запоздалое
сближение проявилось и в их произведениях. Тем временем начали
формироваться новые альянсы, новые созвездия писательских имен, многие из
которых уже стали подумывать о новых поединках. Но уже на новом, более
серьезном уровне.
Однако посреди этой резни и триумфа, хитроумных маневров и разбитых
надежд произошло ещеодно важное событие: на сцене объявился еще один
постмодернист. Это был Люциус Шепард, чей роман "Зеленые глаза", вышедший в
серии "Асе Specials" (жуткая комбинация из биохимии и колдовства вуду),
прошел поначалу практически незамеченным, а теперь взлетел вдруг в зенит.
Свой первый рассказ, "Глаза отшельника" [Solitario's Eyes], Шепард
напечатал в 1983 году. Но уже в 1984-м выбросил на-гора бесконечный,
казалось бы, поток превосходных рассказов, среди которых особо выделялся
своей мрачной свирепостью "Сальвадор" [Salvador]. К концу года три рассказа
его оказались в "небьюловском" списке, и хотя ни один из них премии не
получил, всем стало ясно, что это лишь вопрос времени.

* * *

Шепард - еще один писатель чертовски высокого роста; если вам
вздумается побеседовать с ним, Гибсоном и Кесселом одновременно, могу
гарантировать - на следующее утро у вас будет болеть шея. Он носит в ухе
серебряную серьгу в форме человеческого черепа и имеет, по-видимому,
довольно романтическое прошлое, о котором все по отдельности что-то знают,
однако в целом картина не складывается. Почти наверняка он много
путешествовал по миру - об этом можно судить хотя бы по разнообразию и
экзотичности антуража, с большой убедительностью описанного в его вещах.
Явно не понаслышке знаком он и с жизнью "дна", за описание которого брались
многие фантасты, но, как правило, без особого успеха, - свидетельством тому
могут служить такие его рассказы, как "Черный Коралл" [Black Coral] и
"Рассказ путешественника" [A Traveller's Tale]. Часто он описывает и
будущее стран "третьего мира" - тема, о которой лишь немногие из
американцев осмеливались до сих пор заикнуться.
Но что особенно важно для нас - Шепард не принадлежит ни к лагерю
киберпанков, ни к лагерю гуманистов. Его произведения соединяют
по-киберпанковски острый сюжет с традиционным для гуманистов вниманием к
людям и в то же время не содержат пиетета перед "технологией", с одной
стороны, а с другой - демонстративной литературщины. Тем не менее интуиция
заставляет меня отнести Шепарда к постмодернистам. В общем, чем клеить на
него очередной дурно пахнущий ярлык, давайте лучше присмотримся к нему
повнимательнее. Он - симптоматичная фигура, предвещающая новую волну
авторов, которая вот-вот накатит на нас из мрака неизвестности. Вы
чувствуете? Вот трескается под ногами земля, и зеленый росток еще одного
молодого таланта пробивается к солнцу. И клокочущий вал перемен вновь
устремляется вперед. Ну а дальше - как обычно. Одни писатели, имеющие уже
известность, лишатся ее, другие, еще не имеющие, - обретут. Репутации будут
расти и рушиться. Кто-то вечно будет лишь на шаг от успеха, но никогда не
добьется его. Другие годами будут пребывать в тени, прежде чем вспыхнут
светилом, которое ослепит нас. И смирятся сильные, и вознесутся смиренные.