"Лена Сквоттер и парагон возмездия" - читать интересную книгу автора (Каганов Леонид)

xDarry

Бары в этой стране уже научились строить как в Америке, но посетители в них пока еще совсем не те — не хватает в лицах ковбойского прошлого и адвокатского настоящего. Как если бы вместо цветастых гангстерских наколок увидеть синее «Г-е-н-а» на костяшках пальцев — блеклое от стыдливых попыток свести.

Впрочем, меня в полумраке фирменного америкен-бара интересовал не быковатый Гена у стойки, не шумная компания студентов, не два гортанных иностранца и не пожилая пара мятых жизнью аудитора и аудиторши из тех, что безуспешно пытаются устроить свою личную жизнь регулярными совместными ужинами, но никак не готовы оформить, наконец, свою лирическую сделку, взяв друг дружку на баланс.

Я огляделась снова. По залу плыл табачный дым и запах копченой курицы, волочили свои длинные целлюлитные конечности немолодые официантки, одетые в короткие ковбойские юбчонки. Из крепко спрятанных под потолком колонок старательно хрипел Chris Rea свое знаменитое «блюю в кафе» — одновременно дурной и обаятельный, безвкусный и стильный, примитивный как улитка, но искренний как тетерев. Такой, in general, как и вся Америка, которую я тоже не готова идеализировать.

Поскольку я не знала, как выглядит xDarry, а мобильного номера он не прислал, я надеялась, что xDarry меня окликнет сам. Но я резонно предполагала, что хакер такого уровня в реальной жизни должен выглядеть ярко и вызывающе, а ничего похожего в баре не наблюдалось.

— Леночка, — послышалось из дальнего угла.

Я обернулась.

За столиком сидела полная женщина сорока лет в нелепой кепке с пимпочкой, напоминавшей антенну. На ней была кофта с оторочкой из сизого меха, а на крупном носу-картошке сидели маленькие круглые очки с громадными диоптриями. Она курила здоровенную вонючую сигару, а перед ней стоял почти пустой бокал темного пива. Голос у нее был тягучий и с хрипотцой, но улыбка — доброй и уютной.

— Леночка, — повторила она, качнув сигарой. — Логинься уже за столик.

— xDarry? — изумленно переспросила я.

Дама поморщилась.

— Теперь, когда ты знаешь, как я выгляжу, называй меня Тамара. Лучше Тома. Какое пиво будешь?

— Мартини со льдом.

Тома улыбнулась.

— Я в твои годы тоже любила мартини… — проговорила она задумчиво.

Я покусала губу.

— xDar… э, Тома, а вы… ты… можешь продемонстрировать, что это действительно… ты?

На лице Томы появилось веселое оживление.

— Записывай, Леночка. Два, эф, жей — с точкой, игрек… Дальше диктовать?

Это был пароль моего нотика. Я кивнула и рассмеялась.

— Не похож я на хакера? — спросила Тома.

— Я представляла иначе, — призналась я.

— Но ведь и ты не слишком похожа на сетевую аферистку, — заметила она и продолжила: — Ну а на кого я похож?

Я задумалась, но так и не нашла, что ответить.

— Не знаю, Тома. Наверно, на чью-то маму.

Тома засмеялась.

— Так у меня трое, — сказала она. — Старшему — восемнадцать.

Видимо, у меня так вытянулось лицо, что Тома засмеялась снова, а, отсмеявшись, продолжила:

— А ты небось думала, что мне четырнадцать, у меня на голове гребень, и я катаюсь на мотоцикле? Или что я ботаник в роговых очках?

Я пожала плечами:

— Не совсем так, но я думала, ты крутой хакер, и все такое.

— IT-developer, — поправила Тома, — с большим experience в таких серьезных проектах, куда нет доступа малолетним скрипткидам, которые называют себя хакерами.

— Тома, а расскажи о себе? — попросила я.

Она задумалась и долго пускала дым в потолок.

— Да что обо мне рассказывать? Ничего интересного. Родился во Владике. Учился. Работал. Читал документации. — Она упорно говорила о себе в мужском роде, как делала это в наших сетевых переписках, и в этом был какой-то шарм. — Вышел замуж. Уехал в США. Родил сына и двух девочек-двойняшек. Работаю. Вот, в Москве случайно за последние десять лет — предложили один стартап интересный. Но не вышло.

— А взломы? — удивилась я.

— Да брось, какие взломы? — улыбнулась Тома. — Я уже лет двадцать этим не занимаюсь, своей работы хватает.

— Но ты же мне столько раз помогала…

— Тебе — да, помогала по ерунде. Да разве же это взломы? Знала бы ты, что такое настоящие взломы… — Тома задумалась и выпустила одно за другим несколько колечек дыма. Они поднялись и слились с накуренным сумраком. — А помогала, потому что ты мне нравишься чем-то, Ленка. Бегаешь, бьешься головой об стены и так искренне радуешься всему, наступаешь на все подряд грабли… Сама такой была в юности. Ты мне как дочка, что ли.

Я изумленно подняла брови.

— Обиделась? — улыбнулась Тома. — Ну? Это ты зря. Я ж тебе в душу не лезу, а просто помогаю, чем могу. Совершенно, как ты знаешь, бескорыстно.

Мы помолчали.

— Слушай, — спросила я. — А вот это все твое — дети, семья, работа, муж… Тебе нравится такая жизнь? Тебе не скучно?

Она отрицательно помотала головой, но ответила:

— Скучно. Служба, дом, дети, служба, дом, дети… Но в этой скуке совсем другая радость. И эту радость ты не станешь менять на понтовые дефейсы новостных сайтов, мотоцикл с орущим бумбоксом, криминал и адреналин. Потому что скучным уже кажется это. Другая радость, понимаешь?

— Разве это называется радость? — возразила я. — Это называется старость.

Тома покачала головой.

— Нет. Совсем не старость. Ты же не считаешь себя старухой, перестав целые дни скакать во дворе в классики?

— Это другое, — возразила я.

— Нет, — усмехнулась Тома, — просто этого не поймешь, пока не вырастешь. Научись ценить каждую минуту и радоваться жизни, тогда расти будет приятно.

— И ты рада жизни?

— Да, — просто ответила Тома и улыбнулась. — Я рада жизни. Вот пива попила — рада. Тебя, наконец, увидела — очень рада. Через шесть часов у меня самолет в Лондон, там побуду два дня — и домой, к своим. Рада. Вот, возьми, пока не забыла, подарок тебе… — Она полезла куда-то и вынула сверток.

Я развернула — это было что-то вроде плотной шерстяной шали.

— Что это? — спросила я.

— Индейская накидка из шерсти ламы. Ручная работа.

Видимо, на лице у меня отразилось все, что я думаю о шерсти ламы и индейских руках.

— Подаришь кому-нибудь, — примирительно улыбнулась Тома. — Маме.

— Я тоже тебе подарок привезла, — вспомнила я, залезая в сумочку. — Вот.

— Что это? — спросила Тома.

— Процессорная бижутерия. Вентилятор с системой подсветки, там диоды и неон… — Я осеклась. — Подаришь сыну.

— Спасибо, — кивнула Тома. — Ну, бывай. Пиши, если что. Главное — найди себя и пойми, что ты хочешь в этой жизни. И все у тебя будет тоже хорошо.

— Тома, — спросила я. — А вот если бы существовало такое место… Такое устройство, которое могло исполнить любое твое желание… что бы ты пожелала?

— Я бы пожелала снова стать такой, как ты — юной и дерзкой.

— Так тебе все-таки не нравится скучный быт, дом-служба-дети? — растерялась я.

— Нравится, — проворковала Тома, деловито запихивая сигару в пепельницу. — Но это как игру пройти второй раз.