"Рауль Мир-Хайдаров. За все наличными" - читать интересную книгу автора

вышел Тоглар оттуда со связями, которым, наверное, мог бы позавидовать и
выпускник высшей партийной школы. Уже через полгода в тюрьме благодаря
Учителю, державшемуся накоротке с лагерным руководством, он изготовил диплом
выпускника лесотехнического института - опять же Алма-Атинского -
ближайшему родственнику начальника колонии. Рассматривая свежеиспеченный
диплом, полковник расчувствовался и сказал памятную для молодого
заключенного фразу: "Эх, парень, мне бы твои таланты, я бы..."
Жаль, не узнал тогда Фешин, как бы развернулся красномордый вертухай,
выжимавший из сидельцев все, что мог, для личного обогащения. Костя-то знал,
что бригада краснодеревщиков больше года изготовляла резную мебель из редких
пород дерева для его особняка, а кузнецы ковали ограду, очень похожую на
решетку Летнего сада в Ленинграде.
Много всяких документов Тоглар выправил там и начальству рангом пониже,
но больше всего заказов приходило с гражданки, они и определили будущую
жизнь Фешина. Благодаря стараниям с воли и расположению тюремного начальства
вышел он на свободу через три года, досрочно...
5

В Ростов прибыли, как и рассчитывал Фешин, уже в темноте, когда на
улицах зажглись огни. Константин Николаевич хорошо знал город, часто бывал
здесь и мог, при надобности, выудить из памяти не один женский телефон, но
связи эти, считай, уже оборвались, ворошить прошлое не имело смысла, да и
постарели, пожалуй, давние подруги. В дороге он хотел при въезде в Ростов
отпустить Андрея и пересесть на другую машину, но, оказавшись у цели,
передумал. Парень внушал доверие, главное, понимал, что пассажир попался
серьезный и вести себя надо без шуток, не задавать глупых вопросов. Поэтому
сразу, как замелькали за окном окраины, он подсказал, куда подъехать - в
район "Ростсельмаша".
Тайник в Ростове он завел в начале восьмидесятых, еще до перестройки,
по пути на отдых в Сочи. Помнится, загулял он тогда с местными приятелями
крепко и чуть не перенес задуманную операцию с тайником до следующего раза,
но в последний момент отложил очередное свидание и занялся делом, -
выходит, судьба...
Когда появился краснокирпичный забор, опоясывающий площадку, где в ряд
стояли новенькие комбайны "Ростсельмаша", пассажир попросил водителя съехать
с дороги и остановиться в тени придорожных деревьев. Достав из багажника
завернутые в ветошь инструменты, он велел водителю ждать, а сам направился
вдоль забора и скоро завернул за угол - в сторону железной дороги. Места
для тайников выбираются надежные, глухие, желательно безлюдные - это
известные шпионские правила. Лучшие в городе места - промышленные зоны,
возле самых непривлекательных производств, тут не гуляют ни влюбленные, ни
любопытные, да и утащить особенно нечего, это не конфетная, не табачная
фабрика, возле которых жизнь никогда не замирает, где воруют свои и чужие,
круглыми сутками, годами, десятилетиями.
Вдоль забора, почти вплотную, тянулась лесополоса, наверняка высаженная
во время строительства знаменитого завода, и Фешина со стороны подъездных
путей невозможно было увидеть, даже если кто случайно и появился бы рядом.
Пройдя метров пятнадцать от угла, он увидел два помеченных кирпича в верхнем
ряду - тайник оказался цел. Дождавшись, когда рядом по железной дороге
загрохотал очередной грузовой состав, он легко забрался на забор и