"Тимур Литовченко. Казнь через помилование, или Фантом" - читать интересную книгу автора

меня не покидали самые ужасные компаньоны-мысли.

Боже, что за идиотом я был! Чего ради согласился принять предложение
дарка! Ведь завтра на "Голден Глории", рейс двадцать семь-сорок, на седьмую
Альдебарана должна была прибыть моя семья!!! Паола с детьми...

Всё это мы спланировали заранее. Я летел первым в роли пассажира на
небольшом "грузовике", узнавал, что и как на новой планете, нанимал
временное жильё и вообще готовил встречу. Они прибывали на заранее
приготовленное место со всеми удобствами, так как "Голден Глория" - это
комфортабельный лайнер на тысячу четыреста пятьдесят персон, плюс
полусотенный экипаж.

И вот четверо из полутора тысяч - мои! Самые дорогие мне люди, ради
которых я готов был в огонь и в воду, ради которых жил двадцать лет из
сорока. Паола, в глазах которой я только и мог читать... Мук и крошка
Дори... Сплинт с его наибессмысленнейшей гордостью за такого никчемного
отца...

Всю ночь я метался по комнатке, словно загнанный зверь, ревел, грубо
ругался, визжал, плевался, бился головой о стены, оказавшиеся такими же
мягкими, как матрац кровати, искал на голых стенах хоть какой-нибудь гвоздь
или крючок, чтобы разорвать одежду на полосы, связать веревочную петлю и
совершить страшный грех самоубийства... Потому что такой поступок всё же
лучше, чем уничтожение полутора тысяч человек вообще и собственной семьи в
частности!

А также совершенно лишённый смысла: со мной или без меня, тем не менее
дарки так или иначе нападут завтра на "Голден Глорию". И петля вокруг моей
шеи ничего принципиально не изменит.

Потом я в изнеможении свалился на кровать и начал молить Бога о чуде.
Только оно могло спасти Паолу и детей. Несомненно, о нападении дарков на
грузовой корабль, который вёз меня, стало известно в тот же день, и я молил
Всевышнего, чтобы они испугались и сдали билеты. Когда вдруг понял, что
теперь аргументов за полёт ровно вдвое больше! Во-первых, обычно дарки не
повторяли подобных операций в одном и том же секторе за столь короткий
промежуток времени: их корабли уступали нашим, поэтому дарки старались не
появляться там, где их могли поджидать. Во-вторых, Паола конечно же
испугалась за меня и, разумеется, захочет разобраться на месте, то есть
полетит обязательно. А с ней дети...

Не могу описать степень охватившего меня отчаяния, когда я понял всё
это! Тогда я принялся молиться уже неизвестно о чём: чтобы тотчас же, в этот
же миг в моей "мягкой" тюрьме объявился некий книжный Венслав Кручек с
пилюлей... ну, хоть бы цианистого калия, лишь бы я мог отравиться! Чтобы
таблетка оказалась вдруг фантастической пилюлей невидимости, и дарки... не
нашли бы меня! Чтобы всё здесь немедленно взорвало. Чтобы все мы провалились
в Тартарары...