"Малколм Барбер. Процесс тамплиеров " - читать интересную книгу автора

действительно утратил доминирующую позицию в королевских
административно-финансовых кругах, ибо в 1292-1295 гг. основная часть
королевской казны была переведена в Лувр - возможно, то была одна из
составляющих общего процесса реорганизации органов управления. Но в целом
монархия пока что продолжала пользоваться услугами тамплиеров, наделив их,
правда, несколько меньшими финансовыми полномочиями, и во время финансового
кризиса, последовавшего за поражением при Куртре в 1302 г., тамплиеры снова
взяли на себя роль королевских банкиров. В июле 1303 г. генеральный
досмотрщик ордена Гуго де Пейро получил приказ собрать для короля военный
налог со всех округов, за исключением сенешальств Тулузы и Руэрга
(Руарга)126. Де Пейро был и в числе тех, кто поддержал французскую монархию
в борьбе против Бонифация VIII в июне 1303 г., так что в июне 1304 г. король
в целом подтвердил права тамплиеров на их владения во Франции127. Орден
сохранил за собой активную роль в королевской финансовой политике вплоть до
1306 г., поскольку 6 ноября король поручил тамплиерам выплатить жалованье
некоторым наемным солдатам, участвовавших в войне с Фландрией128.
Французская монархия в этот период занималась упорядочиванием функций
государственного аппарата, и те перемены, которые ощутили на себе тамплиеры
в качестве королевских банкиров, в значительной степени явились результатом
этого процесса. В тот же период было достигнуто и значительно большее
разграничение обязанностей в судебных и административных органах и в
королевской канцелярии129. Несмотря на трудности, связанные с претворением в
жизнь его политики, права Филиппа IV практически ничем не были ограничены.
Шесть раз с 1290 г. по 1314 г. король созывал представителей трех основных
сословий королевства - Генеральные штаты130. Члены этого
общегосударственного сословного представительства не имели права оспаривать
политику, представляемую им советниками короля: король использовал
Генеральные штаты как механизм для внедрения своих идей в массы и как
выражение единства французского народа в глазах иностранцев, когда,
например, ему бросали вызов Бонифаций VIII, фламандцы или тамплиеры. На
самом деле в годы его правления Генеральные штаты созывались вовсе не по
воле французского народа, который предпочитал решать свои проблемы на
местном уровне, но по воле самой монархии, которая видела в них
потенциальное средство для централизации государства. Подданные короля и
сами часто проявляли неповиновение, когда король приказывал им явиться на
заседание Генеральных штатов, и даже, блюдя собственные интересы, порой
опасались скомпрометировать себя присутствием на подобных заседаниях и
участием в королевской политике, которой, возможно, вынуждены будут выразить
поддержку еще и в письменной форме. В особенно затруднительном положении на
заседаниях Генеральных штатов 1302-1303 гг. оказалось духовенство, поскольку
собрания эти были направлены почти исключительно против Бонифация VIII.
Естественная реакция духовенства - нежелание присутствовать на подобных
ассамблеях, однако об этой уловке было хорошо известно французским властям,
а потому в приглашениях на заседания 1303 г., отправленных в декабре 1302
г., было специально подчеркнуто, что названные поименно священнослужители
непременно обязаны "явиться лично, отставив все и всяческие извинительные
предлоги"131. Приглашения, последовавшие в июне 1303 г , также носили
совершенно безусловный характер. Во вполне типичном для своего времени указе
король заявил духовенству Руэрга, что не сможет считать своими верными
подданными и союзниками тех, кто лично не поддержит его на предстоящих