"Ихара Сайкаку. Пять женщин, предавшихся любви " - читать интересную книгу автора

подыскали в жены. А так как ты нам родня, вот и отдал бы ее ему!
Вот уж подлинно - из огня да в полымя! О-Сан украдкой лила слезы,
тревожась о том, что ее ожидает. Тем временем наступила ночь и вернулся сын,
о котором говорила тетка.
Вид его был ужасен. Роста огромного, всклокоченные волосы в мелких
завитках, как у китайского льва на рисунке, борода словно по ошибке попала к
нему от медведя, в сверкающих глазах красные жилки, руки и ноги - что
сосновые стволы. На теле рубаха из рогожи, подпоясанная веревкой, скрученной
из плетей глицинии. В руках ружье с фитилем, в сумке зайцы и барсуки. Видно
было, что он промышляет охотой.
Спросили его имя. Оказалось, что его зовут "Рыскающий по горам
Дзэнтаро" и что всем в деревне он известен как негодяй.
Услышав от матери, что за него сговорили столичную особу, этот страшный
детина обрадовался.
- С хорошим делом нечего мешкать. Сегодня же вечером... - и, вытащив
складное зеркальце, он принялся рассматривать свою физиономию, что ему
совсем не пристало.
Надо было готовиться к свадебной церемонии. Мать собрала на стол:
подала соленого тунца, бутылочки для сакэ с отбитыми горлышками. Затем
отгородила соломенной ширмой угол в две циновки шириной [87], разместила там
два деревянных изголовья, два плоских мата и полосатый тюфяк и разожгла в
хибати сосновые щепки.
Хлопотала она изо всех сил.
Каково же было горе О-Сан и смятение Моэмона!
"Вот ведь, сорвалось слово с языка, а это, видно, возмездие нам
обоим, - думал Моэмон. - Мы старались продлить нашу жизнь, что должна была
окончиться в водах озера Бива, и вот новая опасность! Нет, небесной кары
нельзя избежать!"
Моэмон взял свой меч и хотел было выйти, но О-Сан остановила его и
стала успокаивать:
- Ты слишком нетерпелив. А у меня есть один план. Как только рассветет,
мы должны бежать отсюда. Положись во всем на меня.
Вечером О-Сан спокойно обменялась с Дзэнтаро свадебными чарками, затем
сказала ему:
- Люди меня ненавидят. Дело в том, что я родилась в год Огня и Лошади
[88].
- Да хоть бы ты родилась в год Огня и Кошки, в год Огня и Волка - меня
это не тревожит, - отвечал ей Дзэнтаро. - Я ем зеленых ящериц, и даже это
меня не берет. Дожил до двадцати восьми лет, а у меня и глисты ни разу не
заводились. И вы, господин Моэмон, следуйте моему примеру. Моя супруга
столичного воспитания, неженка. Мне это не по нраву, но раз уж я получил ее
из рук родственника...
Сказав это, он удобно расположился головой на коленях О-Сан.
Как ни грустно было обоим, они едва удерживались от смеха.
Но наконец он крепко уснул, и они вновь бежали и скрылись в самой глуши
провинции Тамба.
Через несколько дней Моэмон и О-Сан вышли на дороги провинции Танго.
Проводя ночь в молитвах в храме святого Мондзю [89], они вздремнули, и вот
около полуночи во сне им было видение.
"Вы совершили неслыханный поступок, - раздался голос, - и куда бы вы ни