Глава 14. Зарег и змеи

— Ри, — тихонько позвал Кайса, присаживаясь за стол и осторожно зачехляя лютню.

Риннолк вздрогнула и открыла глаза.

— Какие сны? — поинтересовался бард.

Выступление прошло на удивление волшебно. Лица хмурых посетителей разглаживались, появлялись улыбки, стал слышен смех… Кайса забылся, стараясь сыграть как можно чище, а спеть как можно душевнее. Придумывал строчки и тут же складывал в песни, и сразу играл, и чувствовал себя счастливым оттого, что его хвалили и просили спеть еще…

— Так что тебе снилось? — снова спросил Элле-Мир. — Хотя давай угадаю… Что-то невероятно замечательное, иначе бы ты не улыбалась во сне.

Приятные сны приходили к Риннолк настолько редко, что их она, как правило, помнила. Хотя бы смутно, в общих чертах.

— Это было что-то такое радужное, полевое, с запахом свободы и веселья, так?

Вместо ответа наемница прикрыла глаза рукой. Если этот бард может копаться в чужих снах, то лучше и легче будет его придушить.

— Откуда. Ты. Это. Знаешь, — проговорила девушка, с трудом пытаясь сохранить спокойствие.

Кайса довольно усмехнулся:

— Да не беспокойся. Я уверен, что у всех здесь именно такое настроение было. Это сейчас все разойдутся по домам, лягут спать — и будут наблюдать привычные кошмары. Так что тебе, в общем, повезло.

— Я не понимаю, — раздраженно отозвалась Риннолк. — Ты что, такого высокого мнения о своих песнях? Или о чем ты вообще говоришь?

— О Змее, конечно!

Девушка поразмыслила немного и прямо спросила:

— Ты пьян? В смысле, очень сильно пьян, так?

— А похоже? — неуверенно поинтересовался Кайса. — По-моему, что-то с тобой не так. Мне казалось, ты раньше догадалась, что Змей близко…

Увидев совершенно ничего не понимающее лицо Риннолк, бард все-таки решил объяснить:

— Ну, все же просто! Ты несколько лет с нечистью практически бок о бок жила, да еще и в страже служила — вот как пришла сюда, так и встревожилась вроде без причины.

— При чем здесь нечисть?! — вскинулась Риннолк. — Змей — чудовище. Большое, клыкастое и вонючее.

— Ну, это ты загнула, — бард поморщился. — И вообще, невежливо как-то.

Риннолк со вздохом уронила голову на руки. "Чего это с ней? — думал Кайса. — Как на разных языках говорим…"

— Ри!

— Не называй меня так, — буркнула девушка, не поднимая головы.

— Скажи, как выглядит Змей?

— Тот, которого я видела, — Риннолк выпрямилась и заинтересованно взглянула на барда, — был уже старый. Чешуя такая серая, все еще с блеском, облезающая. По спине белая шерсть, клыки внушительные, глаза почти бесцветные. Молодые Змеи, говорят, очень красивые, но я не видела.

— Ага, — выслушав, глубокомысленно изрек Кайса. — Змей, значит. А название такое как… этот… дрэкке… кракен?

— Они в море, — неуверенно пробормотала Риннолк.

— Вот, их знаешь, а эти… кракен-дракен… О, дракон! Драконы! Знаешь о них?

— Слово знакомое… Может, слышала от кого-то, не помню.

— Я, как видишь, тоже не сразу вспомнил, — хмыкнул Элле-Мир. — В общем, все мы знаем, что их давно уже в стране не водится. Так, сохранилось несколько в Старых Лесах и где-то близ побережья. И зовутся эти чудища, про одного из которых ты рассказала, драконами.

— Зовутся они Змеями, — фыркнула Риннолк. — Потому что змея — она и есть змея, пусть и огромная… — девушка побарабанила пальцами по столу и с трудом сдержала улыбку. — То есть мы говорили о разных вещах?

Элле-Мир кивнул. Слово "дракон" забыли вместе с исчезновением существ. Немудрено однако, что на Пограничье тварей стали называть проще. В конце концов, Риннолк права, на змей они были похожи.

Наемнице же пришла в голову другая мысль.

— А кого тогда здесь принято называть Змеем? — нахмурилась она.

— Это сложно объяснить… — к тому же объяснять бард не любил. Рассказывать, сочинять, болтать любил, а объяснять терпеть не мог. — Ты с магами была знакома?

— Знаю парочку, — осторожно ответила девушка.

— Слышала от них, может… Колдунов обычно учат, верно?

Риннолк кивнула.

— А Змеи… ну, здесь мы их так зовем, не знаю, как вы… В общем, они маги, которых ничему научить невозможно. Вокруг них может происходить все, что угодно, понимаешь? И сами они ничего сделать не способны, а остальные могут разве что защититься от них. Скопление чистой, неконтролируемой силы.

— То есть? — ахнула Риннолк. — То есть достаточно желания или…

— Да нет! — отмахнулся Кайса. — Насколько я знаю, это одни из самых несчастных существ! Такие печальные песни о них были, на современный перевести почти невозможно, разве что…

— Не отвлекайся!

— Да. Много силы — и невозможность ею управлять. От чего это зависит… Честно говоря, плохо себе представляю, скорее всего, от чувств. Даже от ощущений.

— Расскажи на примере, — попросила Риннолк, подпирая голову руками…

— Ну скажем, удивился такой человек — а крышу соседнего дома снесло внезапным ураганом. Просто так. Насторожился — ударила молния. С чистого неба. Разозлился — вообще берегись… — Кайса почесал кончик носа. — Им нужно постоянно себя сдерживать, буквально становиться камнем…

— А почему Змей-то?!

— Да потому что любое его состояние влияет на всех окружающих! Если без явного ущерба, то на уровне мыслей, ощущений, тревоги, или страха, или… не знаю. В общем, это зовется "кольцами змея", потому живым в них остаться очень сложно.

— Судя по тому, что город еще цел и все живы, он не выдал своего присутствия, — заметила Риннолк. — Сдерживается отлично…

— Не совсем… Ты же почувствовала. А я вспомнил — когда подавальщица упала на ровном месте… Помнишь, что хозяин говорил?

— Что не в первый раз…

— Ага, и люди все какие-то хмурые были, — Кайса повертел головой и откинулся на стуле — так рассматривать оставшихся посетителей было гораздо удобнее. — Но, справедливости ради, надо сказать, что и хорошее они могут вызвать. Ты ведь видела чудесный сон?

— Неповторимо чудесный, — призналась Риннолк.

— Я полагаю, что Змею понравились мои песни, — довольно улыбнулся Кайса. — Просто… не знаю, наверное, это мировой закон — что-то хорошее всегда происходит реже. Как думаешь, кто здесь Змей?

— Понятия не имею. Вдруг, ты ошибаешься? — Риннолк отчаянно хотелось, чтоб так и было. — Мало ли что тут происходит… Может, просто таверна на нехорошем месте стоит, вот и дурно всем?

— Мне бы даже в голову не пришло, что это правда, насчет Змея, — подумав, признался Кайса. — Даром, что оборотничий нюх. Ну, тревога, ну, девушка на ровном месте упала… Змеи от людей подальше держатся, а люди, соответственно, бегут от Змеев, едва догадавшись об их присутствии. И я вот думаю… Раз все относительно спокойны, то… о Змее, похоже, никто не знает. Кроме нас.

Риннолк прищурилась и взволнованно выдохнула:

— Стражник знает!

Путники переглянулись. Как-то даже странно, что тот, благодаря кому они вообще услышали о Змее, совершенно вылетел из головы. А раз, кажется, во всем городе о присутствии Змея знал лишь один обычный страж, то…

С мест вскочили одновременно.

— Он его убьет! — уверенно заявила Риннолк, подразумевая то, что скрывающему свое присутствие Змею явно ни к чему терпеть чересчур догадливого стражника.

— Откуда он узнал?! — в недоумении воскликнул Кайса, уверенный, что если уж ему в голову не пришла бы мысль о Змее, то стражнику и подавно.

— Нельзя это допустить!

— Подожди, я хоть лютню наверх занесу! — прошипел Кайса, прежде чем Риннолк хлопнула дверью и выбежала на улицу.

На улице пыл немного прошел. Главным образом потому, что на пороге Кайса споткнулся и пребольно ударился локтем о ступень. Риннолк замерла с каменным выражением лица.

— Это снова Змей?

— Понятия не имею, — раздраженно отозвался Кайса. — Что делать, Ри? Мы… в его "кольцах".

— А? — Риннолк выглядела рассеянной как никогда. Причина была проста — Риннолк слишком редко чувствовала себя настолько беспомощной. Она не знала, что делать, куда и зачем идти. За стражником? А как бы так сдвинуться с места, чтобы исчезло ощущение того, что за тобой следят?..

Как-то само собой вышло, что они встали спина к спине, оглядываясь по сторонам, готовясь к нападению. Чувство тревоги становилось все более отчетливым.

Риннолк прекрасно помнила, как теряла воздух, уходя под воду, и сейчас со страхом поняла, что горло будто сдавливает невидимой удавкой.

— Бежим! — отчаянно попросила Риннолк. — Куда угодно!

"Странно для нее, — отстраненно подумал Элле-Мир, — так паниковать…"

— Эй, ребята!

Тревогу сняло за миг, и наемнице показалось, что она разом глотнула слишком много свежего воздуха или в одуряющую жару выпила кружку ледяной воды.

— Ребята-а! — к ним быстрой и бодрой походкой приближался… страж!

— Чего как истуканы, а? А я тут только дежурить закончил, собирался до утра еще в таверне посидеть, сказали — гульба идет…

— М-мы… — чужим голосом пробормотала Риннолк. — М-мы же тебя как раз искали!

— Да ну? — усмехнулся стражник. — Чего-то странно вы себя ведете…

— Разговор есть, давай в таверну, — без предисловий сказал бард.

Цнэрг пожал плечами, удивляясь такому повороту, послушно прошел вперед. Затылком он ощущал два внимательных взгляда.

— Петь-то будете, уважаемый?

— И сыграю, и спляшу, — поморщился Кайса и кивнул на стул. — Садись.

Сзади подскочила Риннолк.

— Это выглядит так, как будто мы собираемся его допрашивать, — сдержанно заметила она, успев полностью взять себя в руки. Голос больше не дрожал, и Кайсе это понравилось.

— Верно, — отозвался он. — У тебя уже есть опыт?

— Начни с имени, — фыркнула наемница.

— Ройоль, — стражник решил не дожидаться вопроса. — Вы по поводу Змея, да? Ловить решили или прогнать? По чьему приказу?

— Мы на идиотов похожи, со Змеем связываться? — прежде чем успел обдумать свои слова, выпалил бард. "А у нас есть выбор?" — говорил взгляд Риннолк.

— А что я еще подумать должен? — немного смутился цнэрг. — Путешествуете, с оружием, врете у ворот, ведете себя странно… Кто знает, что вам в голову взбрело? — он помолчал и вдруг быстро, с жадным любопытством спросил:

— Быстро почувствовали, что он тут? Видно, хорошо сдерживается, зараза… Никто не знает, кто он!

— Не так, Ройоль, — покачал головой Кайса. — Никто не знает, что он вообще есть. И мы бы, сказать честно, не догадались.

— Ты, случаем, не маг? — поинтересовалась Риннолк. — Или кто-то другой рассказал, что в городе Змей?

Ройоль, похоже, серьезно задумался. Потом осторожно признался:

— В родне маги были… Нечисть всяческую я всегда хорошо чувствовал, колдовство, если рядом творилось, тоже…

— Ясно.

Что еще можно спросить, Кайса не представлял. Вроде бы все и вправду ясно. Есть город и есть Змей, который серьезного ущерба никому не нанес. Еще есть цнэрг, который знает, что в городе это удивительное существо, и этот цнэрг тоже цел и невредим. Вроде все хорошо. Охотиться за Змеем — на это не пошел бы и сам Батин Второй. Но раз король послал их в Зарег, упомянув о чем-то подозрительном… Все-таки существует какая-то загадка?

Кайса задумчиво посмотрел на Риннолк. Ей снились чудесные сны, а остальным?..

Бард осмотрелся, не нашел никого спящего поблизости и, коротко вздохнув, решительно вскочил на ноги и побежал на второй этаж, к комнатам, кинув Риннолк, чтоб оставалась на месте. Наверху быстро прикинул, кого лучше будить — мужчину, женщину, или пару. Выбрал все-таки женщину, понадеявшись на мягкость и снисходительность, и требовательно постучал в дверь. Что сказать, он так и не придумал.

— Простите… вы не скажете, что вам только что снилось?

— Что?

Кайса терпеливо повторил, чувствуя себя глупее некуда.

— Вы для этого меня разбудили?!

— Нет, для того чтобы посмотреть на вас в нижней рубашке, — выпалил Элле-Мир первое, что пришло на ум. В конце концов, посмотреть действительно было на что, и названная причина звучала убедительнее реальной. — Я приметил вас еще вечером.

— Интересно знать, для чего? — холодно поинтересовалась женщина, спокойно, но со всей силы, награждая барда пощечиной. — Нахал…

— Понятно, — Кайса грустно посмотрел на захлопнувшуюся дверь и решился на еще одну попытку. — На самом деле это хозяин интересовался насчет снов! — он снова постучал в дверь. Шагов женщины слышно не было, скорее всего, она еще стояла у двери. — Просто тут в коридоре недавно травили… э-э… клопов и мышей. И многие постояльцы жаловались на кошмары и головную боль. Вот я и спрашиваю… — дверь вновь скрипнула, дама выглядела слегка раздраженной, но не более. Кайса сбился, врать в лицо было немного труднее.

— Вот я и интересуюсь, как вы…

— Но зачем будить, скажите на милость?

Кайса попытался состроить самую глупую и виноватую гримасу, на которую был способен. Получилось, как всегда.

— Ладно, идио… Иди отсюда. Скажи хозяину, чтоб выбирал другую отраву, у меня полночи болела голова. А я еще думала, это из-за местного вина…

Бард благодарно кивнул, развернулся и сбежал вниз.

— Ну что? — в один голос спросили Ройоль и Риннолк.

— Развенчивать собственные догадки, особенно когда они подпитывают твою гордость, это так… печально, — с тоской в голосе проговорил Кайса. — Но, похоже, я был не прав. И ты, Ройоль, и ты, Ри…

Он пересказал им разговор с постоялицей и стал ждать ответа.

— А вдруг… она соврала? — неожиданно предположил стражник.

— Она вся была в поту, с темными кругами под глазами, и слишком злая… Сомневаюсь, что ей снилось что-то хорошее.

— Если б это был действительно кошмар, пугающий до озноба, то она бы обрадовалась, что ты его прервал, — заметила Риннолк. — И, — девушка прищурилась с лукавым смешком, — тогда ты был бы уже у нее в кровати. Это самый действенный способ прийти в себя! А ее поведение… Я бы предположила, что ночью ее мучила какая-нибудь изматывающая тягомотина без сюжета и смысла. Не оставляющая воспоминания и сил.

— Так вот какие сны тебе снятся обычно…

— Ты…

— Ребята! — привлек к себе внимание Ройоль и, надо сказать, привлек весьма вовремя. — Мне лично все равно, что снилось той бабе. Главное, ты скажи — действительно думаешь, что я ошибся, и никакого Змея тут нет?

— Думаю, да. А вот колдун — это вполне вероятно.

"И это объясняет, почему Его Величество все-таки послал нас сюда, — домыслил Кайса для себя. — Не со Змеем же воевать, в самом деле".

— Чернокнижник? — Риннолк задумчиво отбивала пальцами по столу сложный, смутно знакомый Кайсе ритм. Взгляд барда помимо воли приковался к бледной руке. Только сейчас он заметил, что вокруг запястья наемницы обмотан кожаный шнур с небольшим овальным медальоном. Сама подвеска была заткнута за шнур, чтобы не мешать руке и не ударяться о предметы. Зачем ей это украшение и почему на руке, а не на шее, как это бывает обычно? И что внутри? Прядь волос отца или матери? Любимого человека?

— Откуда мне знать? — запоздало отозвался Кайса.

— Там во дворе я явно чувствовала что-то очень враждебное, — категорично заявила Риннолк, продолжая барабанить пальцами по столу. — Пока еще я не решила, почему его… хм, взор обратился именно на нас, но могу предположить, что из-за твоих песен. Помнишь, ты сам рассказывал… — она поморщилась, припоминая. — Чтобы обнаружить что-то, нужно привлечь к себе внимание этого "чего-то", так? Ты часто поешь ту жутковатую песню про черную магию?

Кайса немного удивился, узнав, насколько хорошо его спутница запомнила рассказ о его последней охоте на чернокнижников.

— Сегодня пел, — признался он. — Она почти всегда действует…

— Я полагаю, он был здесь, — сделала вывод наемница. — А возможно, и сейчас находится.

Ройоль мгновенно стал озираться. Кажется, он был порядочно удивлен таким быстрым развитием событий.

— Ройоль… — Кайса тоже огляделся. — Еще достаточно народу. Я вроде бы обещал сыграть? Сыграю. А пока я буду этим занят, следите за гостями. Оба. Хорошо?

— Сомневаюсь, что… — начала Риннолк, но цнэрг прервал ее, тронув за плечо. Четкая дробь сбилась, и Кайса вдруг вспомнил мелодию.

— А я думаю, что все получится, — сказал Ройоль. — Раз этот маг уже проявил себя один раз, то и второй раз проявит.

— Анретский парный танец! — коротко кивнув цнэргу, разведчик скрестил руки на груди и взглянул на девушку. — Я помню его только по королевским приемам!

— Поздравляю, — с каменным лицом отозвалась наемница. — И что?

— Откуда ты его знаешь?

— Из Анрета! Я там была! — Риннолк сжала кулаки. — Меня уже бесит твоя подозрительность, бард!

— Не знаю, что между вами, — пробормотал цнэрг, вновь хватая Риннолк за плечо. — Но уймитесь, сейчас не до того.

— Еще раз вцепишься в мое плечо, прибью, — буркнула наемница, успокаиваясь.

Ройоль только вздохнул, однако, в его взгляде ясно угадывалось некоторое восхищение. Кайса усмехнулся про себя. А забавно будет, если цнэрг вздумает поухаживать за его суровой спутницей. А что, общих тем у стражника с наемницей будет явно побольше, а Ри иногда улыбается так, что кажется почти красавицей…

Когда Кайса привычно забрался на свободный стол, расчехлил лютню и подождал, пока слушатели, одобрительно кивая, подвинутся ближе, Ройоль уже вручал своей новой знакомой кружку эля, что-то оживленно рассказывая.

— Спеть, что ли, о любви? — с едва заметной язвительностью, громко спросил бард.

Что бы там ни происходило между цнэргом и Ри, а свою задачу они выполнили прекрасно. В том плане, что их мнение совпало с мнением и самого барда.

— Я за парня, что прямо за мной, в дальнем углу, — тихо поведал бард, вернувшись за стол. — Не знаю как насчет магии, но выглядит он подозрительно.

— И ведет себя тоже, — улыбаясь, согласилась наемница. — Хотя я пока ничего потустороннего не чувствую.

— А я чувствую, — просто сказал Ройоль, подводя итог "голосованию". — Если кто в этой таверне и маг, то это он.

— Хорошо, — кивнул бард. — Тогда я пошел.

— Куда? — вскинулась Риннолк, но Кайса ее уже не слушал.

— Песенная магия, — за него сказал Ройоль. — Сейчас посмотрим, подействует ли в третий раз… Надо выманить этого колдуна из таверны.

— Вот скотина, — беззлобно фыркнула наемница. — Мог бы и сам объяснить.

— Он привык действовать один, — пожал плечами стражник и добавил с легкой улыбкой:

— Как и ты.

Риннолк о чем-то задумалась, прихлебывая эль, а потом сощурилась и протянула с довольной улыбкой, наблюдая за тем, как бард с благодарностью принимает из чьих-то рук кружку:

— Действительно… — Риннолк перевела взгляд на главного подозреваемого. Тот, словно почувствовав что-то, взглянул в ее сторону.

— Что ты задумала? — шепотом спросил Ройоль.

— Нам ведь надо вывести его в какое-нибудь пустое тихое место, так? — девушка спрашивала стражника, но смотрела на незнакомца. И улыбалась тоже ему. — Чтобы никого случайно не задеть здесь, да?

— Да, — осторожно ответил цнэрг.

— Значит, это я и задумала, — Риннолк медленно повернула голову к Ройолю и приподняла бровь. — Как я смотрюсь?

Она сняла колет, небрежно кинула его на соседний стул, пригладила волосы и вопросительно посмотрела на стража.

— Волосы лучше взлохматить.

Риннолк послушалась и к тому ослабила шнуровку на рубашке. Удачно так ослабила — взгляд помимо воли скользил от оголенной шеи и ключиц ниже.

— Ты… — не поверил Ройоль.

— Да, — Риннолк еще раз улыбнулась незнакомцу, а потом решительно встала, сделав непонятный небрежный жест рукой. — И посмотрим, что сделают магия, а что…

Она не договорила, подхватив свою кружку и оставив немного растерявшегося собеседника в одиночестве. Ройоль задумчиво подпер голову рукой. Такого поворота он не ждал.

Риннолк, чуть хмелея от вина и собственной выходки, мягким шагом направилась к мужчине. Внутренне хмыкнула — ну надо же, все как положено, злодейская небритая физиономия, одинокий кувшин с вином и самый темный угол.

— Можно к вам? — задорно улыбнувшись, спросила она, встряхнув короткими волосами. Наверное, сам того не замечая, незнакомец улыбнулся в ответ.

Мужчина огляделся в поисках стула. Один из компании, сидящей за соседним столом, как раз встал, потянувшись к блюду с печеной картошкой.

— Можно, — глубокий бархатный голос контрастировал с его внешним видом.

Незадачливый посетитель хлопнулся на пол, компания дружно заржала, Риннолк сдержанно усмехнулась.

— Эй ты…

— Выйдем? — прямо спросил мужчина, посмотрев на пострадавшего сверху вниз и словно невзначай положив ладонь на рукоять охотничьего ножа на поясе.

Девушка бросила тревожный взгляд в сторону менестреля. Если этот тип покинет таверну еще до того, как Кайса перестанет болтать с людом и начнет петь… Но с угрюмым незнакомцем предпочли не связываться. Риннолк чуть виновато пожала плечами.

— И как же тебя зовут? — задумчиво поинтересовался "подозреваемый", переводя на нее взгляд.

— Риннолк… Можно Ри.

— Колкое имя и запоминающееся. Как и ты.

— А твое имя?

— Касман, — на миг он церемонно склонил голову, потом поискал кого-то взглядом. — Эй, хозяин!

Йелсу подошел, с явным неодобрением глядя на Риннолк.

— Еще вина и…

— У меня эль, — подсказала девушка.

— …и эля. Приятный вечер, приятное место, — Касман вновь повернулся к ней, — приятная девушка… Знакомство состоялось.

— За знакомство! — отозвалась наемница. — А скажи, зачем тебе нож здесь? — спросила она, облизнув внезапно пересохшие губы.

— А зачем тебе кинжал за поясом?

— Всегда про него забываю, — беззаботно рассмеялась девушка, откинув назад голову. Взгляд Касмана невольно приковался к белой шее.

— Пограничье, верно? — спросил он, стряхивая оцепенение.

— Верно, неужели и ты?

— Дхэрм, — кивнул Касман и улыбнулся, вспоминая прошлое.

— Не может быть! — искренне восхитилась Риннолк, забыв на мгновение, с кем говорит и с какой целью. — Почему же я не вижу нашивки с серебряными серпами Дхэрма?

— Давно все это было, — махнул рукой Касман. — Много всего случилось, и нашивки хранятся дома в шкатулке.

— Показывать внукам и хвастаться былыми подвигами?

— Ну, до внуков еще далеко, — усмехнулся воин. — До детей, впрочем, тоже… А ты здесь каким ветром?

Риннолк рассказывала осторожно, представив все как обычное путешествие в поисках работы, Касман отвечал тем же, но определенный успех имелся — выпивка исчезла и спустя какое-то время Риннолк вдруг оборвала очередную байку на полуслове и хихикнула в кулак.

— Что случилось? — Касман придвинул стул и наклонился к ней, уже не невольно, а вполне осознанно рассматривая шею и все, что можно было рассмотреть благодаря распушенной шнуровке ворота. Девушка не отстранялась и все не могла остановить тихий смех, а Касман чувствовал себя упырем — до того хотелось коснуться губами молочно-белой кожи.

— Похоже, — наконец отсмеялась Риннолк. — Похоже, мы одни до сих пор болтаем, когда вроде как надо слушать этого… дивного барда.

— Похоже, — согласился мужчина. — Раз мы его все равно не слушаем, так может, стоит уйти совсем?..

Девушка лукаво сощурила темные глаза и прошлась по Касману слегка оценивающим взглядом. Они похожи — своим прошлым, памятью о Пограничье… А ей, как и ему, просто нужно хорошо отдохнуть. Не к тому ли велось все с самого начала?

— Чуть позже, — мягко ответила Риннолк, придвигаясь еще ближе. — Будем вежливы…

Касман был совсем не против того, чтобы побыть вежливым, обнимая девушку, появившуюся так внезапно и так вовремя. Ее запах и влажные губы, выпитое вино, музыка, ее руки и плечи, полумрак — все смешивалось в голове и превращалось в легкий дурман.

— Тебе понравилась последняя песня? — поинтересовалась Риннолк, когда бард отложил лютню.

— Мне понравилось все, — признался Касман. — Только из песен я не запомнил ни слова…

— Я тоже, — Риннолк снова рассмеялась, ответила на поцелуй и отстранилась, заговорщически подмигнув. — Мне надо на свежий воздух! К тому же, вдруг он снова запоет, и снова уходить станет невежливо?

Она вскочила и потянула его к двери. Он охотно послушался — эта таверна успела надоесть Касману за последние дни.

— Мерзнешь? — выдохнул он во дворе, прижимая девушку к стене и чувствуя через тонкую рубашку ее дрожь.

Дверь хлопнула — таверну решили покинуть не только они. Вместе с несколькими одобрительно зашумевшими пьянчугами во двор вывалился и бледный менестрель.

— Не здесь, — скривилась Риннолк. — Много людей… Идем!

Они обошли таверну и свернули в какой-то пустой закуток между домами, заваленный старыми ящиками, бочками и разным бытовым хламом. Касман думал, что комната подошла бы больше, но желание женщины — это главное, что поделать.

Риннолк снова улыбнулась, томно вздохнула и… с силой толкнула Касмана в грудь. Тот непонимающе нахмурился и обернулся, проследив за взглядом девушки.

— Ну что, это он? — светловолосый бард взглянул на стоящего рядом хмурого цнэрга в кольчуге.

— Он, — уверенно произнес тот. — Колдун!

Касман пошатнулся. Этого еще не хватало!

— Какой, к квиррам, колдун? — злобно спросил он. Бард открыл рот, чтобы ответить, но стражник опередил его, бросаясь к Касману и взмахивая коротким мечом.

Заклинание вырвалось прежде, чем Касман успел придумать что-то другое. Цнэрг, к удивлению колдуна, не отлетел к стене, а лишь выронил меч. А вот барда приложило хорошо — проехался на спине едва ли не до другого дома.

Риннолк стояла, спокойная, с кинжалом в руке. Не самое лучшее оружие… Не самый лучший вечер… Руку удалось перехватить на втором ударе, посылая в сторону парня в кольчуге еще одну магическую волну, хрустнула кость, девушка невольно вскрикнула…

— Змея! — прошипел Касман в разом изменившееся лицо.

Прошипел — и бросился бежать. Он, конечно, лучший в своем деле, но против троих сразу не выстоит. Да и события быстро повернулись в неожиданную сторону, а Касман не умел принимать сложные решения молниеносно. Слежка, хорошо продуманные действия, выверенные слова — это было больше по нему.

— Мы знаем, кто ты! — крикнул кто-то вслед. Наверное, приходящий в себя бард… "С каждым мигом все паршивей!" — подумал Касман. Он бежал. Никто не догонит. За ворота, в лес, там даже при огромном желании никто не сможет его найти… Он бежал, проклиная весь этот вечер и темноглазую девку с сообщниками. Кто их нанял, интересно знать?!

Уже в лесу, под защитой живых деревьев, Касман позволил себе перейти на шаг, а потом и остановиться, прислоняясь спиной к высокому ясеню, отдышаться окончательно.

— Змея, — прошептал он уже почти равнодушно. — Проклятая змея…