"Редьярд Киплинг. Стратегия пара (Рассказ, "Вокруг света" 1976/6)" - читать интересную книгу автора

выставлю. - Я указал на сидевшего молча шофера. - Вам он ни к чему и, уж
во всяком случае, будет выступать как свидетель защиты.
- Верно, - сказал констебль. - А впрочем, ваши показания ничего не
изменят... в Лингхерсте!
Шофер метнулся в заросли папоротника, как кролик. Я велел ему бежать через
парк сэра Майкла Грегори и, если он застанет моего приятеля, сообщить ему,
что, вероятно, я несколько опоздаю к ленчу.
- Я не допущу, чтобы этот сидел за рулем! - Наша жертва с опаской кивнула
на Хинчклиффа.
- Ну, разумеется. Вы сядете на мое место и будете приглядывать за этим
верзилой. Он так пьян, что и рукой не шевельнет. А я займу место того,
другого. Только поскорее: уплатив штраф, я должен сразу же уехать.
- Вот именно, - сказал констебль, плюхнувшись за заднее сиденье. - Штраф!
Немалые денежки собираем мы с вашей братии.
Он с важным видом скрестил руки, а тем временем Хинчклифф украдкой отчалил.
- Послушайте, он же остался за рулем! - привскочив, крикнул наш пассажир.
- Вы это заметили? - удивился Паикрофт, и его левая рука, как анаконда,
обвила полисмена.
- Оставь его в живых, - коротко распорядился Хинчклифф. - Я хочу ему
продемонстрировать, что такое двадцать три с четвертью мили.
Мы шли со скоростью чуть ли не двенадцать, что для нас фактически было
пределом.
Наш пленник шепотом ругнулся и застонал.
- Ну а теперь, - сказал я, - будьте любезны, предъявите ваши полномочия.
- Знак воинского ранга, - уточнил Паикрофт.
- Я констебль, - сказал наш гость и брыкнул ногой.
Судя по сапогам, он и впрямь обошел добрую половину сассекских пашен, но
сапоги не удостоверение личности.
- Предъявите ваши полномочия, - повторил я сухо. - Чем вы докажете, что вы
не пьяный бродяга?
Предчувствия меня не обманули. Он не захватил с собой значок или где-то
потерял его.
- Если вы мне не верите, едемте в Лингхерст! - Эта формула в его устах
звучала почти как припев национального гимна.
- Да не могу я колесить через все графство каждый раз, когда какой-то
вымогатель вздумает объявить себя полисменом.
- Но это совсем близко! - не унимался он.
- Скоро будет далеко, - возразил Хинчклифф.
Констебль гнул свою линию, я свою, а Паикрофт неодобрительно слушал
реплики полисмена.
- Если бы он был чистопородным буром, то и тогда не заслужил бы лучшего
обращения, - произнес он наконец. - Вот представьте, что я дама в
интересном положении, - он ведь просто уморил бы меня такими выходками.
- Жаль, что не могу этого сделать. Эгей! На помощь! На помощь! На помощь!
Эй! Эй!
В пятидесяти ярдах впереди, там, где дорога пересекалась с обсаженным
изгородью проселком, наш узник увидел констебля в форме, но тут же
вынужден был замолчать, ибо Хинчклифф так резко свернул на проселок, что
мы чудом избегли крушения, проскользнув мимо грузно бежавшего к нам
второго полицейского.