"Тонино Бенаквиста. Мясорубка для маленьких девочек" - читать интересную книгу автора

грязи. Лаглод прав, кругом прав. Долго я не протяну. А в хосписе не жаждут
видеть ни меня, ни мою живность.
Пройдя в палисадник, я увидел на земле, под ногами, растоптанную
зеленую кашицу. Сознательное убийство, безжалостное и яростное уничтожение.
Ей было всего четыре года. Она никогда не достигла бы взрослого
возраста: ей не хватало солнца и воды. Но от нее исходил аромат утопии и
ностальгии, от моей nigrescens psifera.

Мистигри обиделся, Кики тоже, зато Султан посмотрел на меня как на
живое божество, когда я выложил перед ним кролика. И только Медор, ленивая
скотина, с царственным высокомерием проигнорировал приход хозяина, лежа в
своей корзине. На него иногда находит такое. Перед тем как лечь спать, я еще
раз оглядел свою халупу. Что ж, спорить не стану, времена благоденствия
миновали, но здесь все еще вполне прилично. Можно было бы продать один-два
охотничьих трофея, например львиную голову или чучело ягуара. Но зачем -
чтобы продержаться лишний месяц?
За окном быстро смеркается. Я зажигаю свечу. По ночам, когда мои звери
спят, с ней как-то веселее. Электричество мне отключили еще год назад. Ну и
плевать. Я встаю с солнцем и ложусь с темнотой, совсем как там. Мне ведь
много не надо. Циновку для спанья да миску пильпиля. И мои воспоминания. А
уж воспоминаний у меня - вагон и маленькая тележка. Правда, они никого,
кроме меня, не интересуют. Но если их перебирать по порядку, одно за другим,
можно еще раз прожить целую жизнь.
Сперва мне почудилось, что это сон. Нападение слонов во время грозы.
Оглушительный топот, от которого и банту проснулись бы. Но, когда я открыл
глаза, жуткий сон не улетучился. В тусклом свете свечи на меня надвигалась
бесформенная колеблющаяся масса с отростками во все стороны. Она заговорила,
и вот тут-то я струхнул по-настоящему.
- Есть тут свет, мать твою?
Их шестеро. Шестеро мужчин, наугад пробирающихся по комнате в
полумраке.
- Не ищите, ток отключен.
Они засекли меня по голосу и окружили в две секунды, совершенно
бесшумно. Шесть стволов ручных автоматов пригвоздили меня к циновке. К
счастью, я еще был полусонный.
- Эй... спокойно, ребята... спокойно... Вам не кажется, что вы взялись
за дело чересчур ретиво? Последний раз я видел такое в Нигерии.
- Вы и есть Эжен Ван Нюйс?
- Да.
Один из парней облегченно вздохнул. В этом вздохе чувствовалось
настоящее счастье. Не знаю ни одного человека в северном полушарии, кому я
мог бы внушать такое чувство.
- Слушайте, что если вам снять маски? Мы могли бы познакомиться. И я бы
угостил вас сенегальским чаем. Это такой ритуал, который длится целую ночь;
чай пьют семь раз, и под конец от него дуреешь, как от спиртного, это очень
способствует беседе.
Я заметил, что они с недоумением переглянулись.
- Господа, я ведь знаю, кто вас сюда послал и почему вы здесь. Лаглод
меня переоценивает, и это, конечно, очень лестно. Шесть пукалок на одного
старика... Скажите ему, что, коли уж он прибегает к таким аргументам, я еще