"Харлан Кобен. Пропащий" - читать интересную книгу автора

- Я говорила об этом.
- Не со мной.
- А ты не мой психотерапевт.
- Я человек, которого ты любишь.
- Да. - Шейла обернулась. - Не сейчас, ладно? Пожалуйста...
Я не ответил, подумав, что она, пожалуй, права. Сидел и задумчиво
вертел в руках рамку. Тут-то все и произошло.
Фотография в рамке слегка сдвинулась.
Снизу виднелся край еще одного фотоснимка. Я сдвинул верхний еще дальше
и увидел чью-то руку. Верхний снимок больше не поддавался, поэтому я нащупал
на обороте защелку, открыл ее и вытряхнул заднюю крышку рамки на кровать.
Вслед за ней на одеяло плавно опустились две фотографии.
На первой из них мои родители стояли на палубе корабля, здоровые и
счастливые; такими я их почти и не помнил. Но мой взгляд был прикован ко
второй фотографии. Той, что была спрятана. На обороте была напечатана дата -
чуть меньше двух лет назад.
На снимке виднелся холм, поросший травой. Никаких домов вокруг, только
горы с заснеженными вершинами на заднем плане, как в начальных сценах
"Звуков музыки". На вершине холма стоял мужчина в шортах и потертых
туристских ботинках. За спиной у него висел рюкзак, глаза скрывались под
темными очками. Но улыбку можно было узнать, так же как и черты лица.
Хотя морщин у него прибавилось, волосы стали длиннее, а в бороде
поблескивала седина. И все же ошибиться я не мог: на фотографии был мой брат
Кен.


Глава 2

Отца я нашел на заднем дворе. Было уже совсем поздно. Он сидел
абсолютно неподвижно и смотрел прямо перед собой, в темноту. У меня в душе
шевельнулось одно неприятное воспоминание.
Примерно через четыре месяца после убийства Джули я обнаружил отца
сидящим в подвале, спиной ко мне, в точно такой же позе. В руке он держал
пистолет, ласково его поглаживая. Так, будто это не оружие, а маленький
зверек. Меня отец не заметил: он не сводил глаз с оружия. Я в жизни не был
так напуган. Несколько минут я стоял в оцепенении, затем поднялся на
цыпочках вверх по лестнице и сделал вид, что только что вошел. Когда я не
торопясь начал спускаться по ступенькам, пистолет уже исчез. После этого я
целую неделю не оставлял отца одного.
Я вышел через застекленную дверь.
- Привет!
Отец обернулся, лицо его просияло в улыбке. На эту улыбку я всегда мог
рассчитывать.
- Привет, Уилл!
В хриплом голосе прозвучала нежность. До того как все случилось, у отца
было много друзей: люди любили его. Он был неизменно дружелюбен и надежен,
хотя и немного резковат, что, впрочем, лишь усиливало впечатление
надежности. И все же центром мира для него была семья, ничто иное значения
не имело. Никакие проблемы чужих людей и даже друзей не трогали его
по-настоящему.