"Дмитрий Биленкин. Сила сильных" - читать интересную книгу автора

Антон.
Эль Шорр задумался.
- Нет, главное - побеждать.



13. ОСТАНОВЛЕННОЕ МГНОВЕНИЕ

Они шли, все четверо - Антон, Лю Банг, Юл Найт, Ума со своим неизменным
иллиром, - рядом бухали сапоги конвоя. В лицо светило голубоватое солнце
Плеяд, назад, покачиваясь в такт шагам, падали полуденные синие тени.
Те же тени падали от солдат. Бух, бух, бух! - похоронно отдавался в
ушах размеренный топот ног. Преисполненный долга офицер, сурово держа
полусогнутую руку на кобуре бластера, украдкой слизывал с губы солоноватые
капельки пота. Несмотря на жару, ему, как и солдатам, нравился чеканный
строй, железная спаянность всех движений, сознание своей общности,
превосходства и власти над побежденными, каждый мысленно уже попирал миры,
которые им вскоре были обещаны. И это же ощущение всесилия делало их
сейчас снисходительными к тем, кого они уже повергли, как может быть
снисходительным и даже добродушным человек к тем, кому он из милости
дарует свободу, прекрасно зная, что отныне все и так будет принадлежать
ему. Муштра, повиновение, строгости - все, все было не зря, все вот-вот
должно было оправдаться! Черные противобластерные латы матово отсвечивали
при движении, и под этой броней, которая делала солдат похожими на рослых,
поднявшихся на ноги муравьев, ровно и горделиво бились сердца вчерашних
мальчишек и завтрашних повелителей, посторонняя мысль лишь изредка
нарушала единый ритм этого слаженного биения.
Отборные из отборных шли, неторопливо чеканя шаг.
Совсем уж ничтожными муравьями они могли бы показаться самим себе,
когда их строй втянулся в глубину космодрома и над ними нависли громады
эстакад, башни мезонаторов и геоконов, магниторельсовые пути, над которыми
там и здесь возвышались корабли звездной эскадры. Но нет, всеподавляющее
величие техники отозвалось в них смутной гордостью за боевой флот, а
подсознание обрадовалось теням, которые протягивались от всех громад и
сулили относительную прохладу. Лица даже слегка оживились, когда всех
накрыла глухая тень эстакады.
То же облегчение, казалось, испытали и пленники. Антон смахнул с лица
пот, Лю Банг, не замедляя шага, принялся раскуривать свою трубку, Ума
рассеянно тронула струны иллира.
- Жаркая, однако, у вас планета, - заметил Антон.
Его слова остались без ответа, ибо солдаты ни на минуту не забывали,
кто они, но общая для всех прохлада тени, ее мимолетная приятность вызвали
одинаковое ощущение у всех, и обыденная фраза Антона пробудила невольный
отклик. Возможно, солдаты и удивились бы, обнаружив в себе этот чуть
сблизивший всех отклик, но Антон знал, что он обязан возникнуть и
действительно возник.
Чуть слышнее стали звуки иллира, столь необычные здесь, что слух сам
собой напрягся в удивлении и безотчетном ожидании дальнейшего. И ожидание
не было обмануто. Тихий, рассеянный среди прочих звуков космодрома голос
иллира звучал эхом отрывочных и неясных чувств, которые сами собой