8

Я проснулся весь в поту. Одеяло и простыня запутались в ногах. Пижамная сорочка задралась к самому горлу и душила меня.

Все еще дрожа, я сел в кровати. Я несколько раз моргнул, стараясь отделаться от мерцающего света, но он так и стоял в моих глазах.

Наконец сон отпустил меня. В окно комнаты пробивался оранжевый утренний свет. Вытирая пот со лба, я слез с кровати. И ощутил в ногах.

— Ну и сон!

Уже за завтраком я рассказал Тодду, что мне приснилось. Я просто должен выговориться, кому-то рассказать обо всем.

— Кто эта Марисса? — небрежно поинтересовался Тодд. Его рот был набит корнфлексом.

— Ты разве не помнишь? Я уже говорил тебе — рассердился я. — Та девочка, которую я встретил прошлой ночью.

— Но там не было никакой девочки, — ответил он, и у него по подбородку потекла струйка молока. Тодд опустил ложку в тарелку и посмотрел на меня, сузив глаза. — А сны когда-нибудь сбываются? — спросил он.

— Думаю, что да.

Я допил остатки апельсинового сока. В нем не оказалось мякоти, как раз то, что мне нравится.

— Ты думаешь, этот сон может сбыться?

— Да нет же, — ответил я. — Это не может случиться хотя бы потому, что я еще слишком молод, чтобы водить машину. Понимаешь?

А если это предупреждение? — сказал Тодд и снова наполнил свою тарелку.

— Какое еще предупреждение?

Я сразу же пожалел, что рассказал ему про сон. Должен был предвидеть, что это его расстроит. По его подбородку снова потекло молоко.

— Ты до сих пор не научился пользоваться ложкой? — презрительно усмехнулся я. — Или у тебя дыра в подбородке?

Я засмеялся. А он широко раскрыл рот, чтобы я увидел массу из непрожеванной пищи. Вот такой он был невоспитанный.

— А что случится, если ты во сне погибнешь?

Его вопрос застал меня врасплох. Я смотрел на него через стол, стараясь понять, о чем он говорит.

— Что, если твой автомобиль разобьется во сне? Или если вы с той девочкой столкнетесь? Ты умрешь? Умер бы ты в реальной жизни?

Я нахмурился. Мне не нравился наш разговор. И тем не менее я ответил:

— Я так не думаю. Ведь это всего только сон, верно? Нельзя умереть от сновидения. — Я соскочил со стула. — Тодд, я сожалею. Не расстраивайся! Мне не нужно было тебе рассказывать. Это всего-навсего глупый сон, понимаешь?

— Надеюсь, — тихо пробормотал он.

Но я видел, что Тодд сильно задумался.

Пора ехать, — сказал я, взглянув на кухонные часы. — Ты надел ботинки? — Он вечно забывал надеть ботинки. И мне постоянно приходилось его ждать.

Пугающий вопрос Тодда все время крутился в голове: Что, если этот сон в самом деле предупреждение? Что, если ты потерпишь аварию?

Я подумал об автомобиле. Уже час, как я проснулся, но так ни разу не взглянул на него.

Я поспешил к окну. Выглянув, я обмер. Автомобиля не было.

— Митчел, что случилось?

Мама вбежала в гостиную, на ходу застегивая халат.

— Машина… — еле выдавил я, указывая на дорожку. — Ее там нет.

— Ах, это! Твой отец уехал рано утром. У него встреча, — спокойно сообщила мама. — О' Коннор подвезет вас.

Я с облегчением вздохнул, хотя и был немного огорчён.

Послe ночного кошмара мне не терпелось увидеть автомобиль. Я хотел убедиться, что с ним все в порядке. А еще мне хотелось подъехать на нем к школе ипохвастать перед своими друзьями.

Весь день я только и думал о нем. Я не запомнил ни одного слова из того, что говорила наша учительница мисс Гримм. Уже на последнем уроке я увидел ее хмурое лицо. Плотно скрестив руки на груди и постукивая туфлей о пол, она пристально смотрела на на меня.

— Митчел, можешь ли ты объяснить свое поведение? — И она указала на лист бумаги, который лежал передо мной.

— Что? — Я заглянул в тетрадь по истории и вскрикнул от неожиданности.

В ней не было никаких записей. Ни единого слова. На листке был изображен наш автомобиль. Я рисовал его снова и снова, по меньшей мере раз двадцать, сам не понимая, что делаю. Как такое могло случиться? Неужели моя рука сама по себе сделала все эти наброски?

— Пожалуйста, папа… Одна короткая поездка… Пожалуйста…

Я не любил просить. Но он отказывал мне уже три или четыре раза. Что мне оставалось делать?

— Мы можем закончить обед без ссор? — вспыхнула мама и бросила вилку и нож на тарелку.

— Я не хочу сегодня брать тебя с собой, Митчел, — терпеливо объяснил папа. — Идет дождь, и…

— И Тодд немного простыл, у него температура, — добавила мама.

— Поэтому он может остаться дома, — сказал я.

— Мне придется остаться дома с ним. Поэтому..

— Поэтому остаемся только мы двое, ты и я, — досказал я за маму. — А если Тодду потребуется аспирин? Мы можем купить его в городе. Только туда и обратно.

Моя назойливость папу рассмешила.

— Тодду не нужен аспирин. — Он вытер салфеткой рот. — А вот молоко, пожалуй, не мешало бы купить.

— И мороженое, — хриплым голосом добавил Тодд— Мороженое для моего больного горла.

— Хорошо-хорошо. — Папа встал, отодвинул свой стул и потянулся. — Мы с Митчелом совершим небольшую поездку в город.

— Яааааау! — завопил я, вздымая сжатые в кулаки руки, и бросился наверх за курткой.

Темные облака висели в небе, закрывая луну и звезды. Землю окутал густой туман как раз в то время, когда мы спускались по извилистой дороге. Несколько дождевых капель упало на ветровое стекло.

— Посмотри, Митчел! Усилитель рулевого управления работает так тонко, что не надо прилагать никаких усилий, чтобы вести машину, — сказал папа и снял с руля правую руку, продемонстрировав, что правит только двумя пальцами левой руки.

— Здорово! Я же говорил, что это отличный автомобиль, не так ли?

Он кивнул, и на его лице расцвела широкая улыбка.

— Да, отличный. И цена терпимая.

Нашa поездка в город прошла без каких-либо; шествий. Но стоило тронуться в обратный путь, как началось…

Счала ливанул сильный дождь. Потоки воды струились по ветровому стеклу. Даже включенные фары не помогали. Вокруг ничего не было видно.

— Это все равно что вести машину под водой- сказал папа, снижая скорость.

Он почти вплотную нагнулся к ветровому стеклy и правил одной левой рукой. А правой шарил по приборному щитку.

— Не могу найти, где включаются стеклоочистители. Ты не видел этой кнопки?

Я подался вперед, насколько мне позволял ремень безопасности.

Радио… обогреватель… указатели поворота…

— Нет. Не вижу ее, папа.

Папа расстроено вздохнул и вывел автомобиль на обочину дороги.

Дождь окатывал машину, словно океанскими волнами, которые набегали одна за другой.

— Быстро открой «бардачок», — скомандовал папа. — Найди инструкцию. В ней должно быть написано, где находится включатель стеклоочистителей. Только поспеши.

Сам же продолжал искать кнопку на приборном щитке.

— Где-то же она есть? Вот только где?

Папа всегда терялся в столь ответственных случаях.

— Посмотри инструкцию, — нетерпеливо повторил он.

— Я найду ее, — заверил я папу и открыл крышку маленького отделения.

Внутри него загорелся слабый огонек. Я пригнулся и заглянул внутрь. Там было пусто. Ничего. Никакой инструкции, если не считать помятого клочка бумаги. Я вытащил листок и поднес его к свету. На нем были нацарапаны всего два слова: Я—зло.