"Лидия Раевская. Мама Стифлера: Парик " - читать интересную книгу автора

квартиру. - Пятьсот тыщ на Черкизоне.
- Два дня пить можно. - Папа закрыл за мной дверь. - И это под хорошую
закуску.
Тем же вечером я забила стрелку с мальчиком Серёжей с Северного
бульвара, и заставила его пригласить меня к себе в гости. Серёжа долго
мялся, врал мне что-то про родителей, которые не уехали на дачу, но что-то
подсказывало мне, что Серёжа врал, спасая своё тело от поругания. Поругала я
Серёжу месяц назад, один-единственный раз, и толком ничего не помнила. Надо
было освежить память, и заодно показать ему как эффектно я буду смотреться с
голой жопой, в обрамлении златых кудрей.
Но Серёжа, в отличии от меня, видимо, хорошо запомнил тот
один-единственный раз, и приглашать меня на свидание наотрез отказывался.
Пришлось его пошантажировать и пригрозить предать публичной огласке размеры
его половых органов.
Про размеры я не помнила ровным счётом ничего, но этот шантаж всегда
срабатывал. Сработал он и сейчас.
- Приезжай... - Зло выкрикнул в трубку Серёжа, и отсоединился.
- А вот и приеду. - Сказала я Сникерсу, и постучала пальцем по клетке,
отчего попугай вдруг заорал, и выронил перо из жопы.
Ехать никуда было не нужно. Я вышла из дома, перешла дорогу, и через
пять минут уже звонила в дверь, номер которой был у меня записан на бумажке.
Ибо на память я адреса тоже не помнила.
- А вот и я. - Улыбнулась я в приоткрывшуюся дверь. - Ты ничего такого
не замечаешь?
Я начала трясти головой, и в шее что-то хрустноло.
- Замечаю. - Ответил из-за двери Серёжин голос. - Ты трезвая, вроде.
Погоди, щас открою.
Судя по облегчению, сиявшему на Серёжином лице, он только что был в
туалете. Либо... Либо я даже не знаю что и думать.
- Чай будешь? - Серёжа стоял возле меня с тапками в руках, и
определённо силился понять что со мной не так.
- Чаю я и дома попью. - Я пренебрегла тапками, и грубо привлекла к себе
юношу. - Люби меня, зверюга! Покажи мне страсть! Отпендрюкай меня в
прессовальне!
Серёжа задушенно пискнул, и я ногой выключила свет. В детстве я
занималась спортивной гимнастикой.

Романтичные стоны "Да, Серёжа, да! Не останавливайся!" чередовались с
неромантичным "Блять! Ой! Только не туда! Ай! Больно же!", и в них вплетался
какой-то посторонний блюющий звук. Я не обращала на него внимания, пока этот
звук не перерос в дикий нечеловеческий вопль.
- Сломала что ли? - Участливо нащупала я в темноте Серёжину гениталию,
и сама же ответила: - Не, вроде, целое... А кто орёт?
- Митя... - Тихо ответил в темноте Серёжа. - Кот мой.
- Митя... - Я почмокала губами. - Хорошее имя. Митя. А чё он орёт?
- Ебаться хочет. - Грустно сказал Серёжа. - Март же...
- Это он всегда так орёт?
- Нет. Только когда кончает.
Ответ пошёл в зачот. Я почему-то подпрыгнула на кровати, и в ту
секунду, когда приземлилась обратно - почувствовала что мне чего-то сильно