"Юрий Сергеевич Рытхеу. Время таяния снегов (Роман)" - читать интересную книгу автора

Накануне 1 сентября Ринтын долго не мог заснуть. Проснулся он от
испуга: опоздал! Все в пологе спали. Ринтын высунул голову в чоттагын и
посмотрел на ходики, висевшие на стене. Часы деловито тикали. Неутомимый
маятник ходил взад-вперед, и все же Ринтын не знал, рано ему идти в школу
или он уже опоздал.
Мальчик наскоро оделся, натянул сшитую матерью новую рубашку и вышел
на улицу. Ноздри защекотал свежий морозный воздух, который бывает в раннее
утро осенью, когда кончились дожди, вода в лагуне дымится морозным паром и
со дня на день ожидается первый снег.
Судя по положению солнца, было еще рано. На улице ни души. Пробив
ковшиком ледяную корку в ведре, Ринтын налил в тазик воды. Отныне Ринтыну
предстояло каждое утро мыться. Он намылил руки, размазал пену по лицу, а
затем сполоснулся. Умываться "по-настоящему" Ринтына научил отчим. Сам
Гэвынто, кроме мытья лица, чистил щеткой с белым порошком зубы. Однако над
этим смеялся даже молчаливый дядя Кмоль и советовал брату заодно мыть язык
с мылом и вешать его на веревочку для просушки.
После умывания Ринтын занялся своей сумкой. Сумка была сшита бабушкой
из нерпичьей кожи, украшена вышивками из разноцветного бисера и белого
оленьего волоса. Ринтын еще раз проверил, все ли было там на месте:
тетради, карандаши, резинка. Маловато! Вот у его двоюродного брата
Тэркынто, ходившего в седьмой класс, сумка прямо лопалась от книг.
Время тянулось медленно, хотя проснувшиеся птички уже звонко щебетали
над ручьем. Кто-то звякнул ведром на краю стойбища, а на другом конце
закашлялся старик. Громким лаем отозвались на кашель собаки. Ринтын сел на
камень лицом к солнцу и прислонился к яранге. Лучи били прямо в лицо, и
Ринтын зажмурился.
Ринтыну показалось, будто его изнутри толкнули. Он вскочил на ноги.
Солнце уже высоко стояло в небе. Над крышами яранг и трубами домов стлался
дым. По улице бегали собаки. В яранге, за стенкой, слышался глуховатый
голос дяди Кмоля. Ринтын вбежал в ярангу и схватился за сумку.
- Ты куда так рано? - остановил его дядя Кмоль.- Не спеши, попьешь
чаю, ну тогда и пойдешь.
Ринтын все еще нерешительно топтался у входа.
Он взглянул на ходики, и хотя это не дало ему точного представления о
времени, все же немного успокоило.
Из полога выглянула бабушка, а вслед за ней показались лохматая голова
отчима и разрумянившееся от сна лицо матери. Началась утреннее чаепитие.
Обычно Ринтын долго тянул из блюдца чай, чтобы съесть побольше сахара.
Но на этот раз он одним духом опорожнил блюдце и заторопился. Напрасно дядя
Кмоль, отчим и мать доказывали, что до начала занятий по крайней мере еще
часа полтора,- Ринтын спешил.
На занятия он не опоздал, но многие пришли раньше его. На завалинке
дремал Аккай, рядом сидел сын пекаря Петя. С матерчатой сумкой через плечо
стоял Коля - единственный среди улакских ребят носивший русское имя. Отца
его звали Авай, и при соединении его имени с именем сына получалось смешное
слово "авай-коля", то есть дырявая постель. Так его и дразнили ребята.
Черноглазая девочка по имени Ёо, что означало "ветер", "буря", от
нетерпения кидала камни в ржавую консервную банку. Характер этой девочки
вполне соответствовал ее имени. Ёо была сильная, быстрая, неутомимая и
пользовалась уважением среди мальчиков. Высокая Ватваль от смущения сосала