"Цифровой журнал «Компьютерра» № 9" - читать интересную книгу автора (Компютерра)

Василий Щепетнёв: Запланированные потери

Кто как, а я люблю отмечать даты не ко сроку. В памятный день, когда "весь народ, как один человек… " и тому подобное, сложно сказать что-либо поперёк. Не услышат, а то ещё и растопчут в священном порыве национального негодования. А кому хочется быть неуслышанным, паче того — растоптанным? Не мне. И потому высказываться по поводу праздника весны и труда я предпочитаю седьмого ноября, о нашей армии поговорить на Новый год, а про учительскую долю весной, когда юноши и девушки, обдумывающие житье, решают его делать с товарища Дзержинского — и готовятся к поступлению в педагогические училища, институты и академии. Они, допускаю, слышали, что учительский хлеб и скуден, и горек, но ведь теперь-то всё иначе, теперь, наконец, меры приняты, теперь учитель будет не только звучать, но и получать пятого и двадцатого то, что можно назвать зарплатой.

Так вот, рискну сказать: всю жизнь Мариванну обманывали, и впредь будет то же самое!

Чехов сделал, что мог и умел: Семен Семенович Медведенко, один из персонажей «Чайки», явил России и всему миру, что такое русский учитель.

Прошли не годы — века: письмо Чехова писалось в девятнадцатом веке, а на дворе двадцать первый. Власть царская сменилась властью пролетарской, пролетарская власть разменялась ещё на что-то, а учителя всё надеются на прибавку и с надеждой глядят то на царя, то на министра, то просто в синее небо.

Да, процесс идет. Отдельные губернии гордо рапортуют, что до десяти процентов от числа педагогов получают зарплату 22 тысячи рублей и выше. А остальные девяносто сами виноваты. Пусть поднажмут, постараются и выбьются в те самые десять процентов отличённых учителей, оттеснив прежних счастливчиков на свое место.

Представьте, что вы сели в самолет, и командир корабля бодро говорит, что десять процентов деталей авиалайнера вполне кондиционные — конечно, с поправкой на обстоятельства. Не страшно лететь-то?

Не страшно. Потому что никуда мы не летим. Мы ползем по степи, кренясь то на левый бок, то на правый, моторы натужно гудят и плюются гарью, пахнет раскаленным металлом и жареной рыбой (бортпаек), а иллюминаторы до такой степени засижены мухами, что многим видится Отец Народа во всем многомерном величии.

С ленты новостей:

Нет, сразу скажу, что конкурсы "Лучший учитель года" и ему подобные с последующим вручением премий и дипломов — дело хорошее, хотя за двадцать-то лет хотелось бы чего-нибудь поосновательнее, ведь и учитель обыкновенный тоже хочет питаться ежедневно и к старости иметь свой домик. Но вот формирование образовательной политики страны… Политику у нас формирует один человек, много — два (и сразу начинается болтанка). Всем остальным доверяется претворять эту политику в жизнь, главное оправдать это высокое доверие.

И — оправдывают.

Спрашивают порой, чему может научить современного ребенка бедный, полуголодный, замотанный, ужасно скромно одетый, пугливый и бесправный учитель?

А тому и может: бедности, замотанности, пугливости и бесправию! Для этого и держат девяносто процентов учителей, чей заработок не дотягивает до двадцати тысяч рублей в месяц (зачастую он и на десять тысяч не тянет, и крепко не тянет).

Хороших учителей нужно мало! Десять процентов ещё и перебор, хватит пяти. И если из тысячи поступающих в педакадемию получится полсотни отличных педагогов, этого вполне достанет для выполнения поставленных задач. Каких задач? Сохранять стабильность и преемственность. А остальные девяносто процентов учителей — запланированные потери. Лес рубят, подлесок губят.

Хотя рачительный хозяин заботится и о подлеске. В конце концов, можно принять постановление о предоставлении педагогам постоянного места на паперти храмов. И духовность поднимается, и жалованью подспорье вернее, чем царская милость.

Врачам тоже местечко оставьте, пожалуйста. Так, на всякий случай.

К оглавлению