"Вл.Гаков. Четыре путешествия на машине времени " - читать интересную книгу автора

осуществима, он почти всегда прав. Когда он заявляет, что какая-либо идея
неосуществима, он, вероятнее всего, ошибается.
Артур Кларк. Закон Кларка
"Еретикам"-провидцам во все времена жилось несладко, и история полна
примеров варварских гонений на передовую мысль. Правда, до поры до времени -
пока нацеленная в будущее мысль не возбуждала смуты, а, напротив, сулила
неплохие перспективы, например в военном деле, - мечтателей и фантазеров не
трогали, а к иным даже благоволили сильные мира сего.
И все-таки история смелых идей преимущественно окрашена в темные тона:
гонения, издевательства, травля сопровождали тех, кто ее творил. Сожженные,
похороненные заживо в темницах, отлученные и осмеянные, все они держались
верой в то, что Будущее воздаст своим пророкам. Один из пострадавших,
упрямый монах Томмазо Кампанелла гордо бросил в лицо своим хулителям:
"Грядущий век рассудит нас, ибо современность всегда распинает своих
благодетелей, но они потом воскресают на третий день или на третье
столетье".
В жизни же новаторам приходилось туго. Болезнь под названием неофобия -
боязнь, инстинктивная неприязнь ко всему новому - поражала без разбора и
власть предержащих - монархов и духовенство, и редких по тем временам
представителей "официальной" науки. Ну и обывателя, повседневная жизнь
которого была буквально соткана из предрассудков и страха перед новым.
Так и запомнилась всем нам со школьной скамьи картина. Одинокий мученик
науки на костре, довольные попы и толпа, подзуживающая: "Огня! Еще огня!"
Однако время внесло коррективы и в эту, казалось, незыблемую схему.
Начиная с XIX века сдерживать бурный рост науки и техники не удавалось
уже никому. Смелая мысль по-прежнему с невероятным трудом пробивала себе
дорогу признанию, но дыхание новизны ощущалось повсеместно. Воздух эпохи был
наполнен флюидами изменений, проявляющихся во всех сферах, на всех уровнях -
от сознания отдельного человека до идеалов и предчувствий всего общества в
целом. Да и Поезд Прогресса разогнался не на шутку, отдельные дальнозоркие
его пассажиры уже различали на горизонте приметы следующего столетия.
Несколько десятилетий на перепаде двух веков прошли для истории как
один миг, но был он воистину из тех, которые Стефан Цвейг назвал "звездными
минутами человечества". Изменений обрушилось сразу столько, сколько их не
приносили столетия. Грандиозные революции следовали одна за другой - в
науке, искусстве, общественной жизни. Семнадцатый год стал поворотным
пунктом человеческой истории; после Великой Октябрьской социалисчической
революции в России народы всего мира увидели ясную цель, свое будущее.
А что говорить о миллионах "малых" революций в индивидуальном сознании,
как описать смещение привычных рамок и представлений, складывающихся веками!
Казалось бы, и в науке наступило время реабилитации всех сожженных и
осмеянных, время признания самого невероятного, самого фантастичного -
недаром же физика начала XX века гордо начертала на своем знамени "Даешь
безумные идеи!" (и сколько таких реализовала)... Но тут выяснилось, что
болезнь неофобия вовсе не была излечена, она все еще поражала свои жертвы.
Только теперь поражала не тех. История не раз демонстрировала, как вчерашний
еретик-новатор сам перерождается в гонителя нового; увы, нечто подобное
происходило и в истории науки.
К началу XX века ученью из непризнанных и часто гонимых одиночек
превратились во влиятельную силу, духовную элиту, пользующуюся