"Джон Оливер Килленс. Молодая кровь " - читать интересную книгу автора

мама потащила девочку в сарай. Все же старуха выбила дверь и, вцепившись в
маму, бегала за ней по всему сараю.
- Не бей ребенка! Перестань! Ничего плохого она не сделала! Надо было
убить эту злющую суку!
В тот вечер, когда все домашние были на террасе, мама Большая осталась
с Лори Ли в кухне. Она сказала девочке:
- Внучка, никогда не позволяй им топтать себя В грязь. Дерись с ними
всю жизнь, дерись, особенно с богатыми, с такими вот, как эти Такеры. Это
они заняли теперь место наших хозяев - плантаторов, это они линчуют нас,
морят голодом и заставляют подыхать на работе. И так будет и ничего не
изменится, пока вы, молодые негры, не объединитесь и не образумите их.
Дерись с ними, моя маковка! О господи милостивый, прости мои прегрешения!
Лори глядела на бабку, сидевшую против нее за столом, слушала, моргая
глазами, и дрожь пробегала по ее детским плечам. Над керосиновой лампой
кружилась ночная бабочка, и пыльца с ее крылышек осыпалась на стекло,
- Вот какие дела, моя сладкая. А на маму не обращай внимания. И еще
одно скажу тебе, куколка: сколько ни плачь, сколько богу ни молись, сколько
с белым ни судись, - ничего не поможет. У белого сердце каменное - его ничем
не проймешь.

Тысяча девятьсот двенадцатый принес еще беду.
В середине года умерла мама, а через четыре месяца не стало и мамы
Большой. Мама Большая, мама Большая, бабуся! Какой приторный, противный
запах! Девочка стоит в опустевшей комнате, где на все легла печать смерти и
одуряюще пахнет цветами. Но мама Большая ничего не чувствует. Она лежит в
сером гробу, и ее темные, почти черные глаза глядят на девочку сквозь
неплотно сомкнутые веки. И девочке чудится, что разжимаются мертвые,
побелевшие уста бабушки и она слышит ее звонкий молодой голос: "Не плачь,
моя сладкая! Не трать не единой слезинки!" И Лори Ли старалась сдержать
слезы, старалась, как только могла, но это было ужасно трудно. А тут еще
мисс Сузи обняла ее за плечи.
- Не плачь, моя красотка! Бабушка не умерла, она просто покинула нас
ненадолго. Теперь она в той стране, где никто никогда не стареет.
Через два года брат Лори Ли, Тим, попал в исправительный дом за то,
что. швырял камнями в белых мальчишек и разбил окно у старика Мак-Вортера.
Его продержали в тюрьме целых два года, и вышел он оттуда свирепый, как
бульдог. А ведь до того, как Тим попал за решетку, не было мальчика лучше и
добрее его. Застенчивый, ласковый, добросердечный, цыпленка - и того не мог
бы убить! Единственный мальчик во всем городе, который не привязывал ниток к
крыльям майских жуков! Лори Ли никак не могла забыть то время, когда они с
Тимом и сестренкой Берти гостили летом две недели в деревне у дяди Лео и
тети Дженни Мэй.
Дело было в июле, ранним утром в субботу. Дядя Лео сказал:
- Что бы нам такое сообразить на завтрак? Цыпленка, что ли, зажарить? -
И он стал потешно напевать на мотив церковного псалма: - Самый лучший друг -
жареный цыпленок! Прославим его, прославим его, драгоценного!
Тим засмеялся:
- Так и доктора говорят!
Тим был красивый мальчуган - высокий, стройный. Все девочки были от
него без ума. Дядя Лео сказал: