"Как найти мужа" - читать интересную книгу автора (Кодилл Морин)

2

Лисса нехотя опустилась на сиденье низкой спортивной машины рядом с Роумом.

Джейсон чуть ли не силой заставил ее принять приглашение своего друга, чтобы она могла посвятить того в свой план. После недавней стычки ей вовсе не улыбалось снова видеть этого самодовольного красавца.

Однако Лисса вынуждена была признать, что если и есть человек, способный ввести ее в намеченный круг потенциальных жертв, то это был именно Роум Новак. В конце концов ее не убудет, если она обратится к нему с такой просьбой. Она не ожидала слишком многого, разве только выяснить для себя, может ли то, чего она так страстно жаждала в юности, — свидание с Роумом — быть таким восхитительным, как грезилось ей все эти годы.

Лисса глубоко вздохнула и попыталась сосредоточиться на главном. Необходимо, чтобы Роум помог ей найти подходящего мужчину. Она уже вполне взрослая женщина, а не девочка-подросток, трепещущая при мысли о поцелуе. Надо настроить себя на то, что это деловой ленч, целью которого будет обсуждение ее проблемы с Роумом Новаком.

— Где бы ты хотела пообедать? — поинтересовался Роум, когда она застегивала ремень безопасности.

Молодая женщина устроилась поглубже на сиденье, которое, казалось, всего на дюйм возвышалось над тротуаром.

— Мне все равно, езжай куда угодно.

Его ухмылка заставила бы многих мамаш спешно посадить своих дочерей под замок, заперев на три оборота, да еще на задвижку.

— Куда угодно? — удивленно вскинул брови Роум.

— Куда угодно, но так, чтобы это заняло не больше часа. Меня ждут в другом месте через час, — решительно сказала Лисса.

— Ты разбила все мои мечты. — Роум включил зажигание и вырулил со стоянки.

Они мчались по скоростной трассе, ровное урчание мотора подействовало на Лиссу успокаивающе.

— Теперь я понимаю, почему мужчинам нравятся такие машины, — проговорила она. — Женщины, должно быть, готовы на все, чтобы только в них ездить.

— Ну еще бы. В такой машине любой парень чувствует себя этаким неотразимым ковбоем. Весьма способствует поддержанию имиджа.

— Это вовсе не то, что я имела в виду, — сказала Лисса.

Он бросил на нее скептический взгляд.

— Какова же твоя теория на сей счет?

Его тон всезнайки разозлил Лиссу. Она заколебалась было, но потом решила, что с Роумом нечего деликатничать. Тонкостей он все равно не понимает.

— Женщинам нравится ездить в таких спортивных машинах потому, что в них ты словно внутри огромного вибратора. Ощущения, как будто тебя ласкают.

— Лисса! — Роум был явно шокирован.

— Правда! — Она еще глубже вжалась в кресло. — Эти машины здорово возбуждают.

Он наконец-то заткнулся. Ровно на столько времени, сколько понадобилось, чтобы остановить машину у обочины и повернуться лицом к Лиссе.

— Ну и как?

Лисса подняла на него глаза. Этот мужчина был в слишком опасной для ее душевного равновесия близости.

— Что — как?

Он запустил руку в ее волосы, пропуская пряди сквозь пальцы.

— Моя машина возбудила тебя?

Лисса вынуждена была облизнуть пересохшие вдруг губы и уже пожалела о сказанном, увидев, что он пристально уставился на ее рот.

— Ни в малейшей степени, — убежденно солгала она.

Роум придвинулся к ней еще ближе.

— Ты уверена?

Лисса чувствовала тепло его дыхания на своих губах, каждый ее нерв трепетал. Ей пришлось собрать все свои силы, чтобы произнести необходимые слова:

— Да, я уверена.

Его губы приоткрылись и повторяли движения ее губ.

— Я…

— Что?

— Я…

«Опомнись, Лисса! Этот мужчина не для тебя!»

Она резко отодвинулась.

— У меня не так много времени, — напомнила она. — Может, мы все же поедем?

Роум снова устроился за рулем. Единственным свидетельством, что он пребывает в некотором расстройстве чувств, замеченным Лиссой, было на мгновение промелькнувшее в его глазах разочарование. Или это только померещилось ей? Лисса догадалась, что Роум просто изучает ее. Он снова, как и в былые годы, хочет знать все струнки ее души, чтобы потом играть на них. Неужели он считает, что этот фокус ему удастся?

Обеспокоенная этими мыслями, она наблюдала, как он снова вливается в транспортный поток. Ее удивляло, как плавно, несмотря на ощутимую мощь машины, она скользит по извивающейся ленте шоссе.

Когда они прибыли на центральную площадь Санта-Фе, он нашел место на одной из боковых улочек и аккуратно припарковался, затем помог ей выйти. Его рука бдительно лежала у нее на талии, чтобы она, не дай Бог, не сбежала.

Лисса с удовольствием рассматривала причудливую архитектуру пригорода. Конечно, она знала, что Роум не поведет ее в какую-нибудь забегаловку. Должно быть, он с тех пор, как достиг таких высот, привык к высококлассным ресторанам с изысканной кухней. Но, если для него все эти изыски, возможно, стали второй натурой, она чувствовала себя гораздо удобнее в среде, где питаются в основном гамбургерами.

— Боюсь, это не совсем то, что я подразумевала под скромным ленчем, — заметила Лисса, когда Роум ввел ее в роскошный ресторан под названием «Миль Флерз». — Я полагала, что мы направляемся в какое-нибудь тихое место, где можно спокойно поговорить.

— Именно то, — успокоил Роум, следуя за метрдотелем. Он обвел рукой малолюдный, богато убранный зал. — Где может быть спокойнее, чем здесь?

Лисса не стала затруднять себя, открывая меню. Ей вовсе не хотелось видеть напечатанные там цены. Вместо этого она принялась обдумывать, как уговорить Роума помочь ей в осуществлении ее плана — и без того трудная проблема усложнялась еще и тем волнением, какое вызывало в ней само его присутствие.

Всякий раз, когда взгляд Лиссы падал на его лицо, или на мускулистые плечи, или на складку на его левой щеке, которая при улыбке вдруг превращалась в ямочку… Лисса поспешно отвела от него взгляд и уставилась на туго накрахмаленную скатерть. Сердце затрепетало в груди, а ладони стали влажными — симптомы, знакомые с детства. От одного звука его голоса, когда он делал заказ, у нее на коже появились мурашки, а перед глазами возникло видение: солнечный летний полдень, ленивая праздность, шелковистые простыни… Видение было настолько ярким, что ей пришлось сделать хороший глоток воды из стоявшего перед ней стакана. Необходимо взять себя в руки, иначе она никогда не сможет владеть собой в его присутствии.

С трудом вернувшись мыслями к своему плану, Лисса стала обдумывать тактику своих действий: как заставить Роума помочь ей. Тогда, в магазине брата, разумные доводы не возымели действия, так, может быть, ей прибегнуть к неразумным. Пожалуй, это может сработать.

— Знаешь, Роум, — начала она, — я не могу больше терять время и намерена приступить к выполнению своего плана, нравится это вам с Джейсоном или нет.

— Ты имеешь в виду эту чушь с тем списком, по которому ты собираешься искать себе мужа?

— Это не чушь! Это совершенно разумный…

— Безумный, ты, наверное, хотела сказать!

— Это совершенно разумный подход, — продолжала Лисса. — Я хочу, чтобы мой муж обладал перечисленными качествами. А хороший муж — это хороший отец. Как могу я надеяться найти мужа, если не буду знать, что именно я ищу?

Однако свойственная ее профессии наставительная манера говорить не произвела должного впечатления на Роума.

— Это самый дурацкий способ искать мужа. Если тебе это вообще необходимо. Ты еще молода. И еще успеешь обзавестись своим домом. Найти именно того мужчину, который тебе нужен.

Вот черт! Он, как попугай, повторял Джейсона, слово в слово.

— Какие еще перлы мудрости моего брата ты собираешься цитировать? — язвительно спросила она.

Если он и покраснел, то Лисса не смогла этого заметить из-за приглушенного освещения зала.

— Я говорю это для твоей же…

— Пользы. Да, я знаю. Все, что ты и Джейсон говорили мне, всегда было «для моей пользы». Только вот очень немногое из того, что вы оба мне говорили, оказывалось правдой.

Лисса сделала глубокий вдох, заставляя себя успокоиться и отбросить враждебный тон.

Ей пришлось досчитать до десяти, чтобы привести в относительный порядок мысли и чувства, прежде чем вернуться к теме разговора.

— Слушай, Роум, давай не будем о моем возрасте. Я хочу иметь мужа и семью. Сделай одолжение, поверь мне на слово, что достаточно знаю саму себя.

Роум удивленно поднял брови.

— Как скажешь, — пожал плечами он.

— Хорошо, — снова сделав глубокий вдох, она наклонилась вперед, чтобы подчеркнуть сказанное, — значит, главное, против чего выступаете вы с Джейсоном, это способ, каким я собираюсь искать себе мужа, так ведь?

Он кивнул:

— Думаю, так.

Победа была уже рядом, оставалось протянуть руку и схватить ее.

— Хорошо, если ты не согласен с тем, как я намерена искать себе мужа, почему бы тебе не предложить свой собственный план, а?

Роум явно растерялся.

— Ну, хорошо, почему бы тебе, гм-м, не поискать мужа среди своих сослуживцев? Да-да. Все знают, что в служебных коридорах заключается больше браков, чем где бы то ни было. — Он откинулся с победным видом.

— Роум, — мягко сказала она, — я преподаю в начальной школе. В младших классах. Во всей нашей школе нет ни одного мужчины, кроме сторожа, тому шестьдесят лет, и он женат. Даже директор у нас женщина. И хотя все эти дамы очень приятные люди, я все же не собираюсь выходить замуж ни за одну из них.

— О! — Он отвел взгляд, пытаясь прийти в себя. — Ну а как насчет родителей твоих учеников? Сейчас ведь столько разведенных…

— Неплохо, но, увы, мимо! — ей понравилось, что она способна обыграть его. В прежние времена ей никогда это не удавалось. — Большинство моих учеников — латиноамериканцы, а это значит, во-первых, что разводы у них очень редки, а во-вторых, при разводе дети остаются с матерями. Я могу пересчитать по пальцам одной руки детей из моего класса за последние три года, которые при разводе остались на попечении отцов.

Она сделала паузу, чтобы сделать последний шаг.

— Роум, именно поэтому мне нужна твоя помощь. Я хочу, чтобы ты помог мне найти хорошего мужа.

Сейчас он походил на загнанную в угол жертву под дулом ружья.

— Надеюсь, ты не меня имеешь в виду?

— Роум, ты достаточно ясно излагал чуть ли не в каждом интервью за последние пять лет, что женитьба тебя не интересует. Поэтому — нет, тебя я не имею в виду. Но ты знаком в городе со множеством подходящих мужчин.

— И как ты собираешься уговорить подходящего под твои требования кандидата, то есть, потенциального мужа, что он должен жениться на тебе?

Лисса покраснела. Роум с хирургической точностью нашел слабое место в ее планах. Конечно, она была далеко не уродина, скорее даже хорошенькая, но она хотела мужчину, которого привлекало бы в ней нечто большее, чем хорошая фигура. Мужчину, считающего, что семья стоит некоторых жертв.

К ее облегчению, подошедший официант прервал их, предоставив ей несколько мгновений, чтобы сформулировать достойный ответ. По крайней мере эти мгновения следовало бы использовать для этой цели, если б только она была способна соображать. Только когда вышколенный официант поставил перед ними искусно украшенные закуски, а старший официант закончил священнодействие над бутылкой светлого шардонэ, Роум выложил свой козырь.

— Ты должна выработать какую-то стратегию, дорогуша. Именно стратегию.

— Стратегию? — «Спокойствие, Лисса, — приказала она сама себе. — Ни один мужчина не примет всерьез слова, сказанные плачущим голосом». — И какую же, интересно знать, стратегию ты имеешь в виду?

Не обращая внимания на ее оскорбительный тон, Роум миролюбиво улыбнулся и отведал овощной салат.

— Чудесно. Советую попробовать.

Лисса поднесла ко рту вилку, съела немного салата.

— Действительно очень вкусно. Так о какой стратегии ты говоришь?

— Видишь ли, Лисса, мы, мужчины, в глубине души довольно простодушные существа…

— Это точно!

Взмахнув вилкой, он не дал ей продолжить.

— Если ты просишь моей помощи, то наберись терпения и выслушай меня. Мы простые существа, как я только что сказал. И один из главных мотивов наших поступков может быть обозначен, гм-м, сокращенно — СНС, что расшифровывается как «собака на сене». Представь себе, что у человека есть нечто, что ему вроде бы и не нужно, но как только на это нечто позарился кто-то другой, так оно тут же становится ему дороже всего на свете.

— То есть ты имеешь в виду, что мне нужен некий мужчина, который просто будет делать вид, будто ухаживает за мной, чтобы привлечь того мужчину, который мне действительно нужен. — Она съела еще салата. — Оригинальный ход мыслей.

— Еще бы! И ты увидишь, это сработает, — самодовольно сказал он, словно не заметил явный скептицизм в ее словах.

— Я не сказала, что твоя так называемая стратегия имеет какой-либо смысл. Я сказала только, что она оригинальна. Думаю, что ни за какие блага мира я не вышла бы за человека, настолько недалекого, чтобы клюнуть на подобную дешевку. — Лисса снова глубоко вздохнула. — Мне нужны вовсе не твои безумные идеи, мне нужно, чтобы ты представил меня некоторым из твоих знакомых мужчин, — решилась напрямик сказать она.

— Ты хочешь замуж за такого, как я? Лисса, я был лучшего о тебе мнения.

Она проговорила как можно более четко, дабы избежать дальнейших недоразумений:

— Нет. Я вовсе не хочу в мужья человека, который вечно где-то шатается. Мы с тобой уже пришли к соглашению, что человек вроде тебя, например, будет плохим отцом. Но здесь, в городе, ты ведь занимаешься еще и общественной деятельностью, благотворительностью. Ты вхож в соответствующие круги. Я уверена, что именно среди твоих знакомых можно найти прекрасного мужа и отца. Я бы хотела, чтобы ты познакомил меня с некоторыми из них.

— Ах, вот оно что. — Роум опустил глаза и на некоторое время сосредоточился на еде.

Проклятие! Нужели в его взгляде промелькнула боль? Но ведь Роум сам не хотел ни детей, ни жены — он достаточно часто и во всеуслышание заявлял об этом. Она хорошо помнила, как тяжело переносил Роум раздоры в семье и его горе, когда родители, наконец, развелись.

Неужели ее слова так задели его, ведь она просто согласилась с его собственным высказыванием? Лисса без всякого аппетита ела изысканный салат, казня себя за длинный язык. Но ведь Роума никогда не заботило, что о нем говорят. А может быть, его реакция была просто игрой? Еще с тех пор, как они были детьми, он всегда точно знал, как и на какой ее струнке сыграть, чтобы добиться желаемого. И пользовался этим без колебаний. Даже ее робкая влюбленность не останавливала его. Лиссу бросило в жар при воспоминании о ее выпускном бале. Роум был совсем иным в тот вечер, впервые он отнесся к ней, как к взрослой. Такой красивый в новом смокинге, живое воплощение всех ее романтических девичьих грез.

Пока все не пошло вкривь и вкось.

Лисса отпила воды. Ей понадобилось почти двенадцать лет, чтобы избавиться от этого воспоминания, и она не намерена допустить, чтобы сейчас все ее усилия пошли прахом. Ведь она давно простила его.

«Но я никогда не прощу себя», — подумала она.

Лисса переменила позу, и ее колено случайно соприкоснулось с коленом Роума. Судя по ее реакции, она так и осталась глупой влюбленной девчонкой. Она вдруг почувствовала, что ей нечем дышать, сердце бешено заколотилось, кожа внезапно сделалась чрезвычайно чувствительной, особенно там, где ее колено прикасалось к нему. Во рту у нее пересохло, и, с трудом сглотнув, Лисса вынуждена была облизнуть губы. Роум пристально смотрел на нее.

Не отрывая взгляда, он наклонился вперед. Большим пальцем обвел вокруг ее чуть приоткрытого рта, стирая влажный след. По телу ее пробежала дрожь, оставив ощущение разливающегося внутри огня.

Лисса замерла в напряженной позе. Какая же она была наивная, когда считала, что сможет забыть свою первую любовь, выкинуть из сердца Роума Новака. Его пристального взгляда, легкого прикосновения было достаточно, чтобы свести ее с ума, заставить забыть о тех благоразумных планах, которые она строила на будущее.

Она хотела его. Открытие должно было бы удивить Лиссу — но не удивило. Казалось, она столько лет хотела его, что могла бы уже примириться с этой мыслью.

Ее передернуло при воспоминании о ее застенчивых девичьих авансах и поспешном бегстве Роума. Ее сказочный принц оказался всего лишь мечтой юной девушки. А еще она мечтала стать астронавтом, но не смогла. В ее возрасте пора привыкнуть, что на свете есть много такого, что ей недоступно.

И во главе этого списка стоит Роум Новак, самый закоренелый холостяк Америки и самая худшая кандидатура на роль ее будущего мужа и отца ее ребенка из всех представителей сильного пола.

Сделав над собой усилие, Лисса отвела от него взгляд и отодвинула ногу. Она сразу почувствовала себя лучше, более уверенно.

— Прости, я не собиралась…

— Дразнить меня? — Голос его звучал довольно резко. С плохо скрытым раздражением Роум откинулся на спинку стула.

— Но я никогда…

Роум передернул плечами.

— Разумеется, ты поддразнивала меня, Тыковка. Ничего страшного, вы, женщины, без этого обойтись не можете.

Лисса смотрела, как он спокойно продолжает есть, и вынужденно рассмеялась.

— Ну ладно, сдаюсь. Надеюсь, ты не обиделся?

— Нет, конечно. — Он положил в рот следующий кусочек.

Лисса не хотела признаться себе, что реакция Роума задела ее. Ей следовало бы чувствовать облегчение от того, что беседа, кажется, возвращается в прежнее русло. Напряженный момент миновал, Лисса наконец расслабилась настолько, что смогла вновь приняться за салат. Лучше сконцентрироваться на вкусовых ощущениях, чем на иных, более опасных.

Официант принес горячее блюдо.

— Извините, пожалуйста, но что это? — поинтересовалась Лисса у официанта. — Выглядит очень заманчиво!

— Мадам, это одно из наших коронных блюд. Это паштет «Волосы ангела» в соусе «Альфредо» и креветки с белыми трюфелями.

— Трюфели? — потрясенно переспросила она, глядя на Роума. — Ты заказал трюфели на ленч? Ты хоть знаешь, сколько они стоят?

— Мадам, конечно, они стоят, гм-м, немало, — позволил себе вмешаться официант. — Сорт, который мы используем, стоит примерно тысячу двести долларов за фунт. Мы, разумеется, используем только самые лучшие продукты.

— Тысяча двести долларов за фунт, — пробормотала Лисса, уставившись на блюдо. Никто из ее знакомых никогда не пробовал трюфелей. Даже черная икра, которую она однажды попробовала, не стоила тысячу двести долларов за фунт!

Она смотрела в тарелку, пытаясь определить, сколько же унций драгоценных грибов там содержится.

— Приятного аппетита, мадам, — с поклоном пожелал официант.

— Как я могу с аппетитом съесть что-то, сто́ящее не меньше, чем национальный долг какой-нибудь страны «третьего мира»? — обратилась она к Роуму.

Судя по изумлению в его взгляде, подобные мысли не приходили ему в голову, когда он делал заказ.

— Я заказал это блюдо, потому что сам его очень люблю и хотел доставить тебе удовольствие. Давай, ешь!

Лисса дважды открывала было рот, пытаясь найти достойный ответ. Она уже готова была предложить ему съесть обе порции, но, поймав его выжидающий, насмешливый взгляд, передумала. Он опять хочет сделать из нее дурочку, как это не раз бывало в школьные годы. В этот раз не получится.

Досчитав в уме до десяти, Лисса изобразила на лице самую обворожительную улыбку, на какую только была способна.

— Должно быть, ты прав. Выглядит оно восхитительно!

Она с энтузиазмом принялась за еду и обнаружила, что Роум не лишен гастрономического вкуса. Блюдо действительно было потрясающим!

Пока Лисса ела, мысли ее постоянно возвращались к задуманному плану. Сейчас ей стало очевидно, что обратиться за помощью к Роуму было ошибкой. Слишком уж он непредсказуем, чтобы на его суждение можно было положиться в таком серьезном деле.

Да и ее собственная реакция на его присутствие убеждала, что она не сможет уделить должное внимание другому мужчине, если Роум будет где-то поблизости.

Теперь перед ней встала новая проблема: как избавиться от помощи, которую она сама только что просила?

Взгляд на часы подсказал ей подходящую идею.

— Роум, мне очень жаль, но, правда, пора возвращаться. У меня встреча, которую я не могу пропустить.

Роум нахмурился.

— Слушай, Тыковка, в такие рестораны, как этот, не ходят, чтобы наспех что-нибудь проглотить. Это тебе не «Макдоналдс».

В душе она согласилась с ним — еда действительно была фантастической, — однако лишь безразлично пожала плечами.

— Я предупреждала, что располагаю лишь часом времени, а прошло уже полтора.

Роум хотел было запротестовать, но затем жестом подозвал официанта.

Расплатившись по счету, он спросил слишком уж безразличным тоном:

— И с кем же у тебя свидание, которое нельзя пропустить?

Лицо его ничего не выражало, но он всегда был хорошим игроком в покер.

Она взяла свою сумочку и уже собиралась встать из-за стола.

— Ну, с одним моим хорошим другом по имени Мел. Мы встречаемся время от времени.

Было ли безразличие на его лице деланным?

— Так если вы часто встречаетесь, зачем ты согласилась на это свидание со мной? — Он подозрительно взглянул на нее. — Тебе ведь не терпится поскорее выйти замуж, так почему ты не обратилась к нему со своей проблемой?

Пока Роум сопровождал ее к выходу, она лихорадочно размышляла. Раз она решила убедить Роума, что обойдется и без его помощи, то лучше этого случая не придумаешь.

— Знаешь, Роум, ты прав. Возможно, решение всех моих проблем действительно у меня под носом. Пожалуй, Мел лучше других сможет мне помочь. С твоей стороны было очень любезно…

— Любезно?

Судя по его виду, он был рассержен не на шутку.

— Видишь ли, Мел и я, мы давно знаем друг друга, и я уверена, что Мел сумеет мне помочь, — торопливо сказала она.

— Вы давно знакомы? А что ты знаешь о его семье? Что думает о нем Джейсон?

Пулеметная очередь вопросов ошеломила Лиссу.

— Но Джейсон и Мел не так уж близко знакомы… — неопределенно сказала она.

Снова Роум прервал ее.

— Лисса, если этот парень не нравится Джейсону, то тебе просто необходимо, чтобы кто-то посторонний, лучше мужчина, поглядел на него. Понимаешь, мужчина может запросто одурачить женщину, а с мужчиной этот номер у него не пройдет.

— Роум, все совсем не так, как ты думаешь! — воскликнула Лисса, которая уже была сама не рада, что затеяла эту дурацкую игру.

Недоразумение зашло слишком далеко. Она всего лишь хотела, чтобы Роум не вмешивался в ее планы, а он устроил ей форменный допрос. Абсурдность ситуации рассмешила ее.

— Лисса, не нахожу в своих словах ничего смешного! — Роум сердито нахмурился. — Ты собираешься доверить свою жизнь какому-то неизвестному типу и относишься к этому так легкомысленно!

— А кто говорит, что я собираюсь «доверить свою жизнь» кому-то, и при чем тут Мел? — Голос ее дрожал от сдерживаемого смеха. — Слушай, Роум, все, что от тебя требуется, так это подвезти меня до дома, где я смогу взять свою машину. Так уж и быть, я снимаю тебя с крючка. Не волнуйся, я сама объясню Джейсону, что обойдусь без твоей помощи, ладно?

— Нет, не ладно! Ты заявила, что Мел сможет помочь тебе в твоей проблеме. Ну так вот, я не могу позволить тебе шляться с каким-нибудь ничтожеством! Ты обратилась ко мне за помощью — и ты получишь ее, хочешь ты этого или нет!

— Мел вовсе не ничтожество! Мел — душка…

Лисса не могла найти подходящих слов, которые могли бы утихомирить разгневанного Роума. Какие бы прекрасные свойства она ни приписала Мел, они не смогли бы преодолеть предубеждение Роума. А если она откроет, кто Мел на самом деле, Роум решит, что он обязан продолжать «помогать» ей и дальше.

А, будь что будет!

— Слушай, просила я тебя отвезти меня домой или нет?

— Ну, хорошо, просила! Скажи, где назначена встреча с этим типом, и я тебя доставлю туда сам. И если решу, что он недостаточно хорош для тебя, тогда… — И Роум выразительно провел рукой по горлу.

Лисса поняла, что спорить бесполезно, его не переубедишь. Она дала ему нужный адрес.

— Ты встречаешься с ним у него дома? — в его голосе снова звучало раздражение. — Вы не смогли придумать ничего лучшего?

— Как видишь, нет.

Роум некоторое время вел машину молча, постепенно закипая, наконец спросил:

— Кстати, а как полное имя этого парня?

Ну вот, теперь все ее надежды избавиться от его помощи рухнули!

Из упрямства ей захотелось использовать на всю катушку выпавшее ей преимущество.

Она взглянула на Роума, напряженно ожидавшего ответа, и мягко улыбнулась.

— Разве я не сказала? Мел Гибсон.

При упоминании имени известного киноактера автомобиль слегка вильнул.

— Мел Гибсон? Ты имеешь в виду того самого Мела Гибсона?

Она небрежно пожала плечами.

— А разве их несколько?