"Йен Пирс. Последний суд" - читать интересную книгу автора

Аргайл наконец справился с последним узлом и освободил картину от
бумаги.
- Хотите кофе? - неожиданно предложил Мюллер.
- О да, благодарю вас. - Джонатан встал, хрустнув коленками. - Нет,
нет, вы оставайтесь здесь и наслаждайтесь картиной. Я справлюсь сам.
Мюллер принялся рассматривать свое приобретение, а Аргайл проследовал
на кухню. Он знал, что клиенту необходимо побыть какое-то время наедине с
покупкой, чтобы как следует прочувствовать ее.
Когда он вернулся в комнату, у него создалось впечатление, что Мюллер
не сумел подружиться с картиной. Поскольку в данном случае Аргайл выступал
всего лишь в роли курьера, его это не особенно задело, но тем не менее он
любил, когда люди радовались, даже если лично ему это не сулило никакого
барыша. Конечно, он не рассчитывал увидеть, как Мюллер разразится слезами
при виде картины, - подобного взрыва чувств она не могла вызвать даже у
дилетанта; к тому же полотно не имело того ухоженного вида, который отличает
музейные образцы: лак давно потускнел, и краски казались поблекшими, и все
же Аргайл ожидал увидеть на лице покупателя хотя бы банальное удовольствие.
- Ну как она вам? - спросил Джонатан.
- Дайте подумать, - уклончиво ответил Мюллер, продолжая вертеть картину
в руках. Он попытался продавить холст, проверяя его на прочность; посмотрел,
хорошо ли он натянут с другой стороны, затем обследовал раму на предмет
древесного жучка. Все это он проделал весьма профессионально, не на шутку
озадачив Аргайла. Однако еще большее недоумение вызвало у него откровенное
разочарование, проступившее на лице Мюллера.
- Вы не рады?
Мюллер поднял на него глаза:
- Честно говоря, нет. Такие вещи не в моем вкусе. Я ожидал увидеть
нечто более...
- Впечатляющее? - предположил Аргайл. - Оригинальное? Возвышенное?
Профессиональное?
- Интересное, - ответил Мюллер. - И ничего больше. Когда-то эта вещь
находилась в серьезной коллекции, и, естественно, я ожидал увидеть нечто
более интересное.
- Жаль, если так, - посочувствовал Аргайл. Ему действительно было
искренне жаль его. Он по себе знал, как бывает обидно, когда произведение не
оправдывает твоих ожиданий и вместо шедевра, от которого захватывает дух,
сталкиваешься с чем-то весьма прозаичным. Лет в шестнадцать он впервые попал
в Лувр и, пробившись сквозь толпу, оказался перед чудом из чудес - "Моной
Лизой". Каково же было его разочарование при виде маленькой неприметной
картины на стене. По правде говоря, тогда он тоже ожидал увидеть нечто
более... интересное. Мюллер нашел верное слово.
- Вы можете повесить ее в коридоре, - предложил он. Мюллер покачал
головой.
- Я уже начинаю жалеть, что у меня не украли ее, - вырвалось у
Аргайла. - Тогда вы могли бы получить за нее страховку.
- О чем вы?
Аргайл поведал историю неудавшегося похищения.
- Если бы я знал, что она вам не понравится, я бы не стал останавливать
вора, а пожелал ему удачи.
Все его попытки приподнять настроение погрустневшему Мюллеру так и не