"Лайза Аппиньянези. Память и желание, Книга 2 " - читать интересную книгу автора

которого все прочат в президенты?
Катрин неуверенно кивнула.
- Я собираюсь вложить в его избирательную кампанию большие деньги. Мне
кажется, что у этого человека демократические, даже отчасти социалистические
взгляды. В этой стране лишь очень богатые, очень умные и очень старые могут
позволить себе роскошь думать о тех, кто социально незащищен. Все остальные
слишком увлечены накопительством или сохранением того, что у них есть.
Катрин вопросительно взглянула на него.
- Но, Томас, неужели вы согласитесь отдать бедным то, чем владеете? -
Она обвела жестом роскошно обставленную комнату.
- С чего вы взяли? - прищурился он.
- Но вы, кажется, сочувствуете социалистам? - застенчиво сказала
Катрин.
Закс весело расхохотался.
- Я этого не говорил. Но если бы я даже в самом деле придерживался
социалистических взглядов, это еще ничего не означает - вы находитесь в
плену весьма распространенного заблуждения. Социализм - это вовсе не равное
распределение несчастья на всех. Социализм - это желание жить немного лучше
и немного справедливее, только и всего.
Он снова засмеялся.
Катрин покраснела. Томас заметил ее смущение и тут же добавил:
- Я смеюсь вовсе не над вами, Шаци. Вы имеете полное право говорить
все, что думаете. Мне нравится, когда вы задаете вопросы. И вы абсолютно
правы - я вовсе не собираюсь расставаться со своим имуществом. А теперь
пойдемте.
Он взял ее за руку и повел в столовую, где был накрыт ужин на двоих.
Все блюда были восхитительны, а вино удовлетворило бы самого привередливого
знатока.
Томас Закс, безусловно, был эпикурейцем. Но его аппетит распространялся
не только на материальную, но и на интеллектуальную сферу. Больше всего на
свете Закс ненавидел скуку. Он очень любил красивых женщин, однако имел дело
лишь с теми красавицами, у которых, кроме внешности, было еще что-то в
сердце и в голове. Об этом он сообщил своей гостье на второй вечер. Катрин
же больше интересовали миниатюрные деревянные города, которыми была украшена
ее комната.
Закс довольно улыбнулся.
- Рад, что вы обратили на них внимание. Их изготовил прекрасный
немецкий художник, которого зовут Файнингер. У меня есть и его картины.
Он пригласил Катрин в свой кабинет, прежде она там не бывала.
Тончайшие рисунки, где форма и движение были намечены лишь легкими
штрихами, пришлись девочке по душе.
- А вот это еще лучше, - сказала она, останавливаясь перед небольшим
холстом. - Но художник уже другой, да?
- Вы совершенно правы, Шаци. У вас есть художественный глаз. - Томас
просиял. - Это одна из моих любимых работ. Пауль Клее. Подумать только - я
чуть не продал эту картину, чтобы заплатить за обед и убогий гостиничный
номер.
Катрин недоверчиво посмотрела на него.
- Это сущая правда, Катрин. Мир меняется. В Лондоне перед войной никто
не слышал о Пауле Клее, хотя в Германии он был уже достаточно известен.