"Д.В.Дубровская "Судьба Синьцзяна. Обретение Китаем "Новой границы" в конце XIX в."" - читать интересную книгу автораударами союзников Хань - усуней распалось кочевое государство Сюнну, и
военно-дипломатическая деятельность китайских эмиссаров оказалась вполне эффективным средством китайского присутствия в Кашгарии. Но вступая в собственный внутриполитический кризис, империя Хань не могла позволить себе активных действий в "далекой окраине" и лишь во втором десятилетии I в. до н. э. китайский эмиссар Поздней Хань Ван Цзюнь предпринял попытки повторить подвиги Чжан Цяня и Чжэн Цзи8 и погиб, потерпев поражение от карашарцев. Лишь более талантливый "военный-дипломат" Бань Чао (32-102) и его сын Бань Юн смогли вновь воплотить в жизнь принцип "И и чжи и" в последней четверти I в. и даже достигли определенных успехов в борьбе против сюнну, впрочем, растеряв все достигнутые завоевания под их ответными ударами к 150-м гг. и вплоть до самого падения Поздней Хань. Говоря о путях и методах взаимодействия ханьского Китая с северо-западными "варварами" нельзя не отметить, что "торговля и экспансия в ханьском Китае столь тесно переплетались, что их трудно было отличить на практике, хотя они, несомненно, несмешиваемы в принципе", - по словам американского исследователя Юй Инши (644, р. 246). На протяжении всего периода Хань эти аспекты внешних сношений Китая с центральноазиатскими странами и народами развивались бок о бок посредством взаимного стимулирования: либо купцы шли по следам завоевателей, либо наоборот (624, р. 247). Работы И. Эчеди и других авторов дают представление о том, что тотальная война китайского государства с кочевниками объяснялась негибкостью китайской бюрократии и являлась продолжением антимеркантилистской внутренней политики, исключавшей чрезмерный интерес китайского государства к торговле с отдаленными странами (552), чему традиционно противостояла центральноазиатских купцов в торговле с Китаем и обладание районом Хэси снимали для Китая необходимость овладения Кашгарией, стратегическая ценность которой в то время была подобна "зеленому винограду" для лисы из известной басни Эзопа. Государства Кашгарии устанавливали с кочевниками более гармоничные отношения, чем Китай. Непосредственные попытки завоевания Кашгарии не могли не кончиться для Китая столь же плачевно, как войны с парфянами, ведомые на рубеже веков Римской империей. По мнению, например, О.В. Зотова, "согдийские" успехи Александра Великого были для Китая недосягаемым "образцом". (211, с. 18). Северо-западные районы, несомненно, интересовали правителей Ханьской империи не только потому, что через эти земли проходил проложенный там в древности от оазиса к оазису караванный путь, постепенно распространившийся на Запад, Юго- и Северо-Запад со многими ответвлениями и ставший со временем Великим шелковым с подключением к нему Китая при У-ди. Даже более жизненной необходимостью для населения ханьского Китая была торговля, в которую в той или иной мере вовлекались сопредельные "варварские" народы. Не будучи инициаторами центральноазиатской торговли, сложившейся задолго до Чжан Цяня и У-ди, китайцы получали от нее массу выгод. Экономический товарообмен при традиционной "даннической" системе имел две основные формы: обмена продуктами, составлявшими "дань" и в ответ - "императорскими дарами" и форму обыкновенной торговли, на границах меновой, а на рынках - классической. Общеизвестно, что "варвары" успешно использовали данническую систему для |
|
|