"Момент истины. В августе 44-го" - читать интересную книгу автора (Владимир Богомолов)31. При чем тут Юлия?Таманцев с двумя офицерами должен был приехать еще полтора-два часа тому назад. Ожидая их в условленном месте, у мостика через крохотную речушку, Алехин лежал близ обочины мощенной булыжником пустынной дороги на успевшей остыть земле, размышлял о деле и терялся в догадках, почему они так задерживаются. Еще не стемнело, но от низких сумрачных туч повечерело раньше времени. Звук мотора полуторки он заслышал издалека и погодя, когда шум приблизился, вышел на дорогу. Как только машина остановилась, Таманцев и за ним двое прикомандированных выпрыгнули из кузова. – Капитан Фомченко, – представился плечистый, с головой, обожженной справа от виска до затылка. – Старший лейтенант Лужнов, – вытянулся перед Алехиным высокий, помоложе. Как и Таманцев, они были без головных уборов, в плащ-палатках, с автоматами ППШ и вещмешками в руках; только Таманцев дополнительно захватил еще «шмайссер»[30]. Обоих прикомандированных Алехин наверняка видел в отделе контрразведки авиакорпуса. Он даже припомнил, что у капитана на одной из медалей вмятина от пули или осколка. – Развернись и стань сюда, – указывая в кусты на отходящую перпендикулярно неторную дорогу, велел он Хижняку и позвал офицеров: – Идемте. Широкой травянистой тропой, обжатой с обеих сторон кустарником, они направились к темнеющему вдали лесу – Алехин и Таманцев впереди, Фомченко и Лужнов за ними. – Что так долго? – справился Алехин у Таманцева. – Можете проколоть себе дырочку для ордена, – небрежно сообщил Таманцев. – Мы нашли этих – капитана и лейтенанта. – Кто это? – заинтригованный упоминанием об ордене, поинтересовался Фомченко. – Подозреваемые, – пояснил Алехин, – точнее даже – проверяемые… Где они? – Зашли в дом шесть на улице Вызволенья. Судя по всему, они там уже бывали. Блинов наблюдает за ними. По данным комендатуры, фамилия капитана – Николаев, лейтенанта – Сенцов. Прибыли из воинской части тридцать один пятьсот восемнадцать… Цель командировки указана стандартно: выполнение задания командования. – Блинову там не управиться, – вздохнул Алехин. – Тридцать один пятьсот восемнадцать – это что за часть? – Второго Белорусского фронта. Я сделал запрос. Подполковника не было, потому и задержался. – Если они действительно из этой части… другого фронта, что же они лазят у нас по хуторам? Странно… Твои соображения? – Ничего примечательного. Держатся спокойно, непринужденно… По виду в армии не новички… Их надо понаблюдать, – заключил Таманцев. – Вы же сами говорите – проверяемые. Возможно, этим и ограничится… К утру будет ответ. – Ну уж к утру. – Будет, – заверил Таманцев. – Я сам звонил по вэ-че в Управление Второго Белорусского. И передал с литером «Весьма срочно»… За подписью генерала. – Плачет по тебе гауптвахта, – покачал головой Алехин. – Кончится война, посадить на полгодика – вполне по заслугам! – Уж я бы там отоспался. И ряшку бы наел – во! – Таманцев развел руками. – Есть элементы авантюризма, – со вздохом признал он, – но исключительно для пользы дела. – Там гроза… – оборачиваясь в сторону Лиды, помолчав, проговорил Алехин. – Уж это точно!.. Веселенькая ночка вам предстоит… Таманцев осмотрел темное небо, потом лес впереди – выглядело все вокруг мрачно, диковато – и заметил: – Прекрасное место для отдыха. В каком отеле для нас приготовлены номера? Алехин, будто не слыша, молчал. – Распорядитесь доставить туда багаж, – не унимался Таманцев, – массажистку и педикюрных операторов. – Ожидают тебя с нетерпением, – принимая тон Таманцева, сказал Алехин. – Очень мило… А каков приказ Родины? – Взять Казимира Павловского и тех, кто с ним, – вполне серьезно сказал Алехин. – Кто это – Павловский? – спросил Фомченко; он, видно, был любознателен и, во всяком случае, хотел быть в курсе дела; а Лужнов молчал. – Агент германской разведки, – оборачиваясь, сказал Алехин. – Милейший парень, – добавил Таманцев. – Девять успешных перебросок и четыре железки от немцев… Особо опасен при задержании. Как-то под настроение ухлопал трех лопухов из комендатуры. – Понятно, – несколько озадаченно проговорил Фомченко. – Ну уж – лопухов, – не согласился Алехин. – Офицера и двух патрулей. С ним надо ухо держать востро. Я ознакомлю вас с ориентировкой и фотографиями, – пообещал он. – Нам сказали… – наконец произнес Лужнов, – здесь полно банд. Правда? – Говорят, убивают, – Таманцев пожал плечами, – но мы не видели. Лужнов держал автомат наизготове, время от времени утыкаясь стволом в спину Таманцеву. – Поставьте на предохранитель, – посоветовал ему Алехин и улыбнулся. – Вы летчик? – Летчик, – покраснев, подтвердил Лужнов и сдвинул шишечку. – Восемьдесят семь боевых вылетов, – сказал за него Фомченко. – Комиссован после ранения. Как и я, грешный… «Вот так… Восемьдесят семь боевых вылетов, а автомата, возможно, в руках не держал. Летчики… Ладно, скажи спасибо, что этих дали». Они вышли к всполью и все четверо встали за кустами. На поле, метрах в двухстах от них, виднелся добротный дом с мансардой, левее – две бедноватые хаты, за ними зловеще чернел лес. – Это дом Павловских, – показал Алехин. – Он заколочен, – заметил Таманцев. – Да… Сам хозяин, Павловский-старший, арестован как фольксдойче… сидит в Лиде, – объяснил Алехин Фомченко и Лужнову. – В меньшей хате, – Алехин указал рукой, – проживает Юлия Антонюк. – А это кто? – нетерпеливо осведомился Таманцев. – Сирота… Она с детства в услужении у Павловских; то ли батрачка, то ли служанка – не поймешь. Имеет дочку полутора лет. – От кого? – спросил Таманцев. – Поговаривают, что от немца, но я думаю иначе… Эта Юлия – родная сестра жены Свирида. Кстати, вон его хата… – А кто это – Свирид? – вступился Фомченко. – Приятель капитана, – с иронией заметил Таманцев. – Он и подарил нам Павловского. – Вот именно… – улыбнулся Алехин и пояснил Фомченко: – Обездоленный человек, горбун. – А тетка? – озабоченно спросил Таманцев. – У Казимира тут где-то есть родная тетка. – Не здесь, а в Каменке… Я отдаю предпочтение Юлии. На две засады у нас просто нет сил. – Нам-то все равно, где блох кормить – там или тут. – Таманцев сплюнул. – Только просветите. Не дайте помереть дурой! При чем тут Юлия? Почему Павловский должен появиться здесь?.. |
||
|