"Александр Потупа. Фантакрим - XXI " - читать интересную книгу автора

чего не предвидел гениальный и несчастный Кроль, Кролик, как зовет его
Игорь? Фантом вступает в игру со своим создателем, и это становится высшей
точкой современного искусства. Это уже не динамическая скульптура, которой
увлекались лет сто назад, и не программируемые скульптуры-роботы, и не
живопись жидкими кристаллами и органическими соединениями и их
автоволновыми эффектами... И даже не фантпрограммы с прямым вмешательством
зрителя в сценарии, тут иное - реальный выброс своего Я, выставка чистого
эмоционального состояния, способная усилить его до сумасшедших нот...
Именно до сумасшедших, ибо восприятие концентрата собственной психики -
разве норма?
Нас заносит, вероятно, всех нас заносит с использованием прямых
мозговых команд, этого самого брайнинга. А что будет, если каждый сможет
включиться в Игорев эвромат? Ведь, по слабому моему разумению, такая машина
обеспечивает полную обратную связь с фантомом, а потом и его автономию, и
зритель из Господа Бога, командующего парадом мерцающих кукол, превратится
в их партнера, станет их отражением почти в той же степени, как и они -
его... Страшно подумать, что именно так, через искусство, забавные
фантаматы Кроля начнут игру против человечества и каждый из нас будет
потихоньку терять себя. Кто реальней - я или полупрозрачная многоцветная
конденсация моих мыслей, способная действовать на меня не слабее, чем я на
нее?
Впрочем, чему удивляться? Разве наши замыслы и их воплощения, наша
модель будущего Я, наша модель общего будущего - разве все такое не
действовало на нас во все времена? Теперь этот эффект называют, по-моему,
причинной петлей - каузлупом. Умеют же все назвать и обозначить...
Но как обозначить эту растущую и распирающую тревогу? Она пульсирует в
пляшущей передо мной работе, пульсирует вокруг Тима, которого рулетка
поколений забросила в пустоту промеж двух необычайно творческих родителей,
"лидеров двух далеких сфер познаний" - провались эти штампы официального
канала. Хоть полюбопытствовал бы кто насчет цены нашего лидерства... Я хочу
выключить свое творение, очень хочу обесцветить этот пульсирующий комок
встревоженного пространства, хотя бы временно изгнать его из своей
мастерской, хочу и не могу - он мешает мне, он не желает становиться
замороженным импульсом памяти в черном ящике фантамата, он объявляет мне
войну желаний... Тиму нужен был братик - вот что бесспорно. Нам с Игорем
нужна была целая куча сорванцов, которые не дали бы нам дойти до этих
проклятых лидерских позиций, до лавинообразного размножения наших идей и
воплощений. Мы не дошли бы до блестящей когорты Игоревых эвроматчиков,
когорты молодых и зубастых ребят, рвущихся вслед за своим пророком и кое в
чем обгоняющих его, уже обгоняющих... И до моей неоглядной галереи
брайнинг-фантомов тоже не дошли бы. И катались бы по полу среди мягких и
теплых, брыкающихся, писающих и орущих щенят, действуя по единственно
стоящей программе - программе любви...

Все шестеро участников совещания в кабинете Ясенева живописно
расселись на ковре, и со стороны все это смахивало бы на веселую мужскую
вечеринку, если бы, кроме легкого запаха моря и приятного пляжного ветерка,
тут присутствовало собственно веселье. Игорь Павлович сосредоточенно
выводил на своем дисплее ухмыляющегося черта с вилами.
- И тебе не надоело создавать портреты профессора Нодье? - раздраженно