"Рудольф Штайнер. Бхагавад Гита и послания Св.Павла. Лекции I-V" - читать интересную книгу автора

высшего в себе. Это означает, что когда некто проработал себя до высшего, он
есть лицом к лицу с Кришной, ученик со своим великим Учителем, Арджуна с
самим Кришной, который обитает во всех вещах, что существуют и который может
истинно сказать о себе: "Я не есть одинокая гора, если я есть среди гор, я
есть наибольшая из всех их; если я появляюсь на Земле, я не есть отдельный
человек, но величайшая человеческая манифестация, такая, которая появляется
однажды в Космическую эпоху как лидер человечества и так далее; Единство во
всех формах, это есть Я, Кришна". - Таким образом сам учитель является
своему ученику, присутствующим в своем собственном Существе. В то же самое
время делается ясным в Бхагавад Гита, что это есть нечто величественное и
могущественное, высшее, чего человек может достичь. Чтобы появиться перед
Кришной, как это сделал Арджуна, может произойти через постепенные стадии
инициации, посвящения; это произошло бы тогда в глубинах обучения Йоги;
однако это могло бы быть также представлено как струящееся из самой эволюции
человечества, данное человеку, как бы, как деяние Милости, и таким образом
представленное в Гите. Арджуна был поднят вдруг, как бы, прыжком, так что
телесно он имел Кришну перед собой; и Гита ведет к определенной точке, точке
в которой Кришна стоял перед ним. Он не стоит теперь перед ним как человек
из плоти и крови. Человек, который может быть рассматриваем как другие люди,
представляет то, что является несущественным в Кришне. Ибо то является
существенным, что есть во всех людях; однако так же, как другие царства Мира
представляют, как бы, только разрозненное человечество, так же все, что есть
в остальном Мире, есть в Кришне. Остальной Мир исчезает и Кришна есть здесь
как Одно. Как Макрокосмос к Микрокосмосу, как человечество, как целое,
сравнимое с маленьким каждодневным человеком, так же есть Кришна к
индивидуальному человеку.
Человеческая сила понимания не достаточна для того, чтобы осознать это,
если сознание этого должно прийти к человеку деянием Милости, ибо Кришна,
если смотреть на существенное в нем - что только возможно для высшей
ясновидческой силы - появляется полностью отличным от всего, что привык
видеть человек. Как если бы видение человека было поднято над всем остальным
чтобы воспринять видение Кришны в его высшей природе, мы схватили бы видение
его на один момент в Гите, как великого Человека, в сравнении с кем все
остальное в Мире должно появиться малым; это есть Он, перед кем стоит
Арджуна. Затем сила понимания покидает Арджуну. Он может только смотреть и
сбивчиво выражать, что он наблюдает. Это должно быть понято; ибо посредством
методов, которые он использовал до сих пор, он не был научен взирать на
такое как это или описывать это в словах; и описания, которые Арджуна дает в
тот момент, когда он стоит перед Кришной, должны мыслиться таким образом.
Ибо одним из самых величайших артистичных и философских изложений когда-либо
данных человечеству есть описание того, как Арджуна со словами, которые он
говорит впервые, которые он не привык говорить, которые он никогда не
говорил прежде, потому что он никогда не имел доступа к ним прежде, выражает
в словах, вытянутых из глубочайших частей своего существа то, что он
чувствует видя великого Кришну: "Всех Богов я воспринимаю в Твоем теле, о
Бог, как также и многочисленность всех существ. Браму, Господа Бога на Своем
Лотос-троне, всех Риши, и Небесного Змея. С многочисленными руками, телами,
ртами и глазами, я вижу Тебя везде, в неисчислимых формах без конца,
середины или начала, я вижу Тебя, о Господь Бог всего! Ты являешься мне во
всех формах, Ты являешься мне с диадемой, палицей, мечом, как пылающая гора,