"Пираты 3. Остров Моаи" - читать интересную книгу автора (Пронин Игорь)

Глава одиннадцатая Камера Моаи

Постепенно все разбрелись по берегу, выкликая Кристин. Тогда араб, приподняв голову, быстро огляделся и сделал, наконец, свое предложение. Я не все понял и, утомившись уже прикладывать ему попугая на лоб, как компресс, повесил фигурку корсару на шею — благо, она была на отдельном шнурке.

— Веры у меня тебе нет, Дюпон, но ты на моем месте тоже цеплялся бы за жизнь. Я умею обращаться со спрутом. Могу сказать, где девчонка. Давай начнем наше новое сотрудничество с этого.

Как мне самому это в голову не пришло? Вместо попугая ко лбу Басима прилепился спрут. Некоторое время араб будто прислушивался к чему-то, прикрыв глаза, потом фыркнул.

— Она уже довольно далеко. Наверное, раньше тебя вспомнила, что я умею. Она в скалах.

— Ну и что толку от того, что ты ее видишь? Я даже проверить этого не могу!

— Просто мне казалось, что вы ее ищете… — Араб попытался пожать плечами, но это получилось лишь частично. — Проклятье! Не знаю, сколько я проживу в таком состоянии: это уже не одна только кисть. Вот что, Дюпон: Моаи ждет меня. Приди и скажи, что ты мой помощник, мой гонец. Если Моаи примет тебя, ты это почувствуешь. Но не все длинноухие мертвы. Если ты придешь без предметов, арки не пустят тебя в пещеры. Просто заманят в ловушку и убьют. Тогда и я обречен. Поэтому ты должен честно отдать всю добычу.

— А если они просто возьмут предметы и не пустят меня вниз? Разве нет средства связаться с Моаи, чтобы он помог?

— Нет, — вздохнул араб. — И думаю, ты погибнешь. Но если решил попытать счастья — я помог тебе чем умел. Положи палец на карту, в любое место. Хорошо, веди теперь вверх, а теперь немного влево. Здесь вход в пещеры. Но войти — не значит попасть к Моаи. Путь во власти арков. А еще я клянусь тебе: если ты отнесешь меня к Моаи и он растопит «лунный лед», я не буду мстить.

— Постараюсь поверить, — пообещал я.

Дела складывались невесело, и снова из-за Кристин. Я бы с легким сердцем пошел к проклятой пещере, потому что просто не мог представить себе, что отступлюсь. И пусть впереди возможная гибель, этим меня не удивить. Но Кристин, которая решила то ли меня сопровождать, то ли просто погулять по острову, не выходила из головы.

— Что ты ей такого сказал? — рассерженный Джон подошел ко мне и с размаху плюхнулся на песок. — Не хочет показываться! Зато я нашел записку с распоряжениями. Я теперь временный капитан и наследник.

— Даже наследник?.. Везет тебе сегодня. У Кристин богатое наследство — корабль, золото…

— Не смешно! Что теперь делать? Мы не можем уйти на корабль, оставив ее здесь.

— Ты же временный капитан? Тебе и решать, что делать. Только не уплывай пока на поиски своего Кука, пожалуйста. — Я спрятал карту в карман и поднялся, держа шляпу в руках. — Надеюсь, еще увидимся. И позаботьтесь о Басиме, он даже кушать сам не может.

— Ты далеко собрался? — Джон вскочил. — Клод, нас осталось-то всего ничего, Кристин потерялась — ты в своем уме?

— Наверное, нет, Джонни, — честно признался я. — Но если бы все мы не были безумцами, как бы мы вообще оказались здесь? Там моя цель, и я иду к ней. С Кристин пока все хорошо, а что будет дальше — никто не знает, даже она сама.

— Но предметы! Куда ты их уносишь? Это же общая добыча!

— Это не добыча, Джон. Это проклятые колдовские вещицы, которые приносят людям только несчастья. Ты мне не веришь? Хорошо, своего дельфина ты получил. Вот с ним и оставайся. А мне пора на встречу с Моаи, чтобы вернуть эти предметы туда, где им, наверное, и положено быть.

— Но как же… — Джон шел рядом со мной, растерянно оглядываясь на шлюпку. — Клод, это общее, парни не одобрят!

— А ты им не говори. Отстань или доставай саблю и попытайся меня остановить!

— Черт возьми! Хотя бы кобру… — Джон ловко выхватил ее из шляпы и по-ребячески отбежал в сторону. — Это для безопасности корабля, я все же временный капитан!

Я махнул свободной рукой и продолжил путь. Пару минут спустя я пересек невидимую границу власти Моаи, очерченную огромными уродливыми статуями. Со мной ничего не произошло, и я счел это благим знаком. Прежде чем скрыться за скалой, я бросил последний взгляд на берег. Матросы укладывали в шлюпку Басима. Рядом беспокойно расхаживал Джон.

— Кристин, если ты меня слышишь! — сказал я в пустоту, чувствуя себя полным дураком. — Идти со мной глупо. Вернись, или хотя бы держись подальше. Не лезь в пещеру.

Тишина стала мне ответом. Вздохнув, я продолжил подниматься на давным-давно потухший вулкан. Тропинка вилась между валунов, и за одним из них я встретил человека с прозрачной кожей. Будь у меня в руке пистолет, я бы выстрелил от неожиданности, несмотря на предупреждение Басима.

— Кто ты такой? — спросил меня арк из плоти и крови. Впрочем, насчет последнего я не был уверен. — Куда и зачем ты идешь?

— Несу Моаи предметы. — Я покачал шляпой. — Тут их довольно-таки много. Моаи будет рад.

— Моаи не будет рад, — с улыбкой покачал головой Прозрачный. — Моаи никогда не радуется и не грустит. Где ты раздобыл такое богатство?

— Меня прислал Басим. Сам он пока не может прийти.

— Ну да, конечно! — Арк рассмеялся. — Я хорошо знаю Басима, и отобрать у него эти предметы ты мог, только убив. Но зачем же ты несешь такое богатство Моаи?

— Я хочу его видеть. Хочу его понять.

Арк снова рассмеялся, но больше ничего не сказал. Он лишь приглашающе махнул рукой и пошел по тропинке впереди. Я чуть помедлил, прислушиваясь: не раздадутся ли шаги Кристин? Опять безрезультатно. Хуже всего было то, что я не много знал о способностях арков. Что, если он ее видит, а девочка и не подозревает? И, черт возьми, что будет, если я всажу пулю в эту обтянутую кожаной курткой узкую спину? Может быть, арк умрет, а может быть, с хохотом исчезнет в адском пламени или что-нибудь еще. Оставалось только шагать следом и надеяться на лучшее.

— За нами следят, — не оборачиваясь, сказал Прозрачный. — Имей это в виду, если не хочешь умереть.

— Я не хочу умереть, я хочу увидеть Моаи, — напомнил я. — Не знал, что вы любите вот так разгуливать… наяву.

— Нет, не любим, — сказал он, опять не обернувшись. — Но иногда приходится. Вот мы и пришли.

До пещеры, которую указал мне Басим на карте, было еще около трех миль. Но арк уверенно показал мне на узкую расщелину в скале. Басим мне солгал или арк сейчас предлагал отправиться навстречу смерти? Я осторожно положил руку на пистолет.

— Ты хотел увидеть Моаи? — Брови арка удивленно поползли вверх. — Так иди же.

Я посмотрел на небо, допуская, что делаю это в последний раз, и шагнул в расщелину. Не похоже было, что ею часто пользовались: она заросла травой и ползучим кустарником, через который было не так уж легко пробраться. Арк, идущий сзади, двигался легко, почти не производя шума.

— Моаи согласен увидеть тебя, — вдруг сказал он. — Пока тебе нечего бояться.

Значит, когда я последовал приглашению Прозрачного, они еще ничего не решили. Похоже, первая часть плана наконец-то выполнена: я увижу и услышу Моаи. Дальше придется действовать по обстоятельствам, определенные планы строить не стоило. Не успел я это подумать, как расщелина резко пошла под уклон, я потерял равновесие и, едва не растеряв волшебные предметы, съехал на несколько футов вниз. Вокруг сразу стало темно. Я позвал арка, но ответа не дождался. Попытался выбраться обратно — это оказалось совершенно невозможно. Под рукой вдруг оказалась уходящая вверх отвесная каменная стена, которой там просто не могло быть! Нащупывая дорогу в кромешной тьме, я все же обнаружил узкий проход и с полчаса протискивался по нему, постепенно убеждаясь, что арки меня обманули и попросту замуровали.

Однако вскоре глаза различили впереди отблески света. Я подналег, не жалея вконец изорванного камзола, и выбрался в слабо освещенную пещеру. Здесь меня ждал еще один арк.

— Как твое имя? — спросил он.

— Клод Дюпон. А твое?

— Мое имя тебе ни к чему, во всяком случае пока. Ты прежде, до этого острова, встречался с арками?

— Да. — Я решил не врать. — С Илоном из клана Восточных, во сне. Но он мне не понравился.

— Я тоже не понравлюсь, — совершенно серьезно пообещал Прозрачный. — Ты нам не нравишься, значит, и мы тебе не понравимся.

— Чем же я вам так не приглянулся? — спросил я, начиная всерьез злиться.

— Ты же сам сказал: тебе не понравился один из нас. К тому же ты показал свою осведомленность о трениях между нашими кланами. Наконец, ты, очевидно, убил Басима, который тоже никогда нам не нравился. Да что говорить, мы вообще не любим людей. Может быть, отдашь мне предметы и уйдешь?

Он был ниже меня на полголовы и куда более хрупок сложением. Я освободил правую руку, аккуратно прихватил его за горло и слегка сжал. Так, чтобы у человека глаза помутнели. Но на арка это не подействовало.

— Глупости! — прохрипел он. — Убить меня ты не сможешь. Тебе нечем меня пугать.

Несколько секунд я размышлял: не стоит ли проверить его слова? Назваться бессмертным может каждый, но попробуй не умри, если у тебя, скажем, перерезано горло. Тем не менее у Басима такие фокусы проходили. Почему бы арку, даже не обладающему предметами, не уметь воскресать? Я решил не испытывать судьбу. Тем более в этом подземелье без провожатого недолго было потеряться.

— Хорошо, — сказал Прозрачный, когда я его отпустил, и потер горло. — Значит, ты предпочитаешь говорить с Моаи? Мы не против. Вот только ты наверняка попытаешься его обмануть, человек, а обмануть Моаи невозможно.

Не дожидаясь моего ответа, он пошел дальше. Вместе мы миновали еще три поворота и оказались в четырехугольном помещении с высоким потолком. Сильный свет лился из каких-то не то трещин, не то специально проделанных в стенах отверстий. Сначала мне показалось, что мы совсем близко к поверхности, но потом я заметил, что свет не солнечный — он совсем не грел кожу.

— Подожди немного, — скорее приказал, чем попросил арк, и скрылся в узком проходе.

Я пошел за ним и уткнулся в сплошную стену. Вернулся назад — и снова не нашел прохода. Чтобы скоротать время, прошелся по всему квадрату: проходов не было, лишь монолитные каменные стены. Однако как раз когда я завершил обход, позади раздались шаги. Обернувшись, я увидел, как у противоположной стены выстраиваются пять длинноухих воинов и наводят на меня свои мушкеты. Это напоминало торжественный расстрел.

— Какого дьявола?!

— Они не будут стрелять. — Вместе с длинноухими в помещении непонятно каким образом оказался невысокий китаец с длинной косичкой на затылке. Английским он владел вполне прилично. — Они охраняют Моаи, проклятые демоны!

— Какие же это демоны? Обычные люди, — не согласился я. — Просто очень молчаливые.

Китаец подошел ко мне и встал рядом, опершись на стену. Половина лица у него была разбита, на плече засохла кровь.

— Ты не слуга Моаи?

— Нет, я был среди тех, кто пытался вчера захватить эти пещеры! — фыркнул китаец. — Арки обещали, что Моаи нас не тронет. Если бы надо было просто расправиться с длинноухими, мы бы быстро справились. Вот эти пятеро, кажется, последние, кто остался в живых. Но потом Моаи решил принять сторону Кон-Тики!

Я не стал никак комментировать его слова. Скорее всего, Моаи нас слышал, и Прозрачные, наверное, тоже.

— Ничего, многим удалось отступить за хребет, к морю, — ворчал китаец. — Они еще вернутся.

— Вынужден тебя расстроить. — Я решил, что это не секрет. — Вернуться они смогут, только если сюда доставят их замороженные тела. Они, кажется, за ночь еще не оттаяли толком. Кстати, меня зовут Клод Дюпон.

— Зови меня просто Ли, если тебе зачем-то нужно меня как-то звать… — Лишенный последней надежды на спасение, китаец опустился на корточки. — Уже все равно.

«Ты слышишь меня, Клод Дюпон. Зачем ты хотел меня слышать?»

Я потряс головой, пытаясь понять, звучал этот голос в камере или только в моей голове. Так и не понял, зато сообразил, что откуда-то знаю: это помещение называется камерой Моаи.

— Ответь ему, — вяло посоветовал китаец. — Я ни слова не разобрал, но понял, что Моаи говорит с тобой.

Да, это очень походило на то, что описывал мне Басим. Я открыл было рот, но снова услышал:

«Не говори со мной. Думай со мной. Я буду слышать, больше никто».

«Я… Чертова тварь! Я пришел, чтобы… Басим… Нет! Я принес тебе волшебные предметы!»

Вы пробовали когда-нибудь думать нечто определенное, не думая больше ни о чем? Как я ни гнал мысли, и Кристин, возможно находившаяся где-то недалеко, и обездвиженный Басим лезли в голову. И чем больше я старался о них не думать, тем хуже это получалось. Моаи молчал — наверное, копался в моих мыслях. От злости я начал твердить: «Проклятье, проклятье, проклятье…» Это помогло.

«Ты принес мне много предметов. Я посылал за ними Басима. Это все равно. Ты принес, отдай их моим слугам».

«Нет, я хочу отдать их тебе сам, я хочу тебя увидеть! Проклятье, проклятье, проклятье… Я заслужил увидеть тебя, понять тебя!»

«Ты пытаешься скрыть мысли. Таковы люди. Но я уже знаю тебя. Мысли — не главное в человеке, Клод Дюпон. Ты нравишься мне».

Не могу сказать, что мне понравилось это заявлением Моаи. Басим ему тоже понравился. Значит, в нас и правда много общего? Я немного разозлился, и тогда ушел страх. Шпага и пистолеты были все еще при мне, и даже предметов полная шляпа. Жаль, что пользоваться большинством из них я не умел, и не знал даже, какими свойствами они обладают.

«Хорошо, я открою тебе путь из камеры Моаи ко мне. Арки будут очень недовольны. Но я хочу, чтобы ты заменил мне Басима. Иди вперед».

Позади длинноухих открылся проход. Явно немного смущенные, они расступились. Когда я пошел, китаец вдруг подскочил и зашагал следом.

«Моаи, он не помешает нам?»

«Нет, он уже разочаровался в том, за чем сюда явился. Я думаю, он будет жить».

Краем глаза я заметил, что в камере Моаи появились арки, двое или трое. Но если они и хотели меня остановить, то не успели. Стены сомкнулись за нами в один миг, просто за спиной появился монолит. А потом такой же монолит передо мной исчез. И тогда я увидел… Это можно было бы назвать, наверное, бассейном. Впрочем, мое предположение очень условно, ведь я не знал, какова его глубина. Меня поразило то, что заполняло бассейн, который в длину и ширину был никак не менее ста футов.

Это была рыхлая, зеленовато-желтая субстанция, не похожая ни на что. Она медленно кипела, иначе я назвать это не могу. Пузыри размером с мою голову не спеша появлялись, вырастали примерно за минуту и с негромким звуком лопались. Субстанция была полупрозрачная, и я видел в глубине какие-то багровые и синие пятна. Они перемещались, тоже не спеша, и все это напоминало огромную кастрюлю с каким-то чудовищным супом.

«Ты видел меня. Ты доволен?»

Когда Моаи говорил, на меня повеяло холодом прямо из бассейна. Я стоял потрясенный. Не знаю, что я ожидал увидеть. Но то, что было передо мной, я не мог убить ни саблей, ни пулей, как бы метко ни стрелял. Я вообще не мог его убить — тут требовалась работа большого количества людей. Может быть, несколько бочонков пороха могли бы уничтожить Моаи. Но как его сюда доставить?

«Одного моего дыхания достаточно, чтобы заморозить не только тебя, но и взрыв. Замороженный взрыв ты не видел. Никогда».

Зато я видел замороженное кипение! И это чудовище знало мои мысли, в буквальном смысле видело меня насквозь. Почему я, готовый то ли убить, то ли заставить Моаи работать на меня, до сих пор жив?

«Ты нужен мне. Ты победил Басима. Значит, ты лучше Басима. Ты предпочтешь смерть или службу?»

«Службу. Я буду служить тебе!» — мысленно соврал я и понял, что и об этом тут же подумал.

«Вернись в камеру Моаи. Забери с собой другого».

Я обернулся и увидел опять бесшумно разверзнувшийся проход. Прихватив под локоть впавшего в ступор китайца, я вернулся в помещение, где ждали меня длинноухие и арки. Прозрачные выглядели немного обескураженными. Если они раньше только догадывались о том, что Моаи может сговориться с людьми, то теперь, наверное, знали это твердо.

«Моаи! — позвал я в мыслях. — Моаи, на берегу меня ждут друзья, они…»

«Я знаю. Знаю всех, о ком ты помнишь, Клод Дюпон. Я не трону их, если и они будут мне служить. Я защищу вас от арков, если вы защитите меня от людей. Это — договор. А что скажет другой?»

Я сначала не понял, о ком речь, потом вспомнил о Ли. Он застыл с вытаращенными глазами и беззвучно шевелил губами.

«Он пойдет с тобой, Клод Дюпон, — опять заговорил Моаи. — Будет служить. Теперь отдай аркам предметы. Они вернут их в Хранилище».

Я опустил голову, в последний раз глядя на шляпу, почти полную сокровищ. Однако за доверие надо платить. Я добился чего хотел и теперь мечтал выбраться за линию фигур Моаи, чтобы все хорошенько обдумать. Вздохнув, я протянул шляпу ближайшему арку. Он схватил ее с некоторым нетерпением, а еще через миг арки будто испарились из камеры Моаи. Вместе с предметами и шляпой, которую я им отдавать не собирался. В открывшийся проход один за другим вышли длинноухие. Мы с китайцем переглянулись: что дальше?

«Слушайте, люди. У меня мало сил. Я так стар, что вы не сможете себе этого представить. Но сил мало не от старости. Я устал. Чтобы отдохнуть, мне нужна защита. Чтобы стать сильнее, мне нужны предметы и береговые фигуры. Мне нужны рабы, чтобы завершить линию. Вы должны дать все это мне. Я дал вам золото. Используйте его».

«Золото? — Я слышал мысль китайца, да и сам он удивленно смотрел на меня. — Какое золото? Где?»

«В трюмах корабля, на котором прибыл Клод Дюпон. Я позволил взять его в Храме. Пусть его используют для покупки рабов и постройки линии фигур. Тогда я смогу защищать себя сам. И вы пойдете собирать предметы для Хранилища. Все предметы однажды должны оказаться там».

«Но зачем? И как же клан Кон-Тики — ты изгонишь их?»

«Со временем. Пока есть вещи, которые могут лишь они. Я не в силах открыть Хранилище сам. Предметы должны собраться там».

То ли Басим плохо понимал слова Моаи, то ли говорил он с нами по-разному. Я не собирался ему служить и чувствовал, что Моаи знает это. Выходило, что чудовище такое положение вещей вполне устраивало. Пытаться разобраться в его целях и способах достижения этих целей показалось мне смешным.

«Ты в самом деле можешь заморозить всю Землю и океаны?»

«Это случится обязательно, я знаю, я вижу. Но много веков пройдет, прежде чем люди не смогут жить на Земле, и покинут ее. До той поры будет построен Большой Храм с помощью золота, что хранится в Малом Храме, который ты видел. Настанут времена, когда все можно будет купить. Тогда предметы вернутся в Хранилище, и мощь моя будет велика. Все предметы. Почти».

«Я знаю, как надо поступить! — Наконец-то у меня голова начала работать. — Нужно вернуть наш корабль в то время, из которого он начал путешествие. Там они купят нужное количество рабов и привезут на остров. Ты ведь сможешь забрать их из прошлого?»

«Человек не поймет, смогу или нет. Забудь про это пока. Скоро настанет год 1774 для людей. До него близко вашему кораблю, до него у Моаи хватит сил. Других помощников нет. Придут враги с Запада. Победите их, уничтожьте, и наш договор заключен».

Такой вариант меня не слишком устраивал. Совершенно неожиданно Кристин с командой теперь перемещались не назад, в свое время, в добрый и спокойный семнадцатый век, а еще на пару лет вперед. Истерзанному кораблю, на котором и команды-то почти не осталось, предстояло снова принять бой.

«Моаи! Прошу тебя: не только ты устал и обессилел. Дай мне хотя бы предметы для сражения!»

«Предметы нужны в Хранилище. Иначе не будет сил. Вы должны отправиться навстречу Западным, иначе изменится все».

«Но мы погибнем!»

«Смерть или служба, Клод Дюпон?»

«Выбирай-ка службу, приятель! — вторгся в наш разговор китаец. — Если уж в этот раз выживем, то, может, и в следующий раз повезет!»

Я молчал. Что я буду говорить Кристин и где вообще она сама?

«Ты согласен, — прочел меня Моаи. — Я начинаю перенос корабля в будущее. Скоро оба могут идти. Пока идут арки».

Одновременно с последней фразой в стене опять возник проход и в комнату вошли длинноухие, волочившие за собой Моник. Последними появились двое арков, спокойные и, кажется, даже довольные.

— Великий Моаи! Останови что начал. Эта женщина пришла сама и хочет сказать кое-что.

Длинноухие, повинуясь жесту Прозрачного, вытолкнули Моник на середину камеры. Тяжело дыша, она помахала мне рукой.

— Не ожидал увидеть меня здесь, Клод?

— Скажи Великому Моаи, зачем ты пришла! — прикрикнул на нее арк.

— Этот человек напал на твоего слугу, Моаи! — заголосила Моник, тыча в меня пальцем. — Басим взывает о помощи! Он на корабле возле южного берега. Басим не может двигаться, его сковал «лунный лед»! Убей этого человека, Моаи, и спаси Басима. Я — тоже твоя верная слуга.

В конце своей речи Моник решила упасть на колени, но не видела, где собственно находится Великий Моаи. Поэтому, покрутившись, рухнула перед арками. Моаи молчал.

— «Лунный холод»? — Арки, кажется, были поражены. — Часть силы Великого Моаи покидала остров?.. Где предмет, Клод Дюпон? Ты не отдал его нам!

И верно, не отдал. Фигурка моржа по-прежнему лежала у меня в кармане. Моник вскочила и подбежала ко мне.

— Он лежит где-то в кармане! — уверенно крикнула она и принялась меня обыскивать.

Я оттолкнул Моник в сторону и сам достал фигурку моржа. Она выхватила ее и, прихрамывая, отнесла к аркам. Один из них тут же сорвал с моржа волос Басима и вышел с фигуркой из камеры.

— Она могла помочь в бою за Моаи, — сказал я.

— Моаи нужны силы. Воевать будете вы! — зло ответил оставшийся арк. — Твое решение, Великий Моаи?

«Клод Дюпон мой слуга, если исполнит порученное. Так же и все, кто с ним. Женщина и другой человек тоже».

Я не понял, устроило ли арка такое решение, но он, а вслед за ним и длинноухие, покинул камеру Моаи. Китаец тронул меня за руку и указал на другой проход.

— Кажется, нам пора уходить.

— Идем. А ты, Моник, можешь остаться здесь!

Мы, все трое, вышли на склон вулкана менее чем за четверть часа. Пещеры не имели постоянного вида, их, похоже, ежеминутно строила и разрушала магия арков.