"Руслан Белов. Смерть за хребтом" - читать интересную книгу автора

же пруд за последнее время изрядно подсох и сократился в размерах, и
поэтому был окружен кольцами глины различной консистенции; так что после
водопоя я с ног до головы был липок, черен и пахуч, а к старым микро- и
другим организмам, поглощенным мною с мясом шакала (лисы) и нескольких
черепах и змей, добавились многочисленные колонии новых.
В течение последней ночи пути мне несколько раз пришлось прятаться от
"Тойот" неутомимых контрабандистов - глупо было бы встретиться со своими
старыми знакомыми. Последняя "Тойота", как мне показалось, преследовала
меня. Блуждающие огни предыдущих я замечал за несколько километров. А фары
этой вспыхнули в сотне метров от меня.
Я упал на четвереньки и побежал в сторону аллюром "три креста"...
Машина немедленно повернула за мной. Я был сражен страхом повторения
пройденного, к тому же бег выбрал последние силы. Ослепленный ярким светом
фар, я, комок страха и отчаяния, запнулся и упал неживым. "Тойота" же,
немного пропетляв, прошла рядом, и я заметил за баранкой здоровенного парня
в маскировочной одежде.
Это был Масуд. Рядом, выпрямившись и вперив глаза в горизонт, сидел
Удавкин в своей обычной сине-красной ковбойке. В кузове стояли,
оглядываясь, пять - шесть человек в белых одеждах. Увидев эти одеяния, я
понял, что меня не заметили, благодаря моему послеводопойному окрасу...
К исходу третьего дня моими внутренностями вплотную занялись
поглощенные микроорганизмы. Несколько раз они вывернули меня наизнанку. Но
вдалеке был уже виден свет фар пролетающих по шоссе машин. Я сказал себе:
"Ты дойдешь туда".
И отключился.


5. В раю? - Хозяева и гурии. - Все, что надо мужчине. - Опять
пленник? - Лейла - мое небо.

Шелковое, пахнущее лавандой постельное белье, мягкие подушки, нежное
одеяло, на мне - великолепный, расшитый серебряными нитями халат...
"Опять глюки!" - подумал я и, приподняв голову, заморгал глазами. Но
видение не исчезло, а наоборот, украсилось множеством восхитительных
деталей. Я увидел сияющую чистотой просторную комнату со стенами,
украшенными лепниной и золотым накатом, полом, покрытым пушистыми
персидскими коврами... Кругом стояли прекрасные фарфоровые вазы с цветами,
большей частью искусственными. Стены украшали гобелены ручной искуснейшей
работы. На одном из них было изображено нечто знакомое и, немного
поразмыслив, я понял, что передо мной "Тайная вечеря".
"Итак, Христос с соратниками ужинает в богатом мусульманском доме...
Интересно, что они там едят? Если протертый супчик с пресными лепешками,
то, сейчас, пожалуй, я бы отказался... И подождал здешнего ужина... Не
может быть, чтобы в этом доме с тончайшими вазами и искусной лепниной не
было просторной кухни с изобретательной стряпухой. Изобретательной и
алчущей восхищения своим творчеством..."
Откинувшись на подушки, я попытался припомнить, что же со мной
случилось после благополучного приземления на обочину автомагистрали
Тегеран - Захедан, но вспомнить ничего не удавалось. То, что приходило на
ум, могло быть либо бредом изможденного человека, либо мечтаниями