"Игра на выживание - 2" - читать интересную книгу автора (Ходов Андрей)

Глава 6

- Все хреновее и хреновее, - заметил Сергей, когда Власик опять скрылся в кабинете. - Похоже, что заговорщики люди серьезные. Нападать на дачу Сталина это не пару раз в коридоре стрельнуть. Значит, силы у них есть. Следующим ходом могут прийти по нашу душу. Черт бы побрал этих троцкистов, мало их чистили!

- У нас тут кроме штатной охраны еще целый батальон НКВД, - засомневался Вадик, - это не хухры-мухры. А сколько там людей было у Сталина на даче?

- Батальон-то он батальон, но без тяжелого вооружения. Если подтянут артиллерию, то мы тут долго не просидим.

- Думаешь, и до этого дойти может?

- Запросто, сейчас что угодно может быть. Надо что-то делать.

- А что мы можем? Из пистолетиков пострелять? - Вадик хлопнул ладонью по кобуре и сплюнул.

- Что можем, что можем? Давай рассуждать логически. Если Сталин умрет, или его добьют, то шансы победу в будущей войне резко снижаются. Если смогут убрать и Берия, то тогда и вовсе хана придет. У них же в руках все нити. Кто бы там не пришел на их место, пока он разберется. Это еще в том случае, если заговорщики доморощенные, а не агенты иностранных разведок. А если агенты, то сам понимаешь… Тогда и нам с тобой хана придет, уберут в момент. Соображаешь?

- А что тут соображать? - усмехнулся Вадик, - это и ребенку понятно. Ты посмотри на ребят. Видишь их испуганные морды? На каждой крупными буквами все это написано. Только толку? Что мы реально сделать можем? Конечно, если Кобулов все-таки прорвется, тогда глядишь… У него петлицы повнушительнее, у него связи, у него авторитет. А мы с тобой кто?

- А если не прорвется? Если его перехватили? Если его тоже застрелили еще в кабинете? Тогда что?

- Что ты ко мне пристал? - скривился Вадик. - Если есть конкретные предложения, то давай обсудим. А задавать риторические вопросы я и сам умею.

- Предложения есть. Например, ты не знаешь что за ранение у товарища Сталина? Может этот врач из будущего, Алексей который, помочь сможет?

- Он же терапевт, а не хирург. А у товарища Сталина раздроблена лопатка, пуля застряла в правом легком.

- Вот видишь! А при таких ранениях самое опасное это послеоперационные осложнения, воспаления всякие. Помнишь, что у бухгалтерши в сумочке маленькая дорожная аптечка была?

- Точно была! Сейчас вспомню: свечи от геморроя, глазные капли, "Темпалгин" - обезболивающее, "Метронидазол" - от зубов, "фталазол" - от поноса, "Бисептол" - от ангины и бронхита, пластырь мозольный, пластырь бактерицидный… Вроде все? Примерно треть мы отдали на анализ, остальное пока тут, в сейфе пылится. Только чем нам это поможет? Геморроя и поноса у товарища Сталина нет. Впрочем, я в медицине не спец. С врачом больше Игорь Жуков занимался.

- Я тоже не спец, но инженер говорил, что "Бисептол" хоть и не их хваленый антибиотик, но нечто вроде того. Им и воспаления легких лечат, и всякие другие воспаления.

- Здорово! А ты уверен?

- Уверен, не уверен, врач-то здесь. Сходи к этому Алексею да спроси, невелик труд.

- Схожу, - кивнул головой Вадик, - а нас потом пустят к товарищу Сталину с этими таблетками? Правды ведь не сказать. А ну как подумают, что мы его отравить хотим? Власик сейчас своей тени боится.

- Вот и придумай что соврать! Должен уже и поднатореть в составлении "легенд".

- Хорошо, попробую. А ты что делать будешь?

- Схожу с инженером посоветуюсь, может чего и подскажет.

- Пустая трата времени, мне кажется, ЭТИ в наших делах не разбираются. Прямо как дети малые.

- Возможно, ты и прав, но инженер потолковее других будет и многое помнит.

Когда Сергей зашел в комнату, инженер стоял у окна и видимо наблюдал за бойцами на улице. На стук двери обернулся с явно недовольным видом.

- Что вам надо? - кисло поинтересовался он, узнав Сергея.

- Бросьте товарищ Прутов, не надо из себя разыгрывать оскорбленную невинность. Не время сейчас для этого. Обидами потом посчитаемся, а пока надо кое-что обсудить.

- Неужели? Видимо здорово приперло? Хватай мешок вокзал отходит?

- Нечто вроде этого, - дипломатично сказал Сергей, испытывая сильное желание хорошенько взгреть наглого шпака.

- И что у вас случилось? Судя по этой суете, - инженер кивнул в сторону окна, - нечто экстраординарное. Очередной троцкистский заговор? Военный мятеж? Или просто война началась?

Сергей вздохнул, чтобы успокоиться, и изложил инженеру текущую ситуацию. Точнее, то, что об этой ситуации знал сам.

- Хм, похоже, что подкрадывается пушной северный зверек, - изрек инженер.

Сергей поморщился, с этой идиомой он уже был знаком. - Что ни будь более конструктивное, сказать можете?

- Могу. Я бы на вашем месте не питал особых иллюзий насчет "верного соратника Сталина" товарища Кагановича. Лазарь Моисеевич под контролем Сталина, и Лазарь Моисеевич без оного, как говорят в Одессе, это две большие разницы.

Если он встанет у руля, то дело швах. Человек он не только жестокий, но и крайне дремучий. На одном запугивании и расстрелах войны нам не выиграть, а по другому он не умеет. Кстати, вы знаете, что товарищ Каганович нежно и трепетно относится к своим многочисленным родственникам?

- Что-то такое слышал, - неопределенно ответил Сергей. - И как это относится к обсуждаемому делу?

- А вы слышали, что значительная часть его горячо любимых родственников в настоящее время проживает в Соединенных Штатах?

- Мало ли где у кого родственники проживают. Все знают, что если нужно для дела, то "железный Лазарь" не смотрит где родственники, где не родственники, где евреи, где не евреи.

- А вам не кажется, что теперь ситуация вполне может измениться? В смысле, без Сталина.

- Товарищ Сталин жив, - веско сказал Сергей. - Или вы считаете, что товарищ Каганович заговорщик? Что он стоит во главе этого мятежа?

- Поймите, Сергей. Ситуация сложная. Знаете, над чем я ломал голову все последние дни? А ломал я ее над тем, как бы нам подровнять себе шансы, путем вовлечения США в войну против Германии. А теперь попробуйте перевернуть шахматную доску и войти в положение наших геополитических соперников. Великобритания стоит на пороге страшной катастрофы. Планы американцев, надевшихся хорошенько подзаработать на новой мировой войне, летят ко всем чертям. Вместо того чтобы приобретать и зарабатывать, они будут вынуждены терять и тратить. Надежды и чаяния сионистов в Палестине тоже накрываются медным тазом. Как вы думаете? Все они так и будут спокойно смотреть, как мы нагло уклоняемся от заранее предписанной нам роли пушечного мяса? Я бы на их месте приложил все усилия, чтобы втравить СССР в войну против Гитлера. И знаете, опираясь на кого, я бы это сделал?

- Догадываюсь, - мрачно сказал Сергей.

- Вот и я догадываюсь. Что до Кагановича, то он лично может и не заговорщик. Но по факту, после Сталина и Молотова именно Каганович выдвигается на первую позицию. А это очень плохо, страну данный сапожник точно угробит. Хуже может быть разве только хунта из тупорылых вояк.

- Еще есть товарищ Берия, он тоже член Политбюро.

- Разумеется, я бы тоже предпочел видеть Берия в качестве первого лица. Он отличный управленец, соображает в технике, обладает гибким мышлением. Плохо, что у него нет такого авторитета, как у Сталина. И как политик он, похоже, слабоват, нет у него здоровой диктаторской паранойи. Либерал.

- Думаете?

- Думаю. Иначе не кончил бы жизнь так глупо в нашем 1953 году. Да и у вас тут… В стране черт знает что происходит, а он в это время оказывается в Тмутаракани. Впрочем, паранойя дело наживное. А что на выздоровление товарища Сталина надежды нет?

- Надежда есть. Ранение хоть и серьезное, но медики обнадеживают.

- Дай-то бог, возвращение товарища Сталина в строй было бы весьма кстати.

Без него стране придется очень тяжело.

- Если его сегодня не убьют, что очень возможно. Да и нас с ним за кампанию.

- Тогда чего вы тут сидите и языком чешете? Действовать надо! Я очень сомневаюсь, что после всех чисток в руках у заговорщиков могут оказаться серьезные силы. Скорее всего, их немного. Нанесены точечные удары в нервные узлы, но пока их креатура не устроится в руководящем кресле, они уязвимы.

Если устранить Кагановича, то вся комбинация рассыплется.

- Как у вас все просто получается! Пойди да ликвидируй члена Политбюро! Вы знаете, чем это пахнет?!?

- Если будем сидеть и ждать, то все равно задница! А так остаются шансы, что Берия вернется и сумеет взять ситуацию под контроль. Кстати, одним Лазарем Моисеевичем не стоит ограничиваться. Лучше для гарантии пустить в расход и прочих членов Политбюро. А то по глупости соберутся, сляпают какой ни будь там идиотский триумвират. Страна потом с ним намается. Подобные схемы управления никогда до добра не доводили.

- Какой вы кровожадный! "Пустить в расход", "устранить", хорошенькое дельце. Тогда ведь мы становимся заговорщиками. Да и как?

- Станешь тут кровожадным, когда песец подкрадывается. Что до вашего последнего вопроса… Кажется, товарищ Троцкий…

- Он мне не товарищ, - прервал инженера Сергей.

- Ладно, вам не товарищ Троцкий, кажется, говорил, что для революции ему не нужен народ. Хватит, мол, трехсот подготовленный боевиков.

- И где мы вам возьмем этих самых "подготовленных боевиков"?

- Боевики нужны не мне, а вам. Лично я из другого мира, и, считай, уже один раз умер. Во второй раз не страшно. Тем более тут у меня ни друзей, ни родни, только вот Россию жалко. В общем, вам лучше знать, где взять подготовленных боевиков. Есть же, наверное, в Подмосковье базы ОСНАЗа, десантники-парашютисты. Сгоняйте к ним, поговорите по душам. Если надо привезите сюда, покажите им раненного Сталина. Если и это не поможет, расскажите о нас, в смысле гостях их будущего. Покажите имеющиеся артефакты. Проинформируйте товарищей, как все происходило у нас, и чем эта заваруха может кончиться для страны у вас. Я со своей стороны готов помочь в уговорах. Действуйте, блин, пока возможность есть! Не ждите у моря погоды!

Из комнаты инженера Сергей вышел в задумчивости. Вспомнились слова одного хорошего знакомого, оперуполномоченного из 2-го отдела. Тот в изрядном подпитии утверждал, что всякие там "прекраснодушные интеллигенты" на самом деле и являются самыми страшными людьми. - Запомни, Серега, - говорил он заплетающимся языком. - Если какая интеллигентская сволочь начнет рассуждать о слезе ребенка и неизмеримой ценности человеческой жизни, то всегда подразумевается только слеза ее собственного ребенка и единственная и неповторимая жизнь именно этой сволочи. На всех остальных этой публике начхать, как бы красиво они не говорили. И когда эти слабенькие, несчастненькие гуманисты-интеллигентики дорываются до власти, то кровушка людская рекой льется.

Вот и инженер туда же. Сам-то, небось, в жизни и курицы не зарезал, а как легко о ликвидациях рассуждает. И насчет того, что ему ничего не страшно - наверняка вранье. Его бы на допрос к ежовским следователям, глядишь, пришел бы в разум.

Чем интересно ему товарищ Калинин не угодил? И товарищ Жданов и товарищ Ворошилов?

Впрочем, в чем-то инженер и прав. Скорее всего, за спиной заговорщиков именно Каганович. Как древние говорили: "Qui prodest?" - кому выгодно?

Значит нельзя допустить, чтобы он получил власть. Но сделать это нормальным путем непросто. Товарищ Каганович долго занимался "кадровыми вопросами", поэтому у него везде свои люди. Остается только тот путь, что предлагал инженер. Сергей перебрал в уме возможные кандидатуры на роль "подготовленных боевиков". В последнее время, с учетом полученной от "гостей" информации, части ОСНАЗа разных видов формировались и обучались очень активно. Данные об этом в ОИБ имелись. Пару тройку командиров Сергей неплохо знал. Лучше всего подошел бы Иван Березов, но он со своим отрядом в Белоруссии. Далековато, поэтому отпадает. Еще Олег Веселов, но тот вроде вообще на Дальнем востоке. А в Подмосковье кто? Сергей поморщился. В Подмосковье из знакомых был только Сансаныч, то есть Александр Александрович Берглезов. Его отдельный батальон ОСНАЗа, если верить Вадику, базировался километрах в двадцати от Усадьбы. Точнее батальон-то был не его, не дорос пока Сансаныч до таких командных высот, но роту ему доверили. А батальон подходящий, готовился специально для диверсионных действий в тылу врага. В числе прочего бойцов натаскивали на разгром вражеских штабов и гражданских учреждений, а так же на захват и ликвидацию высоких шишек оные возглавляющих. То есть, то, что в данной ситуации нужно. Проблема в том, что текущие отношения с Сансанычем были далеко не безоблачными. В лучшие времена они плотно корешились, но потом между приятелями пробежала черная кошка. Кошку звали Людмилой, и ее переход от Сансаныча к Сергею привел в итоге к неприятной сцене. До мордобоя дело тогда не дошло, но поссорились приятели основательно. Конечно, Людмилу он и сам уже полгода не видел. С тех самых пор, когда его в Кремле заперли. Только позвонил по телефону и сообщил, что, согласно приказу, отбывает далеко-далеко. Ну и пару писем написал для порядка, чтобы не обижать подругу. Она, кстати, на них не ответила. Так что вполне возможно, что сейчас снова с Сансанычем. Или еще с кем. Свято место, как известно, пусто не бывает, а Людочка девушка весьма раскованная.

При таком раскладе заявляться к Сансанычу с убойными (в прямом смысле слова) предложениями очень не хотелось. С другой стороны, Людочка это Людочка, а долг это долг. Ставки в этой игре так высоки, что всякие там гулящие Людочки на этом фоне смотрятся бледновато. Сансаныч должен понять. Хотя суть вопроса такова, что и безо всяких Людочек первым желанием нормального человека будет завернуть мне руки за спину, и препроводить куда следует. Опять же его комбат, того я совсем не знаю. Мало ли что за птица, а без его согласия, скорее всего ничего не получится.

Еще трудность - как покинуть расположение? Сделать это можно только через Власика, а он хрен кого отсюда выпустит. Перепуган, похоже, основательно. Заподозрит, что я сразу побегу к заговорщикам докладывать, где он товарища Сталина укрыл. Был бы Кобулов на его месте… Да что теперь мечтать…

Сергей посмотрел на часы, уже около пяти утра. Время уходит, надо что-то решать.

В коридоре появился Вадик, быстро подошел.

- Медики вынули пулю. Говорят, что операция прошла удачно. Говорят, что состояние товарища Сталина стабильное.

- Это замечательно! - обрадовался Сергей. - Хоть какие-то хорошие новости. А как с нашими делами?

- С врачом поговорил. Ты прав, этот препарат, в самом деле, может здорово помочь. Таблетки у меня, - Вадик похлопал себя по нагрудному карману. - А что у тебя? Поговорил с инженером? Что-то путное он присоветовал?

- Поговорить-то я поговорил, и посоветовать-то он посоветовал. Только…

- Что "только"? Говори уж…

- Знаешь, Вадик, не буду я тебе ничего говорить. Больно дело тухлое. Лучше я сам, один за все отвечу. Меньше будешь знать - больше проживешь. А ты лучше придумай, как товарища Сталина этим лекарством обеспечить.

- Что? Так хреново? - помрачнел Вадик.

- Еще хуже, чем ты думаешь! Ладно, как говорится, не поминайте лихом. Пойду с Власиком говорить. Если после этого разговора меня выведут во двор и прислонят к стенке, то прошу считать погибшим на боевом посту.

- Хорошо, Серега. Давай, действуй, может еще обойдется. - Друзья обнялись. Сергей повернулся и пошел.

- Ни пуха, ни пера! - пожелал Вадик ему вслед.

- К черту! - не оборачиваясь, ответил Сергей.