"Ника Ракитина. Елена Ольшанская. Мое королевство " - читать интересную книгу автора

уставились на ребенка. А ребенок вежливо пригладил чуб и невинно спросил:
- Дядя Феля, а можно котика погладить?

...Парень лет семнадцати, разгребая животом тину у берега, чувствуя,
что рубашка высыхает от жары прямо на мосластых плечах, выбрался из воды.
Пугнул лягушку, перекрестился на колокольню, торчащую из-за низеньких
городских стен, выжал подол и стал одеваться дальше. Много усилий для этого
не потребовалось: гардероб составляли холщовые, узкие штаны - или денег на
ткань не хватило, или портной оказался ворюгой - и клинок, который был
слишком длинен для палаша и слишком широк для шпаги. Штаны попытались
сползти, когда клинок был привешен к бедру, и молодой человек подсмыкнул их
веревочкой. После этого почесал коротко стриженные и слегка позелененные
тиной космы и перебросил через плечо связанные шнуровкой стоптанные сапоги.
Вода продолжала стекать с низа рубахи, и ее хозяин морщился и вертелся, как
окунутый в лужу кот, только что не вылизывался. Он задрал голову, посмотрел
на парящее в небесах солнце, прикинул время и решительным шагом двинул к
отдельно стоящей слегка обрушенной башне перед запертыми городскими
воротами.
Снопы солнечных лучей сквозь прорехи крыши высвечивали комки пыли и
паутины и мышиный помет, скопившиеся на чердаке. Совсем не так романтично,
как по вечерам со свечой. Парень сплюнул на последнюю ступеньку, задел
клинком стену, но два молодых обормота, упоенно передвигающие по грязному
полу камешки, даже не обернулись на шаркающий звук.
- Поместье вот здесь, - субтильный подросток с прозрачным личиком
придворного поэта и сальными волосенками водрузил перед собой изрядный кусок
гранита с блестками слюды. - А вот здесь море, - безо всякой брезгливости он
соскреб с голой пятки собеседника шматок грязи и плюхнул позади камня.
Собеседник задумчиво почухал обритую наголо синеватую макушку. Добавил свой
камешек слева от гранита и пояснил, что это сарай и повешенного нашли именно
здесь.
- Какого повешенного? - удивился "поэт". - Мы же договорились, что он
утонул. С горя.
- С какого? Дочь барона призналась ему в любви.
Субтильный поэт злобно откашлялся. Пока он кашлял, бритый друг успел
изложить свою версию событий. Герой обсуждаемой повести оказался наемным
убийцей, таким знаменитым, что все его знали в лицо, предлагали наперебой
работу, а потом баронесса, убежав от папы, составила сбиру компанию. Добычу
делили на троих.
Тип на чердачной лестнице непотребно заржал. Ему ответило взбесившееся
эхо, от которого с балок посыпались летучие мыши и мусор. Бритый дернул шеей
и подскочил.
- Т-тать!! - завопил он, заикаясь не хуже наемного убийцы из своей
истории. - Я д-думал, ст-тража!
Тип с клинком жестом заставил его заткнуться.
- Жара - это ваша работа? - спросил он, разглядывая камешки.
- В Шервудский бор грядет великая сушь, - провыл поэт. - Солнце убило
бор на три дня полета! У-у!!
Завывания оборвались затрещиной. Поэт грянулся носом в камешки, нарушив
диспозицию и залив кровищей усадьбу, сарай и море.
- Гад, - бритый дернул себя за оттопыренное ухо.