"Ханс Шерфиг. Замок Фрюденхольм " - читать интересную книгу автора

оказывали по возможности разные мелкие услуги.
С воли доходили ободряющие известия. Заключенные радовались, узнавая об
актах диверсий и о растущем движении Сопротивления, но их страшило
приближение того часа, когда немцы возьмутся за заложников, которых датское
правительство держало для них наготове. Немецкий план летнего наступления на
Восточном фронте провалился. Третий месяц шли бои за Сталинград, а город все
еще не был взят. Приближалась зима. Были все основания верить в светлое
будущее. Но заключенные понимали, что чем лучше обстоят дела на воле, тем
большая опасность грозит им...

* * *

Таинственная "Гражданская организация" с ее внутренним, внешним и
мобильным кругами, как и многие другие организации, подчинялась теперь
государственному прокурору по особым делам. Отчеты от смотрителей дюн и
начальников портов о странных явлениях в их округах более не поступали,
члены профсоюзов, епископы и лесничие более не являлись активными членами
общества любителей бабочек. Организация прекратила свое существование.
Последнее сообщение из ее внешнего круга гласило, что у одной старухи в
Престё живет рабочий с молочного завода, которого разыскивает полиция.
Сообщение пришло слишком поздно, рабочий за это время сумел скрыться.
Писатель Франсуа фон Хане, руководивший в мирное время этой тайной
организацией, смог снова посвятить себя литературным занятиям. Некоторое
время он редактировал национал-социалистскую газету, а затем поселился в
деревенской тиши в поместье Фрюденхольм, чтобы написать исторический труд о
германцах.
Урожай был собран, праздник урожая проведен. Началась осенняя охота.
Новый главнокомандующий германских войск в Дании генерал фон Ханнекен оказал
честь Фрюденхольму, приняв участие в охоте с загонщиками. Фон Ханнекен,
сменивший во время политического кризиса генерала Людке, относился к
туземцам свысока и запретил офицерам проводить время с датскими коллегами.
Но с национал-социалистами, к тому же дворянами, он мог разрешить себе
насладиться охотой. Он ночевал в пресловутой кровати с балдахином, которая
со времен Карла X Густава много раз принимала в свое лоно исторических
личностей.
Затем во Фрюденхольм прибыл новый уполномоченный немецкого рейха доктор
Вернер Бест, он был более общителен, чем суровый генерал, и охотно завязывал
знакомства и связи с местной знатью. Вернер Бест ловко ездил верхом и вместе
с графом предпринимал длинные прогулки по осенним лесам Фрюденхольма.
Уполномоченный любил собак и очень подружился с двумя графскими
любимицами-овчарками, а также с помещиками, нефтяными королями и
фабрикантами колбас, встречавшимися за гостеприимным графским столом.
Фрюденхольм был своего рода центром, местом встреч великих временщиков.
Немецкие солдаты стояли на страже у ворот и у подъемного моста. А когда
сгорел солдатский барак, только что построенный в поместье, уполномоченный
отнесся к этому спокойно и, улыбаясь, сказал хозяину, что он тоже в
молодости занимался диверсиями - во время оккупации Рура. Bin ja sebler
Saboteur gewesen{3}.
Франсуа фон Хане не мог бы придумать себе лучшего занятия, чем писать
историю германцев. Из комнаты в башне, где он работал, открывался вид на