"Юрий Дружников. Деньги круглые (Микророман)" - читать интересную книгу автора

Отец опять закурил и вышвырнул в окно пустую пачку. Маша проводила ее
глазами. Пачка взмыла вверх, затрепетала в воздухе и шлепнулась на асфальт.
В этот момент встречный грузовик поднял ее в воздух. Взлетев, пачка опять
упала, заковыляла и тут же распласталась, придавленная другим колесом.
По обеим сторонам шоссе замелькали желтые, облезлые деревья. Пошел
дождь, зашлепал по стеклу один дворник. Другой оказался поломанным. Отец
матюгнулся, а потом, поглядев на Машу, в более вежливой форме стал клеймить
позором напарника Тихона, который выжимает из машины бабки, ни о чем не
заботясь.
- Небось, и сцепления не сделал, потому что на слесарях сэкономил, -
ворчал он. - Или ждет, чтобы я его у барыг купил.
Пока они развозили двух пассажиров по Москве, на Таганку да на Зорге,
совсем стемнело. Зато дождь прошел, только воздух остался сырым и зябким.
Маша стала кашлять, мерзнуть, съежилась и положила ладошки между коленок.
Отец включил печку. Снизу подул теплый воздух, стало уютно, почти как дома.
Девочка заморгала часто-часто и стала смотреть на счетчик, чтобы не заснуть.
Цифры прыгали, прыгали, прыгали. Люди выбирались из машины, влезали новые,
мокрые. От них летели брызги, и Маша морщилась. Она сидела, вцепившись
руками в сиденье, и смотрела вперед, на грязный асфальт, который убегал под
машину.
- Все! - крикнул вдруг отец, да так громко, что Маша вздрогнула.
- Эй, довези, дяденька, чего тебе стоит!..
- И за сотню не поеду. В парк, девочки, еду, в парк! Время вышло.
Видите, ребенок совсем спит?..
Одна из девочек наклонилась, просунулась в окошко и сипловато спросила:
- А порошочка нету?
- Нету, нету, - бросил он, отцепляя ее руку от дверцы и трогаясь. -
Этим не балуюсь. Других спроси!
- Зубного порошочка, пап?
- Конечно, зубного! Видала их рожи? То-то!
Маша опять задремала, а открыла глаза на въезде в парк.


4.

Тут было темно, и стоял длинный хвост машин. Отбивала Андреич,
протягивая из окошечка руку, брал у каждого путевку, опускал под стол, а
затем вытаскивал и грохал штемпелем. Отец тоже достал свою путевку и, как
все, сунул в нее деньги, чтобы ему не отметили опоздания, подумав, добавил
за вопрос о Маше и сложил путевку вчетверо.
Въехали на мойку, и отец опять вынул рубль и сунул в халат
старухе-мойщице, которая включала щетки и тряпкой протирала заднее сиденье.
- У тебе здеся чисто, блевоты нема! - сказала мойщица, но рубль
взяла.
Они опять протискивались в лабиринте машин с зелеными огнями. Возле
забора отец остановился и стал раскладывать деньги из разных карманов на
сиденье, бурча себе под нос:
- Это в кассу, это слесарям, это бригадиру, это начальнику колонны...
- А бабушке? - спросила Маша.
Не отвечая, он прикидывал, сколько в той трети, которая пойдет от