"Карен Мари Монинг. Тайна рукописи ("Лихорадка" #1) " - читать интересную книгу автора

Однако две недели долгожданного одиночества доказали мне, что все
хорошо в меру, а моя мера исчерпана. Покинутый дом казался необычно тихим,
особенно по вечерам. А ближе к обеденному времени я особо остро ощущала себя
брошенной. И голодной. Мама великолепно готовит, а мне уже успели опротиветь
заказная пицца, чипсы и чизбургеры.
Я не могла дождаться маминых жареных цыплят, картофельного пюре, салата
из свежей репы и персикового пирога с домашним кремом из взбитых сливок - в
общем, всего того, что составляло нормальный обед, приготовленный мамой.
Предвкушая эти яства, я даже сходила в магазин и купила все, что могло
понадобиться маме для готовки вкусностей.
Я люблю покушать. К счастью, по мне этого не видно. У меня пышная грудь
и округлая попка, а вот талия и бедра очень даже стройные. У меня хороший
обмен веществ, хотя мама по этому поводу и говорит: "Ха, вот подожди, будет
тебе тридцать. А потом сорок, а потом и пятьдесят". А папа говорит:
"Хорошего человека должно быть много, Рейни", и смотрит на маму таким
взглядом, что я сразу же переключаю внимание на что-нибудь другое. На что
угодно, но другое. Я люблю своих родителей, но есть такая вещь, как СМИ.
Слишком Много Информации.
В общем и целом у меня была чудесная жизнь, за исключением того, что я
соскучилась по родителям и считала дни до возвращения Алины из Ирландии, но
эти исключения казались кратковременными и поправимыми. Совсем скоро моя
жизнь должна была вернуться в обычное счастливое русло.
Теперь я думаю: неужели мойры, богини судьбы, могут перерезать одну из
нитей, на которых держится наша жизнь, просто потому, что человек был
слишком счастлив?
Когда раздался телефонный звонок, я подумала, что звонят мои родители.
Но это были не они.
Странно, что обычная мелочь, пустяк из разряда случающихся десять раз
на дню, может стать демаркационной линией.
Какой пустяк - поднять телефонную трубку. Нажать на кнопку соединения.
До того как я нажала кнопку, моя сестра Алина была жива - по крайней
мере, в моем сознании. А в тот момент, когда палец мой коснулся кнопки,
жизнь моя разделилась на две части: до звонка и после.
До звонка я никогда не пользовалась выражением "демаркационная линия",
одним из тех словосочетаний, которые я подцепила в дешевых газетах, и то
лишь потому, что была заядлым читателем. До звонка я плыла по течению жизни
от одного счастливого момента к другому. "До" я была уверена, что знаю все
на свете. Я думала, что знаю, кто я такая, каково мое место в жизни и что
конкретно ожидает меня в будущем.
До звонка я думала, что у меня оно есть, это будущее.
После звонка я поняла, что никогда ничего не знала.

С того дня, когда я узнала об убийстве сестры, прошло две недели. Эти
две недели я ждала - ждала, что кто-нибудь что-нибудь сделает помимо того,
что опустит в могилу закрытый гроб с ее телом, усыплет могилу розами и будет
тихо скорбеть.
Скорбь не вернет Алину и уж точно не облегчит мне осознание того, что
ее убийцы гуляют на свободе и на свой извращенный лад наслаждаются жизнью, в
то время как моя сестра, бледная и холодная, лежит под шестью футами
могильной земли.