"Лайза Аппиньянези. Память и желание, Книга 2 " - читать интересную книгу автора

Она видела его впервые. Юноша был обнажен, между бедер у него покачивался
гигантский пенис, медленно двигавшийся к разверстой ране. Нет! - выкрикнуло
рассеченное тело, ее собственное тело. Катрин смотрела юноше в лицо, и вдруг
оно переменилось. Это было лицо матери, искаженное зловещей ухмылкой.
- Кэт, Кэт, просыпайся. Что это ты разоспалась?
Катрин открыла глаза.
- Лео? - пролепетала она. - Лео!
Она прильнула к брату, крепко сжала его в объятиях.
Лео несколько растерянно ответил на объятия.
- Кэт, что это ты здесь делаешь?
Он находился в явном недоумении. В двадцать один год Лео Жардин был
высоким, широкоплечим юношей с густыми золотистыми волосами, синими, как
море, глазами, уверенными, немного медлительными манерами. Многие студентки
заглядывались на этого красавца и мечтательно вздыхали. Лео очень любил свою
сестренку, но к родственному чувству всегда примешивалась тревога. Вот и
сейчас он смотрел на Катрин с явным беспокойством.
- Я убежала, - просто сказала она. - У меня не было другого выхода.
Деваться мне некуда - только к тебе.
- Но, Кэт, нельзя просто взять и убежать. Мама и папа сойдут с ума от
волнения.
- У меня не было выхода, - повторила Катрин.
Она внимательно смотрела на брата, чувствуя, что он не воспринимает ее
поступок всерьез.
- Лео, она непременно что-нибудь со мной сделала бы. Я знаю. Она хочет
моей смерти.
В ее голосе не было эмоций, лишь холодная констатация фактов. Катрин
спросила себя, не преувеличивает ли она, и сама же ответила: нет, все это
правда, хотя раньше она и не формулировала свои опасения столь четко.
Лео отстранился, принялся расхаживать по комнате.
- Кэт, ты преувеличиваешь. Я знаю, что мама иногда выходит из себя,
даже бьет тебя, но это уж чересчур...
Собственные слова казались ему неубедительными. В голосе Катрин была
неподдельная искренность, глубоко укоренившаяся горечь. Страшно было
подумать, что пережила эта девочка. Лео не хотел вдумываться в смысл ее
слов. Так было всегда. Всякий раз, когда он видел, как непозволительно грубо
мать обращается с Катрин, он отказывался верить своим глазам. Ему все
казалось, что это какие-то случайные эпизоды - с ним Сильви вела себя
совершенно иначе. Лео нежно относился к сестре, считал своим долгом защищать
ее, однако становиться судьей собственной матери считал себя не вправе. Он
остановился и взглянул на Катрин.
- Я хочу жить здесь, с тобой, - сказала она. - Я не буду тебе мешать.
Поступлю в школу, буду делать уборку. Здесь ведь, наверное, есть школа
где-нибудь поблизости?
Она сбивчиво начала излагать ему свой план.
- Но, Кэт, это невозможно. Ты сама должна понимать. Здесь живут двое
студентов, кто будет заботиться о тебе? Да и мои соседи с этим никогда не
согласятся, - добавил Лео. - Вот что. Ложись-ка ты спать, а я пристроюсь
внизу, на диване. Утром же мы позвоним папе и что-нибудь придумаем.
- Нет! - воскликнула Катрин. - Я туда не вернусь.
Она смотрела на брата, на лице ее читались испуг и разочарование.