"Джек Лондон. Майкл, брат Джерри (Роман)" - читать интересную книгу автора

к полу.
- Ну, теперь иди, - приказал Доутри. - Иди, но не торопись, - добавил
он, хотя в этом предупреждении особой нужды не было.
Майкл ощетинился, но позволил Квэку сделать первый, робкий шажок. На
втором он для проверки взглянул на Доутри.
- Все в порядке, - заверил его стюард. - Это мой парень. Хороший
парень.
Майкл понимающе улыбнулся одними глазами и отошел в сторону с целью
исследовать стоявший на полу ящик, доверху набитый черепаховыми
пластинами, напильниками и наждачной бумагой.


- А теперь, - внушительно проговорил Дэг Доутри, поудобней
устраиваясь в кресле с бутылкой в руке, в то время как Квэк расшнуровывал
ему башмаки, - теперь, уважаемый пес, надо придумать для тебя имя, да
такое, которое не посрамит твоей породы и сделает честь моей
изобретательности.


ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Ирландские терьеры, достигнув зрелости, отличаются не только отвагой,
преданностью, способностью к бескорыстной любви, но также хладнокровием,
удивительным самообладанием и сдержанностью. Заставить их выйти из себя
очень не легко; голосу хозяина они повинуются даже в разгаре неистовой
драки и никогда не впадают в истерику, как, например, фокстерьеры.
Майкл, чуждый всякой истеричности, был куда более возбудим и
вспыльчив, чем его кровный брат Джерри, а их родители по сравнению с ним
могли считаться степеннейшей собачьей четой. Взрослый Майкл резвился и
шалил больше, чем взрослый Джерри. Его кипучая энергия готова была
вырваться наружу при малейшем поощрении, а разыгравшись, он мог
перещеголять любого щенка. Одним словом, у Майкла была веселая душа.
Слово "душа" здесь употреблено не случайно. Что бы ни называлось
человеческой душой - подвижный дух, сознание, ярко выраженная
индивидуальность, - Майкл, безусловно, обладал этим трудноопределимым
свойством. Его душе были присущи те же чувства, что и душе человека, разве
что в меньшей степени. Он знал любовь, печаль, радость, гнев, гордость,
застенчивость, юмор. Три основные свойства человеческой души - это память,
воля и ум. У Майкла была память, были воля и ум.
Как и человек, он познавал внешний мир при помощи своих пяти чувств.
Как и у человека, результатом этого познания являлись ощущения. Как у
человека, эти ощущения временами перерастали в эмоции. И, наконец, так же,
как человек, он обладал способностью воспринимать, и восприятия в его
мозгу складывались в представления, - о, разумеется, не такие обширные,
глубокие и сложные, как у человека, но все же представления.
Надо, пожалуй, признать, чтобы уж слишком не унижать человека такой
тождественностью его природы с природой собачьей, что чувства Майкла
уступали в остроте человеческим чувствам и что, скажем, укол в лапу для
собаки менее чувствителен, чем укол в ладонь для человека. Надо также
признать, что мысли, озарявшие его мозг, были не так ясны и определенны,